Чтение онлайн

— Ну что, давайте знакомиться?

Говорил «положительный» тоже хорошо: мягко, без неприязни. Добрый коп. Значит, второй, предпочитающий оставаться в тени, будет злым. Понятно. Неоригинально, зато эффективно.

— Владимир. Руки не подаю, потому что гордый. Вот так. Кланяться не намерены!

— Красиво. — «Добрый» по-прежнему смотрел дружелюбно. — Это из какого фильма? Или сами придумали? Железная выдержка, уважаю. Меня зовут Георгий.

— Сочувствую.

— Вы напрасно принимаете нас за врагов, Владимир.

— Наручники считаются у вас атрибутом дружбы?

— Нет, это вынужденная мера. А у вас?

— Моя подружка иногда их использует. В постели, для остроты ощущений.

— Какая из подружек, Анна или Валерия?

— Что?! — Волк поперхнулся. Этот Георгий попал в яблочко. Вот только непонятно, как. Местная служба безопасности просто не могла знать таких подробностей. Получается, Анна ошиблась и Володю по-прежнему «пасут» свои, агенты СВБ. — Вас Колодяжный просветил?

— Это закрытая информация, но, чтобы установить между нами полное взаимопонимание и доверие, признаюсь: мы получили сигнал от одного из ваших товарищей. Жаль, что поздно.

— Лучше поздно, чем никогда… — Володя сказал это просто так, чтобы не молчать. Сам он в этот момент напряженно размышлял.

Кто и зачем сдал его этой ФСБ? По сути — тренировочной программе полигона. Какой в этом смысл? Когда «внутренники» ломились по пятам беглеца сквозь игры Мира Фантазий, все было предельно ясно: Арзамасов приказал задержать подозреваемого — ребята выполняли. Взламывали программы и пытались добраться до Волка. Теперь же все происходило вроде бы как раньше, но в то же время наоборот. Лейтенанта по-прежнему вела Анна, но службисты передоверили свои функции каким-то несуществующим программным коллегам. Где логика?

А вот где: Колодяжный и Арзамасов не знают, куда подевался Волк, и «сигнал» этим федералам поступил не от них! Тогда от кого? Кто, кроме службистов, заинтересован в задержании Новака и компании, к которой примкнул Волк?

— В нашем случае «поздно» и означает — никогда, — произнес Георгий. — Одна надежда на вас.

— На меня? — Волк удивленно взглянул на федерала. — Вы ничего не перепутали?

— На вас, на вас, — усмехнулся второй «дипломат», оставаясь в тени. — Владимир Волков, лейтенант Службы экономической безопасности, позывной «Волк», это вы?

— Да. Только я абсолютно ничего не знаю о своей миссии.

— Так даже лучше. Все равно ваша миссия отменяется. Сбежать вам не удастся, а выручить вас некому. Так что…

— Меня не бросят, и вам серьезно не поздоровится.

— Наивняк шестого разряда. — Федерал рассмеялся. — Вы, Владимир, в какой оранжерее росли? Гоша, ты понял? Его потому паровозом и пустили, что он «умственно одаренный», а еще слепой и глухой. Крот, да и только.

Георгий промолчал. Можно было подумать, что он совещается с кем-то по телесвязи, но на этом полигоне блага цивилизации не пользовались спросом, значит, агент просто размышлял. Тоже полезно.

— В общем, так, — вышел Георгий из задумчивости. — Побудете пока у нас. Если все пойдет как надо, долго вас задерживать не станем.

— Что пойдет? И как надо?

— Увидите. — Агент взглянул на часы. — Осталось два часа.

— До чего?

— До времени «Ч», если верить сигналу.

— И если не верить, похоже, примерно столько же, — совсем загадочно добавил его напарник.

— То есть вам от меня ничего не нужно?

— Выпытать военную тайну? — Георгий усмехнулся. — Нет. Нам требуется, чтобы вы посидели у нас в конторе. Два часа. Это не слишком обременительная просьба?

— А ресторан у вас имеется?

— Проголодались?

— Как волк.

— За двести лет — немудрено, — буркнул агент из тени.

— Не понял, — насторожился Володя.

— Ресторана нет, но есть вполне Приличный кафетерий, — заверил Георгий. — Чего вы не поняли?

— Насчет двухсот лет.

— Не берите в голову. У Левы свои понятия о юморе.

Машина мягко качнулась, и один из бойцов открыл дверцу. Вход в «контору» оказался практически рядом. Старинные, высокие, деревянные, с длинными медными ручками двери. Воины в масках встали попарно справа и слева, образовав короткий коридор. Агент Лева вышел первым. За ним Волк и Георгий.

В тесном вестибюле их встретил человек в форме — Володя замер — мадагаскарского офицера! Серо-коричневый, «городской» камуфляж, высокие ботинки, кепи с овальной кокардой — три концентрических кружка и звезда посередине, и по две звездочки на погонах. Широкий пояс с кожаной кобурой… Все-таки враги?!

Нет. Ошибочка. Позади офицера стоял темный деревянный стол, на котором рядом с антикварным телефоном лежал толстый матерчатый жилет и автомат, такой же, какой был у Анны. Все-таки это полигон уровня «плис», а не вражья вотчина. Реальным новомосквичам ни к чему маскировать излучатели под пороховики.

Полигон… А что тут отрабатывают, какой сценарий, для какой войны? Очередной захват Мадагаскара? Со времен Кука таких попыток было семь или восемь, но ни одна не увенчалась успехом. И не увенчается, если мадагаскарцев и впредь будут считать отсталыми варварами. «Мегаполиса» на острове нет, это верно, а вот современное оружие есть. И телефоны там без проводов, и вообще… посовременнее все, не такое убогое, как здесь. Ребята из внешней разведки частенько рассказывали, «как там у них». Совместные совещания служб Управления Волк посещал исправно.

За спиной послышался щелчок, и Володя почувствовал, что запястья свободны. Правая рука тут же коснулась бедра. Пистолета в кармане не было. Как изъяли — даже не заметил.

Без оружия было неуютно. Взгляд невольно вернулся к автомату на столе… Все тело вдруг словно пронзило током. Автомат! Пороховой, технологически такой же, как пропавший пистолет и та бесшумная винтовка в руках Ефимыча. Володя скрипнул зубами. «Лейтенант, ты не Волк, а натуральный осел!» Игра уровня «плис» началась не в подъезде ветхой пятиэтажки. Она началась еще под Зубаревкой! Даже раньше, еще когда Волк вынырнул из липучки. И не было никакого Ника и Ефимыча — их играли актеры, штатные актеры этого полигона!