Чтение онлайн

— И почему не какой-нибудь светлый приветливый мир? — вдруг сказал он.

— Всё дело в камне, — ответила я. — Это был обычный серый камень. Я не собиралась туда лезть, меня… затянуло. Я не успела почувствовать границу между этим треклятым мостом и Промежутком. Просто оказалась там.

— Ты хорошо слышала камни, Фрэйа?

— Некоторые очень хорошо. Часть из них разговаривали вслух, и был один, который отдавал боль. Я не стала к нему подходить, мне показалось, что это опасно. Большой такой, чёрный, он лежал в воде.

— Большой и чёрный? — задумчиво произнёс Алеард. — Не припомню такого. Кристиан сказал, что у него был оранжевый, который смеялся. Неудивительно, что смеющийся камень попался именно ему.

Я хмыкнула.

— Согласна. А какие камни видел ты, Алеард?

— Их было очень много. Некоторые просто лежали, некоторые медленно переползали с места на место. Промежуток, в который я попал, был забит камнями. И говорящими, и поющими, и теми, что меняли цвет и форму, и такими, что отдавали чувства.

— Это удивительно! А у Елены камней было мало. Не совсем понимаю, что это означает. Возможно, Бури знает.

— Он ничего не расскажет об этом, — усмехнулся Алеард.

— Ты его спрашивал?

— Не я, — ответил мужчина. — Пока ты отдыхала, ребята пытались поговорить с ним.

— Пытались?

— Бури говорит только то, что мы должны знать. Он не любит, когда на него наседают. Он сказал, что Промежуток связан с судьбой, а потом попрощался со всеми и улетел. Некоторые обиделись, — тихо рассмеялся Алеард.

— Он хочет, чтобы мы всё поняли сами. Здесь не на что обижаться. Нельзя же требовать, чтобы знания преподносились на блюдечке…

— Верно, — и Алеард отпустил меня, развернул к себе лицом. — Даже такие, которые причиняют вред. Ты молодец, всё сделала хорошо.

— Я не справилась с эмоциями, — неуверенно возразила я. — С уходом Айвора совсем обленилась и перестала заниматься.

— Вряд ли дело в лени, — покачал головой Алеард. — Ты правильно тогда сказала: ты не можешь видеть себя со стороны, не можешь сражаться с собой, а когда тебе есть с кем общаться — я имею ввиду общение на уровне инстинктов, физического и эмоционального контакта — тогда ты совершенствуешься в боевом искусстве. Первый раз ты положилась на меня, хотя я отдавал только негативную, агрессивную энергию, а во второй раз задумалась, и поэтому мне удалось тебя схватить.

— Я задумалась, как мне поступить. Действительно, первый раз я просто сделала, просто почувствовала.

Алеард кивнул.

— Смотри, если я сделаю вот так… — и он снова шагнул ко мне, но медленно, отчего его движение выглядело еще более пугающим. На сей раз я была на чеку, и не позволила себя схватить. Напротив, я решительно заломила его руку.

— Отлично! — довольно сказал Алеард. — Если бы у тебя было оружие, я бы остался в очень невыгодной позиции.

— Но я не смогу тебя удержать, — сказала я, улыбнувшись.

Алеард попробовал забрать руку, и я выпустила его запястье. Он сощурился против солнца.

— Ты сможешь, Фрэйа. Со временем. Я сильней тебя физически, но это играет второстепенную роль. В бою сильнее тот, кто прав, тот, чей дух прибывает в покое и гармонии. Поверь, я не всегда могу найти равновесие сил, не всегда могу справиться с собственными демонами.

— Я тоже. В последнее время особенно… Мы встретились с Кристианом в столовой, — помолчав, добавила я. — Он сказал, что вы вместе росли.

— Да, мы дружим с ним целую вечность.

— Скажи, а как ты сломал руку? — внезапно спросила я. Понятия не имею, что дёрнуло меня за язык: обычное любопытство или неукротимая жажда узнать о нем как можно больше?

Алеард посмотрел на меня задумчиво, словно этот вопрос его нисколько не удивил, и ответил:

— Я свалился в ущелье. Лететь было долго, мне еще повезло, что я не сломал себе вместо руки спину.

Наверное, от изумления мои брови оказались в центре лба, и он тихо рассмеялся.

— Ты, верно, хочешь знать, какая нелегкая меня туда понесла? Порой человек не может ответить на самые простые вопросы. Я был неосторожен, стоял на самом краю, и потом, тогда в моей голове крутились не самые приятные мысли. Одно неловкое движение и… Очнулся, когда кровь залила глаза, — он поднял прядь волос, и я увидела тот самый длинный шрам. — Получил камнем по голове, и так хорошо получил, что про руку и думать забыл. Домой зашел в таком виде — мама чуть со стула не упала.

— Было очень больно?

— Боль стирается из памяти. Я и произошедшее помню отрывочно, нечётко. Когда летел вниз, до того момента, как потерял сознание, всё время пытался за что-нибудь уцепиться. Там еще кусты колючие росли, но мне уже без разницы было. Я к чему это говорю… Человек всегда будет бороться за жизнь, бороться до последнего момента.

Я хочу, чтобы ты была сильной, Фрэйа. Вместе мы можем постоять друг за друга, а вот поодиночке… Нужно отличать истинную опасность от мнимой, реальную угрозу от показушной. Скоро, Фрэйа, — и он склонился ко мне. — Бури показал нам, как перемещаться в иные миры, и поверь, здесь мы надолго не задержимся.

— Ты очень хочешь этого?

— Да, я хочу этого. И знаю, что даже после случившегося ты тоже хочешь. Ничего, что первый блин комом. Всегда можно найти в себе силы сделать лучше.

— Ты всегда доводишь начатое до конца?

— Я упрямый человек, Фрэйа. Если что-то пришло на ум, я всегда добиваюсь этого. Кристиан говорит, что человек вправе отказаться от задуманного, даже если он когда-то безумно желал этого. Я с ним согласен. Но наши желания и мечты не одно и то же.

— Верно! Удивительно, но мне на ум приходили те же самые рассуждения! — я изумлённо поглядела на него. — Нельзя отказываться от мечтаний. Я имею ввиду, нельзя предавать их из-за собственного бессилия. Если жаждешь, если стремишься к чему-то, то нужно стремиться всем сердцем, отдавать себя за эту мечту. И хранить ее в сердце, пока не останется ни единой надежды. Но когда умирает надежда, сердце умирает вместе с ней.