Чтение онлайн

Разговор с Демьяном о том, что кто-то там недоволен, настроение не испортил, а наоборот. Приподнял немного.

Этот Илья Михайлович ещё не в курсе, на каком я счёту у Аристарха Павловича. В представлении меркантильного целителя я наверняка непонятный тип, который свалился как снег на голову. Талантливый, но ничего не стоящий. Не закрепившийся в лечебнице. Такого и придавить можно.

Ну да пусть попробует. Хотел бы я на это посмотреть. Не после того, как Аристарх Павлович свой первый обет принес. Дело не в самом обете, а в том, что целитель от меня что-то новое узнал. Да ещё вчерашний случай с исцелением военного. Если уж он себя приговоренным считал, а я его вытянул, то моя ценность как специалиста значительно выросла.

Так что я совершенно не боялся каких-то проблем со стороны Илья Михайловича. Он на фоне остальных угроз сущая мелочь.

Поэтому его взгляды, когда он мне с утра фронт работы обозначил, проигнорировал.

Сегодняшний урок Аристарх Павлович начал с того, что поделился радостью.

— На два пункта чистота Масла выросла, — сказал он, как только я вошёл в зал для тренировок. — А я ничего для этого не делал.

— Сделали, и много, — поправил я, включив зануду. — Как себя чувствуете?

— Признаюсь, вчера испугался своего состояния, но сегодня ощущения куда лучше, — улыбнулся он. — И это потрясающе! Сама концепция гениальна. Хочешь оставаться посредственностью — так оставайся. А хочешь Служить — так вот тебе путь, который поможет делать это с максимальной отдачей! Не знаю, откуда у тебя настолько скрупулезные познания, Олег… — наградил он меня выразительным взглядом, — спрашивать не буду, но это всё интереснее и интереснее. Если ты вдруг вспомнил опыт прошлых жизней…

— Аристарх Павлович… — осуждающе сказал я.

— Молчу-молчу! — выставил он ладони.

Сегодня он явно в приподнятом настроении пребывает. Вон какой озорной. А ведь ему за шестьдесят вроде бы. Не унывает «старикашка».

— Просто хотел сказать, что я о таком слышал, — не удержался он. — На самом деле опыт прошлой жизни многое бы объяснил. На тот случай, если придётся кому-то что-то объяснять. Ты, Олег, слишком заметный, — градус веселья упал, и он перешёл на серьезный тон.

— И что, вас не смущает, что я действительно могу помнить прошлую жизнь? — заинтересовался я.

Не совсем понятно, чего целитель сейчас добивается. То ли крутит меня на правду, то ли хочет подстелить соломки, если прижмет где. Так-то логика в этом есть.

— Да как сказать… — призадумался он всерьез. — Болтать об этом точно не стоит. Также не стоит себя святым называть. И вообще, лучше не выделяться. Ты знаком с историей?

— Совсем нет. В приюте ужасно учили, — не стал я скрывать.

— Да уж, — вздохнул он, — тогда отложим этот разговор до тех пор, пока ты базовые вещи не узнаешь. Кстати… Да, точно, — спохватился он, — я за радостью от новых открытий упустил этот момент, а ведь собирался с тобой поговорить. Историю ты не знаешь. А с другими предметами — знаком?

— Читать, писать и считать могу.

— Насколько хорошо?

— Ну… Ладно, Аристарх Павлович. Думаю, проще всего будет прямо сказать, что мои познания в базовых предметах удручающе скудны.

Мужчина медленно и шумно вдохнул, также медленно и шумно выдохнул.

— Дилемма. Видишь ли, Олег. Как бы так сказать…

— Да как есть, Аристарх Павлович.

— Если как есть, — глянул он на меня. — То целитель — профессия престижная. Ещё тебя князь заметил. А уж какие отношения у нас с представителями гильдии, ты и сам видел. Поэтому — надо соответствовать. Если ты не хочешь оконфузиться, чтобы над тобой весь город смеялся, что элементарных вещей не знаешь.

— Я-то не против пробелы восполнить, Аристарх Павлович… — сказал осторожно, подозревая, что мне сейчас зубрежки подкинут.

— Да, но у тебя есть работа, да и врачебное дело надо продолжать изучать… — оттарабанил он пальцами по столу.

— С последним хотелось бы повременить, — попросил я. — В смысле, с зубрежкой, как в прошлый раз. Как подозреваю, на звание полноценного целителя выучить придётся куда больше? Мне же это не надо делать в ближайшее время?

— Да как сказать… Эх, хотел об одном поговорить, а мы всё время в другую сторону уходим, — раздосадовано сказал он. — Тебе по паспорту шестнадцать лет. Через два года, весной, придётся на службу идти, в армию. Целители в этом вопросе поблажек не имеют. Наоборот, их охотно забирают. Поэтому в бой тебя не бросят, будешь в полевом лагере работать.

— Так… — протянул я, оценив перспективу, — в принципе, несложно.

— Да, но хотелось бы тебя подтянуть как следует. Если сдашь на полноценного целителя к восемнадцатилетию, то… То и служба легче пойдет, и репутацию свою подкрепишь.

— Тогда желательно как-то распределить нагрузку с учебниками, чтобы мои мозги не расправились, — поёжился я.

— Да, это можно, — кивнул целитель. — Хорошо, я подумаю, как лучше поступить. И с общим образованием, и с целительским. Я своим дочкам учителей частных нанимал. Пожалуй, свяжусь с ними, обсужу вопрос. Им можно доверять. В определенной степени, конечно… — поправил он себя. — Подумаю, Олег. Обсудим с тобой это в ближайшие дни.

— Хорошо, Аристарх Павлович. Тогда, перед тем, как перейдем к нашим темам, у меня вопрос… Вы в курсе, что целители торгуют очередью? — прямо спросил я.

Илья Михайлович меня не пугал, но я хотел прояснить, как ситуацию видит сам Аристарх Павлович. Банально, чтобы вслепую не тыкаться.

— В курсе, Олег, — покивал он. — Осуждаешь?

Вопрос был задан со смесью эмоций, из любопытства и… Будто он меня воспринимает, как равного коллегу или нравственный ориентир. По крайней мере, ему интересно моё мнение.

— То, что с людей берут деньги? — спросил я. — Да, осуждаю. Мою позицию вы знаете.

— Что сказать, — развёл он руками. — Не всё так просто.

— А в чем сложность? Я без обвинений, Аристарх Павлович. Просто хочу разобраться, как порядки в лечебнице устроены.

— Просто устроены. Скажи, Олег, какой смысл целителям работать у нас, если в другом месте они будут получать в несколько раз больше? Помимо идей Служения, разумеется.

— Престиж лечебницы?

— Сам по себе престиж значит не так много. А вот наработка опыта… В общем, скажу прямо. Я закрываю на это глаза, чтобы у них было меньше причин уйти.