Братья
Шрифт:
– Одного недосчитываемся, - доложил руководивший "погрузкой" майор Круглов.
– Кого нет, выяснили?
– Кислицына. Я бойцов на местность отправил. Ищут.
– Думаешь, рыжий выкрутился?
– Нет, - сокрушенно покачал головой Круглов.
– Судя по оставшимся следам, предположительно взят в плен. Шел - то он первым.
– Что, демон войны поднял лапки кверху?
– комбат всерьёз не верил в подобную возможность, он скорее бы предположил, что шедший первым разведчик попросту проворонил внезапное нападение. Но вопрос был задан.
– Да нет, - отрицательно покачав головой, заступился за бойца замполит.
– Андрей там их неплохо покрошил! Бился как лев. БК расстрелял как минимум. Непонятно, каким образом живой - то остался. Все в труху!
– И повторил, поясняя: - Всё вокруг того места, где он ползал, пулями перемолото. Как мясорубкой переработали! Если б не плен, ему бы Героя давать!
– Да, будет нам с тобой Герой, блин!
– хмыкнул комбат.
– Сколько у нас выживших?
– Шестеро. Но с Ухтырцевым ещё непонятно что будет. Без сознания пока.
– Вертолёт вызвали?
– Говорят, летит.
– Как будет на подлёте - раненых на площадку, а я пройдусь здесь. Посмотрю. Что-то тут нечисто. Нечисто тут что-то, - повторил Барсуков и, перехватив поудобнее автомат, пошел к зарослям, где располагалась засада. Из ближайших кустов вынырнул ФСБешник. Выглядел он странно обеспокоенным.
Глава 17
В тот день многие в отряде надрались вдрызг. Вот только комбат, закрывший на это гадство глаза, себе позволить подобного не мог. И дело было даже не в беспрерывных звонках, идущих от вышестоящего командования, и не в подготовке обстоятельного доклада, и уж, тем более, не в ожидании предстоявшего визита комиссии по расследованию ЧП (чьему прилету, по счастью, в последний момент помешал ветер, неожиданно усилившийся в своих порывах до шквального). Конечно, всё это имело место быть, но по-настоящему в желании выпить подполковника Барсукова останавливало другое: он думал и никак не мог понять: как, каким образом обстоятельства сложились в такую гибельную ситуацию? Именно поэтому он пригласил к себе в палатку главный мозг отряда - начштаба и задал ему один - единственный вопрос:
– Как?
– Спонтанно, думаю, всё получилось, - выдал свою версию случившегося майор Колчин.
– Шли, увидели, устроили засаду.
– Что-то непохожа она на спонтанную!
– имея в виду засаду, возразил подполковник.
– Ждали тут наших. Сам же видел - и окопчики понарыты, и веточки понаставлены. Я уже не говорю, как грамотно позиции распределены. К тому же, ты внизу смотрел? Так вот: те, что сбоку зашли, тоже на одном месте долго топтались. Ждали наших здесь, как пить дать, ждали.
– Не повезло, бывает...
– начальник штаба принялся вертеть в пальцах лежавший до того на столе никого не трогавший карандаш.
– Какое, лядь, бывает? Говорю же: ждали наших, понимаешь, жда-ли!
– Ну, ждали, и что с того? Сидели на засаде как положено...
– Прямо в точке эвакуации? Когда тут по два километра туда-сюда вправо-влево. Попробуй, догадайся, где пойдут. В любом месте эвакуацию организовать можно!
– Случайно совпало.
– Петрович, лоб твою медь! Ты не пробиваем! Я тебе полчаса одно и то же талдычу, а ты всё никак не догоняешь!
– Думаешь, наших слили?
– начштаба не смотрелся сильно удивленным подобной постановкой вопроса.
– А по - другому никак! Не бывает таких случайностей! И совпадений тоже не бывает.
– Раз ты так считаешь... Надо бы тогда нашему фэшнику намекнуть.
– Не надо.
– ???
– Он сам догадался. Говорили мы с ним. Прямо там, на месте, и говорили.
– И что он?
– Сказал, будут копать, вот только...
– комбат замолчал, то ли потеряв нить мысли, то ли не желая распространяться о своём разговоре с отрядным ФСБешником.
– Ты договаривай, коль начал, - в голосе начштаба прозвучала обида.
– Да тут и договаривать нечего, - решил "рассекретиться" комбат.
– Опасается он, что нити на самый верх идут. Его здешнее начальство покопалось маленько - нашли они от кого приказ тот путанный на приостановку движения поступил.
– Это согласно которому нашу бронегруппу задержали?
– Ага, он самый.
– И?
– Оказалось, он с самого верха пришёл.
– Воно оно как! И что дальше? Копали?
– А тут начинается самое интересное, и концов не найти. Информация, на которую ссылались при подготовке приказа, отсюда пришла, из Ханкалы, а в Ханкале она появилась в результате поступления и обработки сведений поступивших, сам понимаешь... А там они появились на основе...
– Всё-всё, не грузи, я понял: концов не найдёшь. Что же получается? Кто-то очень хитро подбросил ложную информацию, и сделал это так ловко, что на её основе на самом верху состряпали удивительно соответствующий целям противника приказ?
– Так точно!
– Ловко! Но это сколько же комбинаций надо просчитать?
– До хрена!
– И притом учесть человеческий фактор. Это же практически невозможно.
– Вот, получается, возможно.
– Слушай, а что если не было никаких титанов мысли, а этим информационным вбросом всего-навсего умело прикрыли господ, тот приказ исполнивших, а?
– задумчиво предположил начальник штаба.
– Как тебе такая версия?
– Как говорил мой первый ротный: имеет место быть. Ладно, будем считать мозговой штурм законченным. Давай по сто грамм и спать.
– Наливай!
Как бы на самом деле не было, но к уничтожению группы кто-то подошел самым ответственным образом. Причин столь дерзкого нападения было много, но когда из агентурных источников стало известно, что в засаде участвовали боевики из банды Ахмада Нуриева, совсем недавно изрядно потрепанной едва ли не теми же самыми спецназовцами, истинная подоплёка дела вылезла на поверхность. Оказалось, в основе случившегося лежала самая банальная месть.
Вот только комбата по-прежнему продолжали грызть некие сомнения. И как выяснилось позже, он оказался не одинок в своих раздумьях - отрядный ФСБешник майор Кащенко мучился той же самой головной болью. И некие бездоказательные основания для этого у него были - обычно любившие похвастаться своими подвигами "борцы за веру" на этот раз не разместили в интернете ни видео, ни фото своей победы. Ни одной фотографии, ни одного упоминания! И это, имея возможность отснять сногсшибательные материалы!!! Так что были у него основания ломать голову. Были! К тому же не стоило забывать и о пропавшем без вести Андрее Кислицыне, надежда освободить которого всё ещё теплилась.