Чтение онлайн

— Да, — согласилась Одри, — наверное, лучше в гостиной.

Все вернулись в комнату. Тэд и Кэй уже не танцевали. Часы пробили четверть десятого. Дверь открылась, и в гостиную вошла высокая сухопарая женщина в черном.

— Наилучшие пожелания миледи всем присутствующим, — почтительно произнесла она. — Миледи будет рада видеть мистера Тривза у себя в комнате.

Леди Трессилиан приняла мистера Тривза с видимым удовольствием. Наконец-то она могла поговорить с человеком, который не только принадлежал к ее кругу, но и разделял во многом ее взгляды.

Вскоре их уже уносил поток приятных воспоминаний о минувших днях, об общих друзьях. Оживленная беседа длилась около получаса.

— Ах, — сказала наконец леди Трессилиан с глубоким вздохом удовлетворения, — вы доставили мне огромное удовольствие! Что может быть лучше, чем обменяться сплетнями и припомнить старые скандальные истории.

— Чуть-чуть злословия, — согласился мистер Тривз, — действительно придает жизни пикантную остроту.

— Кстати, — сказала леди Трессилиан, — мне было бы интересно узнать, что вы думаете о нашем случае извечного треугольника.

На лице мистера Тривза отразилось вежливое недоумение.

— Простите, какой треугольник?

— О, только не говорите мне, что вы ничего не заметили! Невил и его жены.

— Ах, это! Нынешняя миссис Стрэндж исключительно привлекательная молодая женщина.

— Как и Одри, — добавила леди Трессилиан.

— В ней тоже есть шарм — это несомненно, — согласился мистер Тривз.

— Уж не хотите ли вы мне сказать, что понимаете мужчину, который оставляет Одри — человека редких душевных качеств — ради… ради такой женщины, как Кэй! — воскликнула леди Трессилиан.

Мистер Тривз на это ответил очень спокойно:

— Прекрасно понимаю. Подобные вещи случаются часто.

— Отвратительно. Будь я мужчиной, Кэй очень скоро бы мне наскучила, и я бы пожалела, что выставила себя таким дураком!

— И такое тоже часто бывает. Эти внезапные страстные увлечения редко длятся долго.

— И что же происходит тогда? — заинтересовалась леди Трессилиан.

— Обычно, — ответил мистер Тривз, — стороны приспосабливаются друг к другу. Весьма часто имеет место второй развод. В этом случае мужчина подыскивает третью партию — кого-нибудь, кто сочувственно к нему относится.

— Ерунда! Невил все-таки не какой-то мормон, как некоторые из ваших клиентов!

— Иногда происходит восстановление первого союза.

Леди Трессилиан решительно покачала головой.

— Это исключено! У Одри слишком много гордости.

— Вы так думаете?

— Я в этом уверена. И, пожалуйста, не качайте головой!

— Мой опыт свидетельствует, — веско заговорил мистер Тривз, — что там, где речь идет о любви, женщины мало думают о гордости, если вообще о ней думают. Гордость — это нечто, что не сходит у них с языка, но никогда не проявляется в делах и поступках.

— Вы не понимаете Одри. Она истово любила Невила. Пожалуй, даже слишком истово. Когда он оставил ее ради этой девчонки — хотя я не виню одного его, — эта особа преследовала его повсюду, а вы знаете мужскую натуру! — Одри больше никогда не хотела его видеть.

Мистер Тривз легонько кашлянул.

— И все же, — заметил он, — она здесь!

— Ну, знаете, — раздраженно возразила леди Трессилиан, — я и не претендую на то, чтобы понять все эти современные представления о жизни. Мое мнение, что Одри здесь лишь затем, чтобы показать, насколько ей все безразлично.

— Очень возможно, — сказал мирно мистер Тривз. — Сама она, без сомнения, примерно так и считает.

— Вы хотите сказать, — спросила леди Трессилиан, — что, по вашему мнению, Одри все еще сохнет по нему и что… Ну нет! в это я никогда не поверю!

— Но это и не исключено, — ответил мистер Тривз со спокойной уверенностью.

— Я не позволю, — заявила леди Трессилиан. — Я не допущу такого в моем доме.

— Однако вы встревожены, не так ли? — проницательно заметил старый адвокат. — Уже есть напряженность. Я почувствовал ее в воздухе.

— Значит, вам тоже это показалось? — быстро спросила леди Трессилиан.

— Да. И я теряюсь в догадках, должен сознаться. Подлинные чувства сторон остаются туманными, но, по моему мнению, пороху кругом понасыпано предостаточно. И взрыв может произойти в любую минуту.

— Вы разглагольствуете, словно Гай Фокс. Довольно. Лучше посоветуйте, что мне делать, — попросила леди Трессилиан.

Мистер Тривз воздел руки.

— Право, даже и не знаю, что тут можно посоветовать. Во всем этом — интуиция меня не обманывает — есть свой центр, свой фокус. Если бы нам удалось его найти… но, увы, слишком много неясностей.

— Во всяком случае, я ни за что не стану просить Одри уехать, — упорствовала леди Трессилиан. — По моим наблюдениям, в этой трудной ситуации она ведет себя безупречно: она держится неизменно вежливо, но не более того. Я считаю ее поведение безукоризненным.

— О, вполне, вполне. Но тем не менее, это производит на молодого Стрэнджа совершенно очевидный эффект.

— Невил, — строгим голосом сказала леди Трессилиан, — ведет себя плохо. Я поговорю с ним об этом. Но и ему я ни в коем случае не могу отказать от дома. Мэтью практически считал его своим приемным сыном.

— Я знаю.

Леди Трессилиан вздохнула и, понизив голос, спросила:

— Вы знаете, что Мэтью утонул здесь?

— Да.

— Многие тогда удивлялись, почему я осталась в этом доме. Как глупо с их стороны! Здесь я всегда чувствую Мэтью рядом с собой. Им наполнен весь дом. В любом другом месте я чувствовала бы себя покинутой и чужой.

Она замолчала, потом через некоторое время продолжила:

— Поначалу я надеялась, что до нашей встречи вряд ли осталось много времени. Особенно когда здоровье стало оставлять меня. Но, похоже, я — словно старые ворота — из тех инвалидов, которые скрипят, да держатся.