Чтение онлайн

Владимир посмотрел на своего бывшего однокурсника, теперь прямого начальника, и обратился к нему:

— Знаешь, что я хочу тебе сказать. Гена? Ты не просто подлец, ты мразь! Неужели ты думаешь, что своим цинизмом сможешь посеять в моей душе сомнения? Отвратить меня от Веры? Глупец! Мог бы придумать что-нибудь поумнее. Ревность свела тебя с ума, и ты готов на все, чтобы Вера принадлежала тебе. Не как любимая женщина, нет. А как атрибут твоего существования. Ты скотина, Крамаренко! Это все, что я хочу тебе сказать напоследок, и никогда, слышишь, никогда больше не заводи со мной подобный разговор, я тебя просто прибью!

Ухмылка не сходила с лица Крамаренко:

— Сколько страсти! Ты и в постели такой? Да! Я ревную Веру, ненавижу тебя, желаю тебе смерти. А больше всего желаю посмотреть, как ты будешь выглядеть, когда поймешь, что единственная, любимая тобой женщина равнодушно ставит тебе рога! На этом и закончим, а грозить мне не надо. Себе дороже выйдет! Один раз я простил тебя, другого не будет!

— Так это ты, оказывается, спас меня от трибунала?

Не слишком ли ты переоцениваешь свою, по большому счету, мерзкую личность?

— Больше мне с тобой не о чем говорить. Веру ты не получишь! Свободен, капитан!

Владимир вышел разъяренный, он прошел в дежурку, закурил, нервно затягиваясь. Достиг все же майор цели!

Удалось ему переложить часть своей душевной боли на его, Бережного, плечи. Удалось!

Вышел из своего кабинета и Крамаренко, проходя мимо, остановился рядом:

— Капитан Бережной!

— Чего надо?

— Не чего надо, а "я"! Устав из головы вылетел? Завтра утром к 6.00 посыльного ко мне! Ясно?

— Ясно!

Крамаренко посмотрел на Владимира, махнул рукой и вышел из штаба.

Бережной долго наблюдал из большого окна его сгорбленную под поднявшимся вдруг ветром фигуру, удаляющуюся по аллее в городок.

Он опустил светомаскировку, посмотрел на часы. Девять тридцать. Долго же они с Крамаренко беседовали, а показалось, несколько минут.

— Помощник, — вызвал Владимир сержанта.

— Я, товарищ капитан!

— Команду на вечернюю прогулку по подразделениям передали?

— Так точно, товарищ капитан. В первый раз, что ли?

— Хорошо! Я на плац. Останешься за меня. Все по плану и распорядку.

— Есть, товарищ капитан!

Закончив служебные дела, объявив батальону «Отбой» и проверив исполнение команды, Бережной вернулся в штаб. Доложился оперативному дежурному вышестоящего штаба. Все! Впереди — длинная бессонная ночь. Снайпер, бивший вчера, пока молчал, видимо, это была одноразовая, провокационная акция. Владимир принялся было за газету, но тут же вновь отбросил ее. Разговор с Крамаренко выбил его из колеи. Бережной не мог оставаться на месте. Он встал и стал мерить комнату шагами из угла в угол. Тут к нему вошел один из дневальных:

— Товарищ капитан, разрешите обратиться?

— Обращайся!

— К вам женщина пришла, что здесь в штабе работает.

— Где она?

— В курилке, товарищ капитан!

Владимир чуть не сбил солдата с ног, рванувшись из комнаты. Он выбежал из штаба, перескочив газон и ограждение «места для курения», оказался рядом с любимой. Вера задумчиво сидела в дальнем углу, Владимир взял ее ладони в свои:

— Вера! Как я рад, что ты пришла!

— Ты ждал меня?

— Не то слово!

Она неожиданно произнесла:

— А ведь это Крамаренко послал меня к тебе.

— Что значит послал? А ты сама что, не хотела прийти?

— Я бы и пришла, чуть позже. Но он сам за ужином сказал, чтобы я не мучила ни тебя, ни себя, хотя только для этого и создана, и шла к тебе.

— Ну, Крамаренко! Ну, подонок!

Бережной только покачал головой, слов не было. Спросила Вера:

— У вас был разговор?

— Да!

— Понятно. И удивительно.

На этот раз спросил Бережной:

— Что удивительно?

— Что ты вообще захотел после встречи с ним меня видеть. Он умеет все перевернуть. Так, как это выгодно ему.

— Вера! Да плевать я хотел на то, что он говорил.

Кстати, если ты думаешь, что я безропотно стоял и слушал его рассуждения, то глубоко ошибаешься! Я в состоянии защитить свою любовь, ты об этом прекрасно знаешь. И потом он оперировал фактами, о которых я знаю от тебя самой, правда, немного в иной интерпретации.

— В том-то и дело, что в иной интерпретации.

— Послушай, Вера, да черт с ним! Пусть думает и говорит, что хочет, главное — ты рядом, и мы любим друг друга!

— Правда?

— Конечно!

Она положила голову ему на плечо.

— Как, Володя, с тобой спокойно, хорошо.

— Пойдем в штаб? Иначе продует тебя всю, ладони вон как ледышки!

— Нет, любимый. Я увидела тебя и убедилась, что между нами ничего не изменилось. Поэтому сейчас пойду домой, а завтра… Завтра при всех встречу тебя после наряда, и мы вместе пойдем к тебе, в общежитие. Надеюсь, Антон поймет и найдет себе временное пристанище?

Пусть весь гарнизон узнает, что я люблю тебя и ушла от Крамаренко. Хватит прятаться, а то сами даем повод обсуждать нас. А потом снимем в поселке комнату, пока я разведусь с мужем. Если ты, конечно, не против всего этого?

— Я? Против? Да ты что? Ты умница. Вера, и я буду как никогда ждать окончания дежурства.

Вера поднялась.

— Я провожу, — предложил Бережной.

— Не надо. Дойду сама, у тебя служба. И прошу тебя, Володя, выбрось из головы то, что тебе наговорил Крамаренко. Не верь никому, кроме собственного сердца.