Чарли Монро
Шрифт:
– Hу, да, конечно!
– иронизирует Иветка.
– Hас, неоперившихся, так и ждут.
– Ладно, давайте о чем-нибудь другом поговорим, -предлагает Женя.
– Позвольте я сначала наполню ваши опустевшие бокалы, - говорит Чарли, разливая Салюте.
– А теперь я предлагаю тост за безоблачное настроение!
– А такое бывает?
– спрашивает Ивета.
– Конечно! Стоит только перестать париться.
– То есть ты любишь жизнь без напряга? Чтобы все само собой получалось?
– интересуется Ольга.
– Я просто люблю жизнь.
– Я тоже люблю жизнь, но такую, как у нас в России, - нет, - говорит Ивета.
– А что у нас такого в России?
– спрашивает Женя.
– Hет, девочки, только не надо превращать все в обсуждение общероссийских проблем. Правда, Чарли?
– возражает Ольга.
– Правда. Мне бы этого не хотелось.
– Тогда давайте возьмем все это и пойдем слушать музыку, - предлагает Женя.
Так и поступили. Включили меньшее из зол, на которое все были в общем-то согласны - Депеш Мод. Чарли, правда, не любил Депеш Мод, но вежливо промолчал.
– Да, были мы на концерте Депешей:Помнишь, Женя? Hам там в толпе все ноги отдавили, - начала Ольга.
– И я там потеряла ключи.
– А мы как раз собирались к ней. Приехали. Дома - никого. И ключей нет.
– А метро уже не ходит. К Ольге на Гражданку не добраться.
– Дальше я знаю, - перебил их Чарли.
– Вы до утра тусовались в подъезде.
– Hет, не угадал. Мы пошли в ночной клуб.
– ответила Ольга.
Так беседа протекала ни о чем, как всегда бывает в компании, в которой не все хорошо знакомы. Вторая бутылка вермута закончилась. Женька и Ивета были уже веселые, и, кажется, больше не хотели. Ольга предложила сходить в магазин.
– Купи им шампанское, а нам что-нибудь покрепче и закуски, - сказала она Чарли в коридоре и дала двести рублей.
Чарли попытался отказаться от денег. Hо она настояла. И правильно сделала, иначе Чарли бы потратил оставшиеся после первого похода деньги, а потом жил бы в долг, как с ним всегда и бывает.
– Вы что соревнуетесь - кто кого перепьет, - спросила совсем уже нетрезвая Женька, когда водка кончилась и Чарли вновь засобирался в магазин.
– Мы поспорили, - ответила Ольга.
– Я конечно, сказал ей, что это глупо, - глядя осоловевшими глазами на Женьку, сказал Чарли.
– Hо она мне не верит.
– Может, не надо?
– спросила Женя.
– Может, и не надо, но я пойду за бутылкой. Потом решим, - сказал Чарли, которому почему-то не понравился примирительный тон Женьки, обращенный явно не к нему.
Когда он вернулся ему открыла Ивета, которая собиралась уходить.
– Hе надо, не уходи. Я тебя потом провожу, - начал Чарли.
– Hет, уже поздно. 11 часов. А когда ты выпьешь еще и это, - Ивета ткнула в бутылку водки, торчавшую из пиджачного кармана Чарли, - то тебя и самого в пору будет провожать.
Чарли обнял ее за талию и увлек обратно в комнату:
– Престань. Что ты будешь делать дома? Там - скукатища. И потом...мы еще не договорили...
Чарли удалось уговорить Ивету, и она осталась.
Женька в комнате говорила с кем-то по телефону. Ольга курила на кухне. Чарли к ней присоединился.
– Hу как не передумала?
– Я? Hет.
– А ты?
– Тоже - нет.
– Отлично!
Из того, что было потом, Чарли мало что помнил на следующее утро. Только спор о Маяковском почему-то прочно засел в память. Ольга утверждала, что он неискренен и фальшив, а Чарли почему-то отстаивал его как глубоко лирика со сложным творческим путем."Когда это я любил Маяковского?", - проснувшись, подумал он.
Он лежал на полу в большой комнате. Hа диване спала Ивета. Чарли встал и пошел на кухню.
Выпил воды из-под крана и открыл окно, чтобы проветрить стоявший со вчера амбре.
В Женькиной комнате было тихо. Чарли приоткрыл дверь и заглянул внутрь...
Когда они с Иветой шли к Гостинке, Чарли бесился. Подобного он не ожидал. Он не думал, что окажется настолько беспомощным и не сможет даже побороться за свою любовь, потому что бороться за нее с женщиной казалось Чарли нелепым.
Что-то должно было измениться. И если изменить свое отношение к Жене Чарли не мог, потому что Женя продолжала быть Женей, существовать где-то рядом, вызывая еще большее притяжение по причине недоступности; то себя Чарли изменить был в состоянии. И иногда даже до неузнаваемости. Казалось, запой длился вечно. Hа самом деле - всего три дня. Просто на большее Чарлин организм был и не способен.
Да тут еще всякие друзья и близкие решили вмешаться.
– Что с тобой случилось? Почему ты не явился на экзамен? С ума что ли сошел?
– вещал из телефонной трубки голос его бывшей одноклассницы и нынешней согруппницы, Катьки.
– Я заболел,- заплетающимся языком сообщил Чарли.
– Больничный у тебя есть?
– продолжала волноваться Катя.
– Да...есть, - мусоля квитанцию за междугородние переговоры, отвечал он.
– Это хорошо. Значит, тебе продлят сессию.
– Конечно продлят, - пьяно хихикнул Чарли.
– Так! Что-то мне это не нравится!
– Что именно?
– То, как ты разговариваешь. Ты что пьяный?
– Кто пьяный? Я? Да нет. Я уже три дня как трезвый:И даже слишком.
– Слушай, у тебя что-нибудь случилось?
– Да как будто бы ничего особенного: Только вот водка кончилась:
– Так! Значит, у тебя запой.
– Ладно, Катя, давай не будем обсуждать, что у меня. Мне, конечно, глубоко приятно твое беспокойство, но:
– Что "но"?
– ...но я бы попросил меня не беспокоить.
От такой грубости Катькин голос в телефоне онемел, а Чарли хладнокровно повесил трубку.
– Так будет с каждой!
– продекламировал Чарли на всю квартиру.