Чтение онлайн

Иллюзий Альмод не питал – едва оклемавшись, девчонка непременно попытается отомстить. Слишком многое он повидал, чтобы всерьез верить в человеческую благодарность. Пожалуй, это было даже занятно: вытаскивать от престола Творца своего возможного убийцу Альмоду еще не доводилось. Не могло ли быть, что не отпускающая тревога – лишь предчувствие опасности, исходящей от Нел? Он прислушался к себе. Нет. Если враг известен и рядом, все просто. Когда понимаешь, чего ждать, не о чем тревожиться. Тем более, что прямо сейчас она едва ли нападет. После того, как спала лихорадка, наверняка перестали путаться мысли, потому глупить, пытаясь убить человека, от которого пока полностью зависит, она не станет. Может быть, через день-два, когда поймет, что в состоянии о себе позаботиться.

Вечером, входя в землянку, Альмод успел заметить отблеск светлячка. Едва начала отворяться дверь, Нелл его погасила и притворилась спящей. За весь день они едва перемолвились парой слов. Альмода это забавляло, а что думала девчонка, ему плевать. Но хорошо, что к ней вернулась способность плести. Значит, случись что с ним, она сможет подновить исцеляющие плетения. И воду себе добудет, а еды пока полно. Это решило дело.

– Ты умеешь плести проход? – спросил он.

Нел открыла глаза. Качнула головой. Похоже, не врет. Многие командиры не учили младших членов отряда преодолевать огромные расстояния за несколько минут, проходя через иные миры. На взгляд Альмода, это было изрядной глупостью, но каждый управляется со своими людьми так, как считает нужным.

– А подновить исцеляющие плетения сможешь?

Девчонка прикусила губу, поняв, что светлячок не остался незамеченным. На лице отразилось сомнение. Интересно, она всегда настолько плохо скрывает свои чувства, или просто ранена и ослабела?

– Смогу, – наконец, сказала она.

Он кивнул. Плести будет не в полную силу, конечно, но самое главное уже сделано, потому Нел справится. Если так и дальше дело пойдет, дня через два встанет на ноги, еще через день сможет уйти.

– Я оставлю тебе еду и воду. Когда кончится готовое, мясо – зарыто в мешке под елкой, там сверху куча лапника, увидишь. Лигах в двух отсюда на северо-северо восток – Мирный, городишко так себе, но жить можно. Если я не вернусь до того, как встанешь, то буду там… или на том свете, пока не знаю.

Нел озадаченно на него уставилась, но с расспросами не торопилась. Похоже, не такая дура, как показалось поначалу.

– Почтовая станция в Кривом Озере. Это в двадцати пяти лигах к югу отсюда. Карты набросал, на столе. Твое оружие в сундуке, брошь чистильщиков тоже. Все, что есть в землянке – можешь брать.

Будет жив – достанет еще, а покойнику барахло ни к чему. Альмод выложил на стол пару серебряков и полгорсти меди.

– Этого хватит на первое время. Потом разберешься, одаренные нищими не бывают.

– А… ты? – выдавила, наконец, Нел.

– А я пойду в Мирный разбираться, какого рожна Гейра до сих пор не хватились.

Она мигом помрачнела:

– Разве ты не этого хотел?

– Я хотел, чтобы моя голова оставалась на плечах. Ей, знаешь ли, там нравится.

– Ну так радуйся.

Он пожал плечами. Что толку объяснять? Гейр был ее другом, и ничего с этим не поделать. Как ничего не поделать и с тем, что самому Альмоду до сих пор было муторно от того, что случилось. Можно сколько угодно твердить себе, дескать сам нарвался – но мало приятного в том, чтобы убивать человека, с которым ели, смеялись и сражались вместе.

– Твой образец я сжег вместе с остальными.

– Образец? – переспросила она.

– И это не говорили?

Она покачала головой.

– У Гейра, Свейна на руке видела? Вроде браслета, три бусины, как дохлые твари, только красные?

Нел кивнула.

– Это и есть дохлые твари. И кровь. Каждого из отряда. Одна бусина – один образец. Когда у тебя есть чья-то кровь, можно найти человека хоть на краю света. Плетение простейшее.

Он свил нити, показывая, и тут же распустил. Все равно ничьей крови под рукой нет.

– Я думала, это сплетни.

– Нет.

– Твой образец я сжег, так что ты вольна идти, куда глаза глядят.

– Я не предам орден… Я же не ты.

Альмод усмехнулся.

– Твое дело.

Он подхватил с сундука мешок.

– В чем подвох? – спросила она в спину.

Он обернулся. Приподнял бровь.

– Ты – дезертир и убийца. Зачем все это? Возиться со мной, оставлять деньги, вещи… Зная, что я буду тебя искать. В чем подвох? Нравится играть со смертью?

Альмод пожал плечами.

– Может быть, жаль трудов, потраченных до того, как все пошло кувырком.

Девчонка изменилась в лице. Ага. Дошло, наконец, что ей жизнь спасли. Альмод ухмыльнулся.

– Может быть, я не люблю топить котят, а убить тебя сейчас проще, чем утопить котенка. А может быть, меня греет мысль о том, как тебя встретят в ордене, который тебе так дорог. Стоять под плетью не слишком приятно, знаешь ли…

Она резко села.

– Что ты им написал?

Здорово, видать, разозлилась, только что руки поднять не могла.

– Я? Зачем? – Он широко улыбнулся. – Они сделают выводы и без меня. Ты исчезла. Образец исчез, это обнаружили сразу же, как добили тварь и стали хоронить мертвых. До столицы триста лиг, на почтовых лошадей у тебя не хватит денег, моя щедрость не простирается так далеко. Искать оказию, останавливаться для заработка… даже чтобы ограбить путника, нужно время. К тому моменту, как ты доберешься до ставки, соратники, – Альмод хмыкнул, – все будут уверены, что ты дезертировала, а чтобы не нашли, прихватила образцы. Кто там сейчас Первый? Астрид? Она упертая, если уж чего решила, не передумает. Так что… пятьдесят плетей.

Она обессиленно рухнула на овчину.

– Сволочь…

Он пожал плечам и шагнул в лес. Пусть думает что хочет, есть заботы насущней.

На самом деле едва ли Нел обвинят в дезертирстве, если она вернется в орден сама. И если не дура, она это поймет. Но, может быть, передумает возвращаться. Стоило столько возиться, чтобы через месяц-другой девчонка сдохла где-нибудь в другом мире, когда командир не удержит плетение прохода. Или ее все же достанет очередная тварь. Альмод терпеть не мог бессмысленной работы, а при таком раскладе все его труды выходили именно что бессмысленной работой. Впрочем, сам дурак. Зарекался же подбирать бездомных котят.