Чтение онлайн

Через некоторое время, заправив готовую горячую кашу молоком и большим куском жёлтого, жирного масла, он отнёс миски наверх, аккуратно расставил их на скамье возле постели найдёныша и сдёрнул покрывало, закрывающее оконце бойницы. В комнату хлынул свет. Мальчик, дёрнувшись от неожиданности, вскинул руки к глазам. Его светлые волосы весело заиграли золотыми искорками в лучах поднимающегося над дальним гребнем леса солнца.

Погода улучшилась. Ветер, вволю наигравшись с опавшими листьями, занялся своим извечным делом и гнал на восток безчисленное стадо редких пушистых облаков. Выпавший ночью снег таял, собираясь в холодные, тёмные лужи, отражающие глубокое, уже зимнее небо.

— Ты кто? — спросил мальчик.

— Я? Дедушка Атар. А ты сам-то кто?

— Чабор.

— Чабор? — удивился старик. — Это имя уже взрослого человека[i]. Кто ж это тебя назвал так? Вроде ещё не ко времени...

Быстро сообразив, что спросил что-то не то, старик огладил бороду и продолжил:

— Ну, что ж, Чабор, надо бы тебе подкрепиться. Вот каша с молоком, ложка. Как закончишь трапезничать — миску на скамью поставь и знай себе отдыхай дальше. Что да как — это мы с тобой после обсудим, добро?

Он весело подмигнул малышу и, оставив его одного, спустился в нижнюю комнату.

Давая возможность своему гостю как следует привыкнуть к окружающей обстановке, Атар долго его не безпокоил. Когда же он снова поднялся наверх, то застал у постели малыша пса и кота, попеременно старающихся урвать у него побольше к себе внимания. Как показалось парсу, их возня уже начала донимать Чабора.

— Ну, как ты тут? — спросил старик, отталкивая в сторону разыгравшегося пса, тычущегося в руку хозяина носом. — Я вижу, эти двое не дают тебе отдохнуть? А-ну, давай глянем, — старик присел на край скамьи. — Э-хе-хе-е.., — недовольно вздохнул он, приложив тыльную сторону своей ладони ко лбу малыша, — не сдаётся жар. Ну, да это ничего, всё уже не как вчера. И угораздило ж тебя в такую погоду?.. Эдак всякий заболеет. Куда ж родители-то смотрят? Ты не потерялся ли, парень?

— У меня нет родителей, — как будто о чём-то обыденном ответил мальчик.

— Что, ни отца, ни матери? — удивился старик.

— Отца давно уж нет, …а мамка, …вот только померла, — малыш опустил глаза.

— Э-э, …так это ты у её могилы сидел?

— Я не помню…

— А что помнишь? Расскажи. Спешить-то уж некуда. — Атар поймал назойливо тёршегося возле его поршней кота и положил его на постель.

— Мы с мамкой, — дрогнувшим голосом начал мальчик, — жили на Сером болоте, у нас там дом….

Малыш замолчал и вдруг заплакал. Его будто прорвало. Атар, глядя на то, как несчастный ребёнок, стыдясь своих слёз, прячется в подушку, почувствовал, что и его старое сердце сейчас неприятно защемило. «И сколько же горечи накопилось в этом маленьком человечке? — подумал он. — И верно, что проку сдерживать эту горечь? Пусть выходит со слезами…».

Целитель протянул к ребёнку худую руку и погладил его по голове:

— Да, досталось тебе, парень, — хрипло, выдавил он из себя, сглатывая подступающий к горлу ком.

Мальчик с тревогой спросил:

— Дедушка Атар, а что же теперь со мной будет?

— А всё хорошо с тобой будет, не переживай.

Малыш снова заплакал. Старик прижал его к себе. Чабор затих, уткнувшись в плечо сердобольного старика, и они долго так сидели, пока ребёнок не уснул.

Атар уложил его на постель, согнав пригревшегося на одеяле кота, и осторожно, чтобы не разбудить мальчика ненароком, накрыл его лоскутником.

Чувствуя, что не в силах больше сдерживать горько-солёный ком, старик, вытирая на ходу выступающие слёзы, остановился на лестнице и в безсилии присел на ступеньку.

Заметив хозяина, откуда-то из глубины комнаты прибежал пёс и стал к нему ластиться. «В конце концов, — гладя своего лохматого друга, дрожащим голосом тихо произнёс парс, — с мальчонкой будет веселей. Не век же мне одному. И слава Богу, что так. И плевать я хотел на предсказания этих чертей…»

Долго так и сидел он на ступеньке, рассуждая о том, что и как будет строиться в его новой жизни, пока не услышал во дворе топот копыт. Пёс, к тому времени томно развалившийся у ног хозяина, сорвался с места и глухо зарычал. Вскоре в дверь постучали.

— Входи, кто там? — тихо отозвался Атар, вставая и оттаскивая в сторону старательно отрабатывающего свой хлеб лохматого охранника. — Не заперто…

— Мир в твой дом, — осторожно просовывая голову в проём двери, поздоровался староста. Его штанам частенько доставалось от острых зубов этого пса, поэтому Иваш вошёл только после того, когда убедился, что враг его штанин надёжно удерживается руками хозяина. Староста закрыл за собой дверь и, шумно вздыхая от усталости, сел на скамью у входа.

Едва он открыл рот, собираясь что-то сказать, как тут же осёкся, с удивлением замечая, что Атар зачем-то зажимает пасть своему четвероногому другу.

— Случилось чего? — вкрадчиво спросил староста. — Ты не заболел, старый?

— Здоров, — тихо ответил тот, подтащил упирающегося пса к двери и, не церемонясь, вытолкал его на улицу. — Ну, как там, в селе?

— Да что там сделается, в селе? — подражая тону Атара, осторожно прошептал староста. — Орей передал, там, в телеге, тебе кой-чего. А так …дети, внуки — в общем, забот полон рот. А у тебя-то что случилось? Я гляжу, дым коромыслом?

— Внуки, говоришь? — деловито откашлялся перс, судя по всему не зная как преподнести старосте новость. — Внуки... — повторил он неопределённо, — я вот, Иваш, теперь …тоже вроде как дедушка.

— Хы-гы! — неожиданно вырвался смешок у ошарашенного гостя. — Это как же, без бабушки-то?

— Перестань…, — недовольно отмахнулся старик, — мальчонка тут один прибился, сирота. Вот, думаю приютить. Вдвоём-то жить веселей?..

— Да где ж ты его нашёл? — удивился Иваш, понимая, что на самом деле для шуток сейчас не время, — дети, чай, на дороге-то не валяются?