Чтение онлайн

— А ты расскажи, почему тебя преследуют немцы? — предложил Иан.

— Они меня не преследуют. Просто все время звонят.

— Почему?! — в отчаянии хором воскликнули мы с Ианом.

Уэг опять сделал глубокий вдох. Было видно, что в жизни Уэга наступил какой-то поворотный момент. И еще было видно, что ему необходимо что-то нам сообщить.

— Потому что немцы думают, будто я «Сломанный».

Его слова повисли в воздухе. Моргая, мы смотрели друг на друга, потом мы с Уэгом, хлопая глазами, глянули на Иана, потом, все так же хлопая глазами, опять все посмотрели друг на друга.

— Немцы думают, что ты сломанный? То есть у тебя что-то сломано?

— Хуже.

Что может быть хуже?

О...

— Не может быть! — в шоке воскликнул я. — Они думают, что ты «Сломанный»... музыкант из поп-группы?

Уэг прикусил губу, закатил глаза к потолку и молча кивнул. Его телефон опять зазвонил. Иан в ужасе прикрыл рот обеими руками.

— Боже, — выдохнул он. — Смотри...

Он показал мне телефон. На экране высвечивался номер. Причем не британский.

— Еще один! — раздраженно сказал Уэг. — Опять немец!

Он крикнул в трубку «Nein!» и нажал на сброс.

— Послушай, — обратился к нему я, — давай-ка расскажи все с самого начала. Почему немцы решили, что ты один из трио «Сломанные»? Я не первый день тебя знаю. В этой группе ты никогда не выступал...

— Я ведь работал с ними в последнее время, верно? Помог записать пару песен. Мы все четверо вполне прилично ладили. Во всяком случае, мне так казалось. Они — отличные ребята. А во время недавнего турне, как-то вечером... — Уэг глотнул пива, чтобы успокоить нервы. — Как-то вечером они давали интервью в какой-то передаче на немецком телевидении, так?

— И что? — спросил я.

— Я находился за кулисами, занимался аппаратурой. И один из них решил пошутить, назвал номер моего мобильника в прямом эфире.

Я попытался подавить улыбку. Иан тоже. У нас не получилось.

— Они сказали, что это их телефон и что их поклонники могут звонить по нему в любое время дня и ночи, делиться своими мыслями и задавать вопросы.

Его телефон опять зазвонил.

— Простите. — Уэг взял телефон, посмотрел на экран и со стуком положил его опять на стол.

— Теперь, черт бы их побрал, они стали слать сообщения.

Иан засмеялся. Уэг был очень расстроен.

— Я пытаюсь объяснить им, что я не из трио, но мне не верят. Спрашивают: «Это Чарли?» Я отвечаю: «Нет, это Уэг», а они опять: «Это ты, Чарли?» Я говорю: «Нет, это Уэг», а они опять: «Чарли? Чарли?» Этот телефон мне нужен. Это мой рабочий номер! Я не могу его поменять. А это значит, что меня будут доставать двадцать четыре часа в сутки!

— Не переживай, — сказал я. — Когда-нибудь они перестанут звонить. Сколько еще «Сломанные» протянут? Лет пять, ну, может, шесть.

— И шесть лет меня будут принимать за «Сломанного», Дэн! Это ж сущий кошмар! Мой телефон известен всей Германии! Мне звонят и говорят, что нашли мой телефон в Интернете!

Я не сдержался и захохотал.

— Заткнись! Это не смешно!

— Чертовски смешно, Чарли! — воскликнул Иан.

— Не смешно!

Уэг покраснел и опять набросился на меня:

— Посмотрим, как тебе это понравится, Дэн. Какой у тебя телефон?

— Э? Ты что, собрался дать мой телефон чокнутым подросткам из Германии?

— Угадал. Посмотрим, как ты запоешь, когда тебе начнут звонить все подряд, думая, что ты «Сломанный». Хочешь побыть в моей шкуре?

Мне стало дурно. Смех замер на моих губах. Это что — предложение? Я должен ответить согласием? Иан тоже это понял и просиял. Но Уэг еще не закончил.

— Ну что, готов сообщить свой телефон всему свету? — продолжал он. — Хочешь побыть в моей шкуре?

Он начал набирать мой номер на своем телефоне, готовясь отправить сообщение.

— Подожди... ты что...

— Пошлю твой телефон немцам, Дэн. Скажу, что это новый телефон Международного фан-клуба группы «Сломанные», по которому можно звонить в любое время...

— Погоди... — перебил я его. — Секундочку...

— Что, уже не смешно, да? — съязвил Уэг. — Давай посмотрим, как тебе понравится быть «кумиром» подростков. Давай посмотрим, как ты будешь реагировать на постоянные звонки от людей, которых ты в глаза не видел. От людей, которые преследуют тебя, ждут с тобой встречи, так как думают, что ты — популярный музыкант...

Он сунул мне под нос свой телефон, показывая набранный им текст.

— Я ведь не шучу, Дэнни... Если хочешь что-то сказать или извиниться...

Я побледнел, не зная, как мне быть. Прочитал сообщение.

О Боже.

Что делать — остановить его? Это идет вразрез с моим новым образом жизни? Или воспринять это как еще один шанс?

— Значит, не хочешь извиняться? Прекрасно. Тогда поставим вопрос так: нажать на кнопку «Отправить» или ты сам хочешь это сделать?

Проклятье. Два «да». На каком остановиться? Что делать? Я беспомощно пожал плечами.

Уэг угрожающе подался вперед.

— Дэн... ты в самом деле хочешь сообщить свой номер всему свету?

Господи помилуй. Вот оно. Я обязан ответить «да». Я глянул на Иана. Тот ухмылялся, медленно кивая головой. По его глазам я видел: он точно знает, как я поступлю. Уэг не сводил с меня взгляд.

— Ну так как, Дэн?

Я взял у Уэга телефон и, невозмутимо глядя на него, отослал сообщение.