Чтение онлайн

Я поднялся в стременах и обнажил клинок толедской шпаги:

– Виват, друзья мои!

Крик бурной радости не смолкал несколько минут. Можно было не сомневаться, звание «Друг короля Наваррского» дворяне «моего» эскадрона будут носить с не меньшей гордостью, чем, скажем, графский титул. И внукам своим, многократно, конечно, приукрасив, поведают, как штурмовали Лувр, как спасали короля и как сражались с ним плечом к плечу в неисчислимом множестве кровавых схваток.

Наконец шум стих.

– Офицеры, ко мне! – скомандовал я.

Де Батц, де Труавиль и Лис – все имевшиеся в моем распоряжении офицеры поспешили выполнить приказ, и через считанные секунды военный совет был в сборе.

– Господа, – начал я. – Я принял решение разделить наши силы. Противник ждет, что мы будем двигаться на юг или Юго-запад. Что ж, не будем его разочаровывать. Де Труавиль, вы возглавите отряд и мимо Шартра и Вандома будете пробиваться к Луаре. Возьмите одного из пистольеров, желательно, чтобы он был похож на меня ростом и фигурой, наденьте ему на лицо маску и оказывайте почести, словно это я. Пусть во Франции расползется слух, будто Генрих Наваррский направляется в Ла-Рошель. Не усердствуйте. Оброните в корчме «сир», помяните ожидаемый английский десант – досужие языки остальное сделают сами. Но на том берегу Луары вам необходимо исчезнуть, раствориться в воздухе. Мано, – обратился я к лейтенанту, – нужен надежный замок, где бы можно было бы вновь собрать отряд воедино.

– Такой замок есть, – не задумываясь, выпалил де Батц. – Это Отремон в Дофинэ. Прежде он принадлежал матери Конфьянс, а с недавних пор ей самой.

– Отремон? Что ж, возможно. Но как посмотрит на подобный гарнизон добрая хозяйка? Такой отряд на постое – не шутка.

– Мой капитан, Конфьянс предлагала замок в качестве убежища для всех нас. Надеюсь, она даст согласие, – уверенно отрапортовал лейтенант.

– Ладно, пусть будет так, – согласно кивнул головой я. – Однако, полагаю, тебе стоит еще раз спросить ее об этом.

– Слушаюсь, сир, – отчеканил Мано.

– Я же намереваюсь ехать в Шалон. Мано, Рейнар, надеюсь, вы со мной?

– «М-да, Капитан. Тут действительно без консультации психоневролога не обойтись», – не замедлил прокомментировать мое решение д'Орбиньяк. – «Пациент, ответьте на один незамысловатый вопрос: а на кой херц тебе, мин, этот бург сдался? Что ты в том Шалоне не видел?»

– «Лис, ты забываешь, что там моя „супруга“ Марго…»

– «А-а-а! Да, да, да! Ты в этом смысле. Значит, пользуясь своим монаршъим положением, решил отдать Франции супружеский долг? Не скупо, не скупо! Шо ж я такой глупый, сразу не сообразил? А тот немалый факт, шо в Шалоне сидит герцог Гиз, тебя ни хрена ни разу не смущает?»

– «Шевалье», – попытался отмахнуться я, – «у меня есть план!»

– «Жаль. Я уж было, грешным делом, понадеялся, шо какое-нибудь более сильнодействующее средство. Симптомы, знаешь ли, налицо».

– Те, кто желает остаться или же следовать иным путем, сейчас имеют возможность заявить об этом. Я не стану держать зла на них. Такова моя воля.

– Сир! – немедленно отозвался Лис. – Вы шо ж, обидеть нас хотите? Мы ж всегда вместе, как Чип и Дейл, как орел и решка, как за и против. «Господи, Вальдар, шо ж тебе неймется!»

– Ваш адъютант прав, сир, – склонил голову де Батц.

– Прекрасно. Рейнар, выдайте де Труавилю семь тысяч ливров, – скомандовал я.

– «И ключ от квартиры, где деньги лежат. Капитан, ты шо, бойцов на курорт отправляешь? Хватит и пяти. У нас еще в Шалоне представительские расходы намечаются. Не сори деньгами!»

Возмущение моего друга, казалось, не знало границ, но мне не было до него никакого дела. Вопрос, который предстояло решить, нельзя было откладывать далее. Конечно же, отважный Мано и верный д'Орбиньяк готовы были последовать за мной туда, куда я их поведу. Конечно же, покорные приказу пистольеры, невзирая на опасности марша через пол-Франции, готовы были жертвовать собой, чтобы хоть как-то запутать следы и отвлечь внимание от своего короля. Но Конфьянс, мамаша Жози, добрейший брат Адриэн?.. Вправе ли я был рисковать их жизнями? Нет. Безо всякого сомнения – нет! А потому, улучив момент, я подъехал к возку, из которого доносились очередные благочестивые поучения велеречивого бенедиктинца.

– Прошу прощения, преподобный отче, – я отбросил кожаный полог возка, – я бы хотел переговорить с вами.

– Полагаю, насчет дальнейшего путешествия, сын мой? – елейным тоном осведомился брат монах. – Но разве остались здесь еще неразрешенные вопросы?

– Дальнейшая дорога будет весьма опасна. Я еду в Шалон!

– Весьма мудрое решение, сир. Но неужели же вы полагаете, что всеблагий Господь оставит своим попечением любимейшего из своих сынов в таком богоугодном деле, как воссоединение мужа и жены? Вы не можете так думать!

– Но я повторяю, это очень опасно, – продолжал настаивать я.

– Мсье, мсье, – перебила меня мадам Жози. – Уж не намерены ли вы в самом деле нас пугать? Да я, чтоб вы знали, в течение семи лет командовала армией вместе с маршалом Таванном! Он-то в последние годы совсем робок стал. Пока со мной в постели не поваляется, на поле боя ни ногой. Прости, девочка, тебе бы не стоило этого слышать, но уж тут что было, то было. Раз уж решила я ехать с вами, значит, так тому и бывать. Даже и не пробуйте отослать меня обратно!

– А вы, мадемуазель? – Я перевел взгляд на госпожу де Пейрак, – Быть может, вам стоит отправиться в Отремон вместе с отрядом? Это много безопасней, чем то предприятие, которое я задумал.

– Сир, – негромко проговорила Конфьянс, не спуская с меня выразительного взгляда черных глаз. – Я поручила себя вашей мудрости и отваге. Вы можете отправить меня вместе с пистольерами. Но если речь идет о моем выборе, позвольте мне остаться рядом с вами.

Я со вздохом покачал головой. Порою верность бывает весьма обременительна.

Мы направлялись в Шалон. В Жизоре ближайший брадобрей преобразил наши физиономии не то чтобы до неузнаваемости, но все же весьма изрядно, сделав невесть откуда свалившихся ему на голову посетителей похожими на провинциальных щеголей явно католического вида. Купленные здесь же попугаичьей расцветки обноски, принадлежавшие совсем недавно каким-то проигравшимся ландскнехтам, дополнили наш облик такими колоритными деталями, что Конфьянс и Жозефина невольно прыснули, узрев короля Наварры и его ближайших соратников в столь конфузном виде. Черно-желтое полосатое одеяние с множеством прорезей, подложенных пунцовым атласом с вытканным на нем садом золотых роз, украшенное где ни попадя брабантскими кружевами, и, что особенно повеселило наших дам, вместительная «срамная капсула» из все того же атласа между черной и желтой штанинами. Появись я в таком наряде у стен Ла-Рошели, и деморализованные гугеноты, пожалуй, сложили бы оружие, А потом все вместе бросились бы в пучину океана.