Чтение онлайн

Жак взял его в руки.

— Знакомо вам это оружие?

— Да.

Варнэ сделал жест удивления. Неужели убийца намерен был сознаться?

— Объяснитесь! — сказал он.

— Кинжал был в составе коллекции оружия различных стран, находившейся в той квартире, которую де Белен сперва так любезно отдал в мое распоряжение. Но как он попал сюда?

— Вы меня об этом спрашиваете? — отвечал Варнэ, снисходительно улыбаясь. — Не угодно ли взглянуть на лезвиe.•и вы поймете.

Жак поднес его чуть ли не к самому носу и невольно вскрикнул. Он увидел на нем большие пятна запекшейся крови.

— Им были убиты де Белен и Сильвереаль, — пояснил следователь.

Жак вздрогнул от ужаса и отвращения — кинжал выпал у него из рук.

— Это не я! Нет! — в отчаянии твердил он.

Несчастный, казалось, близок был к обмороку. Борьба обессилила его.

— Загадочнее всего то, что кинжал обнаружен был у вас в руках. — возразил следователь.

— Но это невозможно!

— Уж не полагаете ли вы, что его употребили в дело сами жертвы!

Варнэ начинал отпускать плоские шутки.

Жак чувствовал, что рассудок покидает его.

— Я не совершал убийства! — пробормотал он.

— О, вы были не одни! Быть может, сообщники ваши разделили с вами этот труд?

— Мои сообщники?

— Кто же были те люди с замаранными сажей лицами, которые помогали вам совершать убийство?

— Но я ничего не знаю! Я никого не видел!

Внезапная мысль озарила его.

— Когда меня нашли в доме де Белена, — продолжал он, — я был в обмороке, не так ли? Если только можно назвать обмороком то ужасное оцепенение, которое охватило тогда мой рассудок. Значит, не я наносил удары!

— Я не согласен с заключением, сделанным вами,— отвечал следователь. — Ведь преступник такой же человек, как и другие, и у него есть нервы. Вид крови ваших жертв лишил вас чувств. А соучастники ваши не успели захватить вас с собой. Это гораздо вернее!

Жак ничего не отвечал. Во всем этом была какая-то ужасная тайна, которая перехватывала ему горло и туманила мозг. Он был в положении утопленника, захлебывающегося в тягучей и черной, как ночь, воде.

Варнэ несколько минут ждал ответа от арестованного, но видя, что тот упорствует в своем молчании, сказал:

— Так вы отказываетесь объяснить, как провели вы остальное время с тех пор, как расстались с вашей любовницей, до той минуты, когда совершено было убийство.

— Я не могу ответить на этот вопрос, — произнес Жак твердым голосом.

В эту минуту в дверь постучали. Агент передал следователю какое-то письмо. Варнэ быстро развернул его.

Он едва сдержал восклицание.

— Попросите эту даму подождать несколько минут,— сказал он.

Агент удалился.

Следователь еще раз пробежал глазами записку.

— Милостивый государь,— обратился он затем к Жаку, — вот новое обстоятельство, которое, быть может, изменит ваши намерения. Явилась свидетельница, желающая сообщить некоторые сведения относительно вашего времяпровождения.

Жак быстро вскочил с места.

— Нет, это невозможно! — воскликнул он. Меня никто не видел!

— Быть может. Во всяком случае, советую вам быть откровенным, пока еще не поздно! Верьте мне, чистосердечное признание смягчит вашу вину в глазах присяжных и облегчит вашу участь. Если же истина откроется независимо от вас, тогда уж не ждите снисхождения судей!

Жак не колебался ни минуты.

— Мне не в чем признаваться,— медленно проговорил он.

Варнэ позвонил По его приказанию в кабинет ввели свидетельницу.

— Изабелла! — воскликнул Жак.

Это была действительно она. Да, это была герцогиня де Торрес!

Она была страшно бледна. Глаза ее сверкали лихорадочным блеском.

Следователь встал и учтиво предложил стул женщине, о которой недавно еще отзывался в таких нелестных выражениях.

Тения вежливо отказалась и продолжала стоять.

— Вы, кажется, хотели, сударыня, сообщить суду некоторые сведения о подсудимом? — начал он своим притворно-любезным тоном.

Изабелла взглянула на Жака, но тот отвернулся от нее.

Зловещая улыбка пробежала по губам куртизанки.

— Сударь, — сказала она твердым голосом, — прошлой ночью, возвращаясь домой с одной вечеринки, я проезжала через предместье Сент-Оноре и вдруг…

Жак вздрогнул.

И вдруг я заметила графа де Шерлю. Я знаю, в каком преступлений обвиняют его, но мне неизвестны подробности этого дела. Так как я верю в его невиновность. — последнее слово она произнесла с особым ударением. В голосе ее слышалась едкая ирония,— то сочла необходимым в его же интересах обратить внимание суда на обстоятельство, которое, по моему мнению, может служить для подсудимого средством доказать свою невиновность.

— Продолжайте, сударыня, — сказал следователь.

— Итак, когда карета моя проезжала неподалеку от дома, принадлежащего, если не ошибаюсь, маркизу де Фаверей, я увидела графа де Шерлю. Он был не один. С ним было еще двое. Я не могла заметить, разговаривали ли они или нет: лошади мои быстро промчались, и я потеряла их из виду.

— Вы уверены, что это был граф де Шерлю?

— Как могла я ошибиться! — произнесла Тения, стыдливо опуская глаза.

Этот прямой намек на известные отношения, существовавшие между подсудимым и куртизанкой, заставил Варнэ улыбнуться.