Чтение онлайн

— Если вас выпустят, вы ко мне идите, — говорил он. — Я за эти дни все разузнаю и вас потом отведу.

Исаева покачала головой.

— Где там — отпустят! Говорят, нас скоро в Германию отсюда увезут.

— Насовсем? Неужели я маму не увижу? — с отчаянием воскликнул Илья.

Ольга Павловна, поглаживая его по стриженой голове, сказала сквозь слезы:

— Встретил ты нас случайно. Женщин на работу водят редко. К лагерю никого не подпускают. Так что свидимся мы, наверно, лишь после войны. Будьте дружны между собой, не ссорьтесь, помогайте друг другу.

— Не бросайте Наташеньку, — умоляла Людмила Николаевна. — Отвезите ее, как наши вернутся, к дедушке в Рославль. Улица Расковой, 64 Запомнишь?

— Запомню. Расковой, 64. Маме скажите, чтобы она не беспокоилась обо мне. Я сбегу на фронт, папу искать — я номер его полка знаю.

Ольга Павловна ахнула и сердито тряхнула мальчишку за плечо.

— С ума сошел! Вот это успокоил маму! Выбрось из головы и другим закажи! До прихода наших никуда не смейте трогаться, а там найдется, кому вами заняться. Понял?

— Понял, — поспешно ответил Илья, который уже не рад был, что проболтался.

Ольга Павловна тревожно заглянула ему в глаза. Уже по одному тому, как он легко согласился и обещал, она видела, что поступит он все-таки по-своему.

— Илюша, милый, — перешла она со строгого тона к уговорам. — Вы же еще дети, куда вам воевать!

Из вагонов раздались предупреждения пленных, наблюдавших за дорогой:

— Расходитесь! С водой возвращаются!

Обе женщины бросились в последний раз целовать мальчика. В эту минуту к ним подбежал Валдис с корзинкой в руках.

— Думал, не успею! — часто дыша, сказал он и сунул Исаевой корзинку с продуктами. — Это вам и его маме, — кивнул он в сторону Илюши.

Из вагонов раздалось тревожное предупреждение:

— Товарищи, жаба близко!

Валдис, кивнув конвоиру, потащил Илью прочь от железной дороги.

Наступила та сухая августовская пора, называемая обычно страдной, когда в поле уже не столько жарко от солнца, сколько от напряженной работы.

Уборка хлеба была в полном разгаре. Сережа работал на полях вместе с Петром и батрачками. Занят он был с утра до вечера и с Инной виделся редко. Еще при первой встрече они договорились бежать на родину, но побег откладывали, надеясь вскоре найти других ребят и что-нибудь узнать о матерях.

И вот появился Илья. Инна в это время как раз была у Сережи. После взаимных радостных восклицаний Илья с сияющим лицом объявил друзьям, что видел Ольгу Павловну и Людмилу Николаевну.

Плача от радости, Инна набросилась на Илью.

— Правда? Где? И моя мама с ними?

Сергей с другой стороны принялся трясти и тискать его так, что Илья взмолился:

— Постойте! Да я ж слова не могу…

Когда разговор принял более спокойный характер, Илью заставили подробно рассказать, как он нашел женщин, что они ему говорили.

— Илюшка, а ты хорошо запомнил адрес Наташиного дедушки? — спросила Инна.

— Еще бы! Рославль, улица Расковой, 64.

— А мы с Инной, знаешь, решили… — Сергей вспомнил, что друг пришел не один, и оглянулся. Девушка, которая привела Илюшу, стояла поодаль.

— Что решили?

Вместо ответа Сергей указал глазами на незнакомку:

— Кто это?

— Маргарита, дочка моего хозяина. Говори, не бойся. Да и не услышит — далеко.

— Мы решили бежать, — наклоняясь к Илье, прошептал Сергей.

Илья взволнованно стиснул ему рук.

— Одни?!

— Почему? Со всеми, кого из наших удастся найти.

— И я с вами!

— Это теперь отпадает, — заявила Инна.

Илья удивленно взглянул на нее:

— Почему?

— Ты же сам говорил, что Ольга Павловна приказала нам дожидаться, когда наши придут!

— Э… Это она так просто! — затараторил Илья, стараясь придать другой смысл только что сказанному. — Не подумала… А в общем, говорит, действуйте, как лучше. Вам видней…

— Ах, не ври, пожалуйста! — возмутилась Инна. — Это заметно.

Илью поддержал Сергей.

— Что ж — мама! Она ведь, правда, не знает, как мы живем. В общем об этом еще надо подумать.

— И думать нечего! — сердито отмахнулась девочка. — Как она сказала — так и будет. Ольга Павловна лучше знает, что нам делать.

Через несколько минут за сараями раздался ворчливый, недовольный голос Рейнсона:

— Сергей, хватит язык чесать, марш коней запрягать! Обед кончился.

Сделав друзьям знак оставаться на месте, Сережа быстро направился к хозяину хутора:

— Дядя Яков, можно еще немножко обождать. Ко мне друзья пришли. Я про маму узнал. Жива!

— Ну и ладно, как жива. Запрягай, поедем снопы возить.

— Сейчас, — уже по-другому — глухо и ненавидяще сказал мальчик и повернулся назад.

— Ты куда? Кони в ложбине.

— За недоуздками.

Возвратясь к друзьям, он с досадой бросил Инне:

— Вот пожила бы у такого!

Девочка вздохнула:

— На меня тоже старуха ворчит. Что ж поделаешь. Мамы здесь, куда мы пойдем? Мало ли что… Может, их отпустят, как нас.

— Отпустят! Увидела бы ты, как их охраняют! — воскликнул Илья. — Они говорили, что скоро в Германию увезут.