Чтение онлайн

Когда Шеннон смотрел на книжную полку, его взгляд проникал сквозь кожаные переплеты в самую суть: к сверкающим параграфам внутри каждого тома. И сейчас он наблюдал за тем, как прямоугольник зеленого текста отделился от общей массы и раскрылся на два прямоугольника поменьше. Смолвуд просматривал снятую с полки книгу.

— Тимоти, ты слушаешь?

— Что?.. Да, да, разумеется. — Смолвуд поспешил захлопнуть зеленый прямоугольник. — Думаешь, по крыше крался кто-то из делегатов Совета?

Шеннон пожал плечами.

— Это вполне мог быть иноземный чарослов. Или волшебник.

— Кому придет в голову шпионить за Барабанной башней? Я знаю, как ты привязан к своим какографам, но, может, разгадку стоит искать в другом месте? Скажем, в главной библиотеке или ректорате?

— Именно это меня и тревожит.

Смолвуд прокашлялся.

— Агву, а если ты реагируешь… слишком остро, что ли? Я в курсе, хм… интриг, в которые тебя вовлекли в Астрофеле, но мы сейчас в Звездной академии.

Шеннон погладил усы, пряча недовольную гримасу.

Смолвуд продолжил:

— А может, это делегаты Астрофела выбили тебя из колеи? Разбередили старые раны?

— Может, хотя вряд ли, — не сдавался Шеннон. — У меня есть две горгульи-охранницы из лингвистической библиотеки. Я бы хотел их переколдовать для патрулирования Каменного двора. Но сперва мне нужно, чтобы ты их переписал: они должны общаться со спящими там горгульями.

Судя по шороху, Смолвуд переминался с ноги на ногу.

— Сегодня?..

Шеннон скрестил руки на груди и взглянул в направлении, где предположительно находился его коллега.

— И тогда завтра я смогу сосредоточиться на нашем исследовании.

— Ясно. Значит, сегодня. Благодарю, что позволил мне участвовать в исследованиях.

Шеннон, который, сам того не замечая, затаил дыхание, резко выдохнул.

Прямоугольник зеленого текста скользнул на место: Смолвуд поставил книгу на полку.

— Азура с тобой?

Шеннон покачал головой.

— Я отправил ее с посланием. — Он решил не упоминать, что Азура сейчас летает над крышами, выискивая любые странности.

— Жаль. — Судя по голосу, Смолвуд направился к двери. — Я бы хотел еще разок взглянуть на ее диалект нуминуса. Агву, пока я не ушел… поправь меня, если я ошибаюсь… это ведь твоего ученика одно время принимали за Альциона?

— Моего.

Смолвуд неуверенно продолжил:

— Твои опасения… то есть я хочу сказать, может, ты спешишь с выводами… — Помолчав, Смолвуд заговорил снова: — Позволь спросить: ты считаешь, что Никодимус — тот, о ком говорится в Пророчестве?

— Ничего подобного.

— Отлично, отлично. Разумеется, я так и думал… — Щелкнула дверная защелка. — Я наложу охранные заклинания в течение часа. Тогда до завтра, увидимся во второй половине дня?

— Конечно. — Шеннон подождал, пока не скрипнула, открываясь, дверь, и добавил: — Тимоти, серьезно, спасибо.

— Всегда рад помочь, Агву. Всегда рад. — Дверь захлопнулась.

Шеннон извлек из стола журнал исследований — переплетенный кожей дневник высотой в две ладони. Тиснение в виде трех звездочек — на корешке и лицевой стороне обложки — позволяло определить книгу на ощупь. Волшебник открыл дневник и сделал несколько записей о событиях минувшего дня. Впрочем, закончить работу Шеннону так и не удалось: спустя четверть часа его внимание привлекла внезапная вспышка света.

Несмотря на физическую слепоту, он точно знал, в каком месте находится входная дверь: она выглядела как темный прямоугольник на фоне светящихся книжных полок. Теперь же в проеме, где раньше зияла темнота, повисло мерцающее облако золотых фраз.

Шеннон мгновенно распознал роящихся светляков — огневое заклинание, сотворенное кем-то в коридоре. Сперва он решил, что это вернулся Смолвуд. Но Тимоти прекрасно ориентировался в стенах академии и редко использовал даже одиночные фразы-светляки — не говоря уже о целом рое. А тот, кто пробирался по коридору, явно не экономил на освещении. Скорее всего чужак.

Шеннон присмотрелся к тексту. Четкий почерк, сложные предложения и изобилие составных существительных — автор использовал необычную структуру магических фраз.

Старый волшебник изменился в лице — он узнал чары. Давненько он не встречал подобной колдовской техники.

— Всемилостивый Создатель! Не слишком ли много приключений для одной ночи? — в ожидании очередного стука пробормотал Шеннон.

Однако стук не повторился. Отсчитывая секунды, волшебник закрыл журнал исследований. Саму гостью он не видел — только ее магию. Время шло: догорающие огневые светляки осыпались на пол хлопьями черного снега. Почему она медлит?..

Вложив в голос как можно больше душевной теплоты, Шеннон обратился к посетительнице:

— Проходи, Амади, не стесняйся.

Дверные петли тихонько скрипнули, и спокойный женский голос произнес:

— Сдается мне, слухи о слепоте старого магистра Шеннона несколько преувеличены.

Щелкнул засов: гостья закрыла дверь.

Шеннон не сдерживал улыбку:

— Старого? Может, твой учитель и одряхлел, но не настолько, чтобы забыть о чьем-то остром язычке, Амади. Подойди же, обними старика.

Ориентируясь по памяти, Шеннон обогнул стол. Послышались легкие шаги: Амади неуверенно, словно сомневаясь, приблизилась и крепко, от души, обняла волшебника. Он успел забыть, какая она высокая.

— Слухи не лгут, — сказал он, отстраняясь. — Я слеп, как пещерная рыба-слепоглазка.

Амади замерла, разглядывая учителя.

— А выглядите молодо: судя по тому, что я вижу, рановато вам терять зрение.

Он усмехнулся.

— Может, это тебя подводят глаза? Ведь мне скоро стукнет два века. Двести лет — не шутки.