Буря
Шрифт:
Регистратор биотоков отметил это дважды: когда Ирина сидела в кресле, и сейчас, когда ее место занял Шиманский.
...Короткий звонок прорезал тишину. В этой абсолютрой, напряженной тишине он показался Ирине оглушительным звоном. Она поспешно сняла с панели болеанализатора телефонную трубку. Говорила сестра, наблюдавшая за больным. Голос ее был откровенно удивленным: больной почувствовал облегчение и...
заснул.
Ирина выключила болеанализатор. Шиманский встал, ремешок шлема не поддавался, у профессора дрожали руки.
– Вы правы,-взволнованно сказал он. Кашлянул.
исподлобья взглянул на Ирину. Его беспокоило-так ли он держался во время опыта.-Вы правы. Это воспаление черепномозговых нервов. Редкая форма... Что с вами?
Только сейчас он заметил, что Ирина не слышит его.
– Что с вами?
– повторил он.
Ирина вздрогнула, недоумевающе посмотрели на профессора. Он повторил еще раз:
– Что с вами? Что случилось?
Она молча показала на регистратор биотоков. Шнманский не сразу понял.
– Подождите, подождите...-бормотал он, вглядываясь в запись биотоков.
Ирина передала ему слова сестры.
Шиманский вытащил коробку папирос. Спичек но оказалось, он машинально похлопал себя по карманам, потом скомкал папиросу и сунул ее в карман халата.
– Понимаю,-хрипловато сказал он.-Заставляя совместно работать мозг больного и мозг врача, мы распределяем одни и те же болевые ощущения на два мозга.
Уже по одному этому больной должен почувствовачь некоторое облегчение. Но главное... Да, конечно! Главное в том, что свежий, неистощенный болью мозг врача активно противодействует, борется, его силы еще неизрасходованы... Но ведь это открытие! И какое! Значит ваш аппарат можно применять не только для диагностики, но и для лечения. Скажем, при шоковых состояниях, как вы думаете?
Он внимательно посмотрел на Ирину и продолжал уже совсем другим голосом - негромким, спокойным.
– Я не люблю делать поспешные выводы. Но тут не может быть ошибки. Должен поздравить вас...
Ирина, не отвечая, смотрела на регистратор биотоков. Шиманский с досадой подумал: "Надо было сказать как-то иначе. Эх, сухарь, сухарь!.. Славная девушка...". Ему вдруг вспомнился Логинов, он поморщился "Такая девушка... и этот проныра! Нет, жизнь устроена глупо, глупо!".
Вслух он сказал:
– Вам надо собраться с мыслями...
Ирина медленно вошла в комнату. Машинально сняла халат, повесила у двери. На подоконнике стояли колбы с хризантемами. Ирина долго смотрела на цветы.
Она не думала, не могла сейчас думать. Сказывалось нервное напряжение, усталость сковывала мозг.
Она села на широкий подоконник. Прижалась щекой к нагретому солнцем стеклу. Приближался вечер - тихий, теплый, добрый.
Барометр над столом показывал бурю.