Чемодан
Шрифт:
Между тем оставалось утрясти ещё одну деталь.
Через несколько часов, в обеденном зале, Мартелло взял меню, которое стюард положил между тарелкой и бокалом.
Критически окинув взглядом, он принялся внимательно его изучать, и внутренне порадовался удаче.
Маленький крестик, оставленный ручкой с зеленой пастой на сгибе, указывал, что наркотики находится на борту.
Отлично…
Лам Фу-Чен сдержал свои обещания и плавание предстояло без происшествий.
Мартелло склонился к соседке, чтобы завязать разговор. Эффектная брюнетка, эдакий тридцатилетний цветок, и, видимо, опытная, знающая толк в посеребренных висках…
— Что за приятное совпадение…
ГЛАВА III
Марсель…
В конце осени ночами уже становится свежо. Облака заволакивают небо так, что даже шквальный ветер не может разогнать их. Хмурая погода соответствует сезону, без видимых улучшений или ухудшений.
Док Жольетт был освещен только прожекторами, нужными для разгрузки нескольких судов. Грязная и неприветливая вода пестрела пятнами мазута.
С помощью двух буксиров «Тор Ярфальсен» уже миновал первые доки, подойдя к своему причалу меж двух судов, стоявших без огней.
Джованни Мартелло в своей каюте не спал. Приближался ответственнейший момент всей операции.
Путешествие проходило без малейшего намека на инциденты, со свойственным долгим морским круизам однообразием. Дородная брюнетка сошла на стоянке в Коломбо, Мартелло видел, что ушла она с сожалением. Пассажирок было немного, а одинокихеще меньше.
Тем не менее он нашел замену на стоянке у мыса Кейп-Код-замужнюю разряженную южноафриканку с вулканическим темпераментом. Самовлюбленность её мужа была непереносима. Бесконечные партии в бридж, занимавшие все послеполуденное время и большую часть вечеров, позволили Мартелло и любвеобильной супруге спокойно предаваться другим играм, куда менее невинным, но более темпераментным. Вопреки расхожему мнению, мужу и картах везло очень редко.
Двумя днями раньше, во избежание риска сентиментальных осложнений в конце путешествия, Мартелло дал понять партнерше, что шутки закончены и та рьяно принялась за одного из судовых офицеров.
Ни разу Мартелло не контактировал со стюардом, хранившим наркотики. Это было одним из правил работы. Чтобы ни случилось, никто не мог заподозрить между ними ни малейшей связи.
Почти все пассажиры, покидавшие судно в Марселе, были свободны в выборе: оставаться в каюте или тотчас сойти на берег.
Половина первого. Мартелло оделся и бросил взгляд в иллюминатор. По чистой случайности тот находился с противоположной от пирса стороны. Он улыбнулся, констатируя это, удача оставалась с ним до конца.
Ввиду ночного прибытия, суеты особой не было. Буксиры, сделав свое дело, ушли к другому причалу.
Мартелло ненадолго задержался у иллюминатора. Суда, пришвартованные к противоположному пирсу, не подавали признаков жизни. В той части порта, где находился «Тор Ярфальсен», не было вообще никакого движения. Невозможно представить более выгодной ситуации.
Прошло какое-то время. Затем вдоль корпуса медленно прошел баркас. Едва слышно плеснуло кормовое весло.
Конечно, матросы на палубе были слишком заняты, чтобы обратить внимание на такую скорлупку. Что до пассажиров, то они либо спали, либо готовились сойти на берег.
Едва баркас остановился, два больших продолговатых мешка вывалились из иллюминатора один за другим, были ловко подхвачены на уровне воды и в ту же секунду исчезли под брезентом в глубине баркаса.
Никакого окрика, никакого шума не последовало.
Мартелло удовлетворенно смотрел на удалявшуюся лодку, скрывающуюся в тени корпуса соседнего корабля. Отныне морфий был в надежных руках. Широко улыбаясь, он закурил сигарету и выпустил длинный клуб дыма. Табак показался ему вкуснее, чем обычно.
Теперь ему оставалось только сойти на берег, как всякому порядочному пассажиру, каким он и являлся…
Его багаж был готов. С портфелем в руке он покинул каюту и направился к салону.
В обеденном зале стюард болтал с розовощеким таможенником. Портовые службы делали все для удобства пассажиров; чиновники разбрелись по судну, чтобы обслужить тех, кто желал покинуть судно не дожидаясь утра.
Мартелло высказал желание сойти на берег. Стюард тут же отправился в каюту, чтобы забрать вещи.
Занялись документами. Портовый чиновник пролистал паспорт мальтийца и поставил штамп. Таможенник ограничился беглым взглядом на содержимое портфеля, который мальтиец держал в руке, даже не удостоив вниманием два его чемодана.
Традиционные конверты, предназначенные для прислуги, были розданы накануне вечером. Держа сложенную купюру стороной с её номиналом кверху, Мартелло попросил стюарда отнести на причал его чемоданы и сам вступил на трап.
Труднее всего было поймать такси. Ввиду позднего часа на стоянке не оказалось ни одной машины. К счастью, у дежурного на причале был телефон и такси удалось вызвать.
Когда он устроился на заднем сиденье, по лицу нельзя было сказать, какие противоречивые его сейчас раздирали. Но пока что он старался их отгонять.
До сих пор все шло как по маслу, долго ли так будет продолжаться?
В ожидании такси ему бросились в глаза два болтавшихся поблизости типа, как ему показалось, с явным интересом приглядывавшихся к нему.
— Куда вас отвезти?
— Вначале выедем из порта, — бросил Мартелло. — Там видно будет.
Шофер, выругавшись, рванул с места. Сделав вид, что роется в карманах в поисках сигарет и зажигалки, Мартелло обернулся, чтобы взглянуть в заднее стекло.
Метрах в пятистах от них следом тронулся черный «DS»…
Мартелло нахмурился. Задумавшись, он вновь сел поудобнее и закурил.
Шпики? Это в порядке вещей, хотя маловероятно. И не только потому, что он не засвечивался во Франции, — было бы логичнее заставить таможенников покопаться в его багаже, чем устраивать ничего не дающую слежку.