Чтение онлайн

— Теперь выбирай что-нибудь для себя.

— Нет, наша рыночная площадь чуть дальше.

— Погоди, а это тогда что?

— Летняя площадь.

— Ой! А я Осенняя! Нельзя было, да? Тамани засмеялся.

— Нет, все в порядке. Зимние и Осенние феи могут ходить по любым ярмаркам: вас слишком мало и отдельной площади для вас нет.

— То есть мне можно пойти и на Весеннюю площадь?

— Да, но тебе там нечего делать.

— Почему?

Он пожал плечами.

— На Весенней площади не так уж и красиво. В смысле, сама площадь красивая, как и все в Авалоне, а вот мишура и побрякушки нам ни к чему. Весенним нужна одежда, еда, нужны ремесленные инструменты. Я, например, беру оружие, а еще эликсиры и зелья для аптечки, которые привозят из Академии. Если понадобится эффектный наряд, особенно для выхода в театр, обращайся к Летним. Хотя в глубине их лавок стоят и другие вещи, более практичные: например, краски для сценических декораций, музыкальные инструменты, оборудование для ювелирных мастерских. — На лице Тамани появилась ухмылка. — А блестяшки только завлекают народ.

Оба прыснули, и Лорел потянулась к новому гребню. Интересно, сколько бы он стоил в Калифорнии? Впрочем, неважно — она не собиралась ничего продавать.

Вскоре многолюдная рыночная площадь осталась позади. Вдоль широкой грунтовой дороги стояли дома, целиком сделанные из сахарного стекла, как окно в комнате Лорел. Большие прозрачные шары (видимо, гостиные) выходили на улицу, а те, что поменьше, из замутненного стекла (наверное, спальни), располагались сзади и по бокам. За каждым домом лежали огромные шелковые покрывала пастельных цветов. Днем солнце беспрепятственно освещало каждый дюйм внутри жилища, а ночью на стеклянную поверхность, видимо, натягивали чехол. Шаровидные дома, украшенные хрустальными подвесками и бусами, ослепительно, до рези в глазах, сверкали на солнце. Лорел сообразила, что именно их и видела с холма в первые минуты пребывания в Авалоне.

— Красотища! — вырвалось у нее.

— Точно. Идти через поселок Летних — одно удовольствие.

Сверкающие дома стали попадаться все реже, и вскоре дорога пошла под уклон. Слева и справа раскинулось клеверное поле, среди которого пестрели островки цветов.

«Неужели такие поля бывают не только в кино!» — удивилась Лорел.

А воздух! Она уже привыкла к душистому воздуху Авалона, напоенному запахом почвы и цветов, но здесь живительный аромат, гулявший по полю вместе с легким ветерком, ощущался даже сильнее. Лорел с наслаждением сделала глубокий вдох.

Обернувшись в очередной раз, она увидела, что Тамани отстал. Он сидел на корточках у края дороги и вытирал руки о густой ковер клевера.

— Что ты делаешь? — изумилась Лорел. Тамани резко вскочил на ноги.

— Я… забыл перчатки. Листья клевера слегка мерцали.

— Перчатки нужны, чтобы скрыть пыльцу? — догадалась она.

— Да. У нас так принято.

Ну конечно! Так вот почему все мужчины на Летней площади были в перчатках! Видя смущение Тамани, Лорел поспешно сменила тему.

— Куда теперь?

Она поднесла ко лбу руку козырьком и стала всматриваться в даль.

— Скоро ты увидишь мое самое любимое место в Авалоне.

— Правда? А где это?

От радости у Лорел вылетело из головы, что она сама просила Тамани сделать ей сюрприз. Он улыбнулся.

— У меня дома. Хочу познакомить тебя с моей мамой.

У Лорел по спине пробежал холодок.

— С мамой? — нервно спросила она.

— Да, а что?

— Ты же сам говорил, что феи не знают своих родителей.

Тамани молчал. Его лицо приобрело особое выражение, которое появлялось каждый раз, когда его уличали в некотором отступлении от правды.

— Я так не говорил. Я имел в виду, что здесь все по-другому.

Но… раз феи рождаются из семян… Ты сказал, что вы заботитесь о себе сами! — раздраженно выпалила она.

— Да, но у нас детей воспитывают совсем не так, как это делают люди.

— Значит, мама у тебя все-таки есть?

— Да…

— А у меня? В смысле — настоящая мама? Тамани замялся, явно не желая отвечать на этот вопрос. Наконец он покачал головой.

К горлу подкатил ком, глаза наполнились слезами. К тому же, несмотря на трудности в отношениях с приемной мамой, Лорел очень скучала по ней. Девушка резко отвернулась и пошла дальше. К счастью, других прохожих рядом не было.

— Почему?

— Ну нет у тебя настоящей матери, и все тут.

— Но у тебя-то есть! — по-детски заупрямилась она.

— Потому что я не Зимний и не Осенний. Лорел встала как вкопанная.

— И что с того? Ты родился по-другому?

— Нет.

— Семя, из которого появилась я, сделали двое фей.

Тамани нехотя кивнул.

— И где же они? Может…

— Не знаю, — вставил он. — Никто не знает. Все записи уничтожены.

— Почему?

— Осенние и Зимние дети не растут вместе с родителями. Они становятся детьми Авалона, детьми королевства. У нас отношения детей и родителей складываются по-другому, в отличие от мира людей.

— То есть у тебя с мамой не такие отношения, как у меня с моей?

— Ты неправильно поняла. Семя — всего лишь семя, и ничего больше. Оно, конечно, очень ценно, так как несет в себе зачаток жизни, однако отношения начинаются позже, когда семя прорастает и, превратившись в сеянец, попадает домой. Правда, в семье живут только Весенние и Летние феи. То есть с производителями…

— С родителями, — возразила она.

— Хорошо, с родителями… Твои родители, конечно, расстроились из-за того, что их дитя не будет жить с ними, однако все прекрасно понимают, что Осенние феи имеют огромное значение для королевства. К счастью, вы расстались, пока ты существовала еще в виде семени. Так легче для всех.

— По-твоему, мне теперь должно стать легче?

— Да. Потому что ты не эгоистка. — Тамани положил руку на плечо Лорел. Они остановились, не доходя до поворота на главную дорогу. — Вот скажи, что лучше: когда родители глубоко несчастны из-за разлуки с ребенком или когда спокойно живут сами по себе, а тебя в это время растят любящие приемные родители?

— Знаешь, об этом я и не задумывалась.

С ласковой улыбкой Тамани потянулся к лицу Лорел и убрал выбившуюся прядь ей за ухо, нежно касаясь большим пальцем ее щеки.