Бывшая

– Проснись!

– А?

Михаил с трудом разлепил веки и уставился на смутный силуэт, нависший над ним. В спальне было темно.

– Сколько времени? – спросил он.

– Не знаю. Ночь ещё, – прошептала она.

– Ну, ты совсем уже! Дай поспать.

– Там кто-то ходит.

– Кто?

– Не знаю.

– Да йошкин кот! – проворчал Михаил, вылезая из-под одеяла.

Сунув ноги в тапки и надев халат, он подошёл к двери и включил свет. Под потолком вспыхнул плоский блин люстры, осветив богато обставленную спальню. На широкой кровати сидела бледная Татьяна и, теребя пальцами белую ночнушку, испуганно смотрела на мужа.

– Я ничего не слышу, – сказал он.

В эту секунду в глубине дома что-то громыхнуло. Михаил вздрогнул и вопросительно посмотрел на жену, как будто ожидая от неё объяснений. Она лишь слегка кивнула в сторону двери. Михаил попятился к кровати, схватил лежавший на тумбочке мобильник и дрожащим пальцами набрал номер: 112. Приложил трубку к уху и замер. Трубка молчала.

– Да что такое? – раздражённо прошептал Михаил.

Телефон ответил ему надписью на экране: «нет сети».

– Как это нет? Куда ж она делась?

Он снова посмотрел на Татьяну, словно этот вопрос был адресован ей. Татьяна в ответ пожала плечами.

– Ну ладно, – проговорил Михаил и, обречённо вздохнув, на цыпочках вышел из комнаты.

Крадучись, он добрался до просторной гостиной и включил свет. Никого. Михаил вышел на середину комнаты и прислушался. Вдруг сзади раздались едва различимые шаги, словно кошка ступала мягкими лапами по паркету. Уже готовый броситься на вторгнувшегося в его жилище незнакомца, он резко обернулся и… матюгнулся. Перед ним стояла Татьяна, в одной ночнушке и босая.

– Ты чего? – спросил он.

– Я с тобой, – ответила Татьяна. – Я боюсь.

– Не простудишься?

Она помотала головой.

– Ладно, пойдём.

Михаил двинулся из гостиной в прихожую. Татьяна, не отставая, семенила за ним. Он подошёл к входной двери и нерешительно дотронулся до ручки.

Надавил, дёрнул и вполголоса прокомментировал:

– Закрыто.

Михаил повернул барашек замка, открыл дверь и выглянул на улицу. Полная луна освещала небольшую лужайку перед домом и припаркованный автомобиль. Справа и слева тянулся рад таких же типовых домов. Перед каждым была открытая лужайка, и перед каждым стоял припаркованный автомобиль, а то и два. Напротив, через дорогу, темнела лесополоса, упираясь в звёздное небо остроконечными верхушками елей. И ни одной живой души. Тишина.

Михаил прикрыл дверь и растерянно посмотрел на жену.

– Может, дом осадку даёт? – сказал он.

Но испуганный вид жены говорил о том, что это его предположение не слишком убедительно.

Михаил последовательно проверил ещё две комнаты в доме, Татьяна неотступно следовала за ним. Оставалась ещё кухня. Точнее, кухня-столовая – просторное помещение с множеством шкафчиков и с мраморными рабочими поверхностями. Посредине громоздился квадратный стол с такой же, мраморной, столешницей, заставленный грязной посудой и пустыми бутылками из-под вина.

Глядя на стол, Михаил вдруг задумался. Татьяна никогда не позволяла себе оставлять такой беспорядок, после каждой трапезы – неважно, в какое время она случалась и сколько спиртного при этом было выпито – Татьяна складывала посуду в моечную машину, а что было нельзя, быстренько перемывала руками. И так было всегда, без исключений. А тут такое… И вдруг внутри у него всё похолодело. Михаил медленно обернулся и уставился на стоявшую в дверях жену. Она, всё в той же белой ночнушке, босиком, вопросительно смотрела на него. Михаил хотел что-то сказать, но язык словно примёрз к нёбу. Он поднял руку и, тыча в её сторону указательным пальцем, что-то прохрипел.

Конец ознакомительного фрагмента.