Чтение онлайн

— Это ещё кто?

— А это военные компании, которые в самом низу находятся. У них всё через одно место. Дисциплины нет, сплошная дедовщина. Оружие и амуниция — тоже как получится. Госпиталей нет, обучения толкового. Зато за грязную работу готовы браться.

— Почему мясоеды-то? Ладно шакалы, это ещё понятно…

— Так потому что солдаты у них — это мясо. Свежее. Которое они жрут, — жестко сказал мужчина. — Затыкают им опасные направления. По факту, просто губят молодежь.

— И что, это нормально?

— Тебе с какой колокольни оценить? — хмыкнул Степан Денисович.

— Если по совести, то нет, не нормально. А если по факту, то… Пока им кто-то платит, это продолжится. Поэтому те, кто поумнее, заранее готовиться начинают. Чтобы в хорошее место попасть… А всякая гопота, преступники малолетние… Ну, сам понимаешь. Либо допрыгаются и на рудники уедут, либо их на заметку возьмут, и всё. Тебе волноваться не о чем. За целителей молодых особая борьба идет. За тебя — так тем более. Вот увидишь, — заверил он меня.

Да я и не волновался как бы. Скорее озадачился, осмысливая то, как тут военная жизнь устроена.

Вопросы на этом задавать не закончил. Продолжил спрашивать, как отбор происходит, какая репутация у воевод, что там с госпиталями и целителями, как лечение идет, как потом у людей жизнь складывается, как долгосрочные контракты заключают. За что воюют. Только за деньги или за идею тоже.

Теперь хотя бы понятнее, почему молодежь такая воинственная. Я и так знал, что это поощряется, но сейчас общая картина сложилась. Я бы тоже, будь обычным парнем, жилы рвал. Вопрос выживания, как ни крути.

Степан Денисович рассказал и про то, почему едем именно мы. Причина в моей работе с ним. В излечении тяжелых случаев, после попадания под особо гадкие боевые техники. Оказалось, что мужчина фурор произвел. Именно он, а не я. Потому что с моего согласия и одобрения Аристарха Павловича хирург выдавал это за своё достижение. Я же официально был его ассистентом.

И хорошо, что так. Лишняя слава мне не нужна. Не в ближайшие пару лет. Поэтому пусть лавры достаются ему. А мне возможность работать с тяжелыми случаями, изучать местную магию. Ведь по характеру повреждений много чего можно сказать.

Как сказал Степан Денисович, едем по велению самого князя. Так что ближайшие несколько дней мы проведем в этом госпитале. Пытаясь как-то скрыть факт того, что основную работу делаю я.

Госпиталь находился в пригороде. Я бы сказал, что в живописном месте. Среди сосен и хвойных деревьев. Едешь, смотришь, и душа радуется — всё зелено и цветет. У самого госпиталя, ещё в просветах между деревьями озеро заметил.

— Неплохо тут, — заметил я, когда подъезжали.

— О чем и речь, Олег. Славский — человек специфический, но о своих людях думает.

На въезде нас остановили, проверили документы. Впервые увидел человека с самой настоящей винтовкой. Длинная, выглядит неудобно, но говорят, с пятидесяти шагов поразить цель можно. Интересно будет опробовать это оружие, но сомневаюсь, что оно против нежити имеет смысл. Какому-нибудь обычному мертвецу, с укрепленной кожей и костями, можно голову снести, и он будет продолжать нападать, пока Кровью не ударишь. Что уж говорить про высшую нежить.

— Степан Денисович, — узнал дежурный врач. — Ваши документы.

— Конечно-конечно, — ответил мужчина и достал из бардачка бумаги.

Сам дежурный настороженности не выказывал, лицом показал, что это пустая формальность, столь важного человека беспокоить. Но всё же побеспокоил, не постеснялся. Да и напарники его — один вышел, встал так, чтобы, если что, за будкой укрыться. Третий же внутри будки остался, за нами поглядывая.

Я не знаю местного учета, но молодые солдаты не выглядят как беспечные бездельники.

Как вопрос уладили, шлагбаум поднялся. Мы проехали, завернули на стоянку, там и вышли. Когда к зданию подошли, окрашенному в теплый, бежевый цвет, нас уже встречали. Женщина постарше и девушка помладше, лет двадцати пяти.

— Степан, не спился ещё? — спросила старшая.

Я на это чуть не споткнулся. Если честно, эта дама почти не отличалась от дамы утренней. У них даже волосы были схоже накручены. Ещё такой же неприятный голос, да и общий вид… Полноватая, в белом халате и вызывающе неподходящих ей красных очках.

— Не дождешься, — ничуть не растерялся хирург. — Что, пустишь нас? Или на пороге держать будешь?

— Будь моя воля, не пустила бы. Но сам князь велел. Поэтому — заходите, — сказала она недовольно, поджав губы. — Только ты сначала представь молодого человека. Неужто у тебя ученик появился?

— Он в первую очередь ученик Аристарха Павловича. А я так, натаскиваю на всякое разное, — мужчина двинул вперед, и женщине пришлось первой зайти в здание.

За ней хирург следом пошёл. Третьей — молодая. А я последним, значит.

Внутри было… Да обычно. Просторный холл, приёмная, ещё одна будка с охранником. Через окошко я увидел взрослого, полновато мужчину, который явно вышел на пенсию.

— Имя у ученика-то есть? — спросила женщина.

— Это Олег, — хирург остановился и представил меня. — А эта властная дама — Маргарита Робертовна. Вместе с…

— Моя протеже. Мария, — коротко ответила Маргарита Робертовна. — Не будем тянуть. Идите за мной. Работать будете при мне.

Мария смерила меня оценивающим взглядом. Никогда бы не подумал, что целительнице нужно обязательно делать укладку волос и носить дорогие серьги, да и грудь демонстрировать. Хотя, не буду отрицать, выглядела она приятно. Ничего не имею против женской красоты, но неудобно же. Ну, или у неё запредельно высокий контроль, по меркам местных, и она работает совсем без масляных осадков, которые проступают на теле во время очистки. Но что-то не верится.