Чтение онлайн

Человек покачал головой и двумя пальцами полез в карман рубашки за пачкой сигарет.

— А мне можно? — спросил Дэн.

Сосед протянул сыну пачку. С гордостью протянул. Растет парень. Оглянуться не успеешь, а он уже совсем взрослый.

Дэн вытащил сигарету, оба задымили.

— Брад, не хочешь сигаретку?

Брад почувствовал дым и внезапно перестал качаться. Он подозрительно взглянул в их глаза, а затем на сигареты в уголках губ. Брад неуверенно следил за тем, как дымок поднимается к потолку и свивается там кольцами.

— Куришь? — спросил Дэн, затянулся и напоказ выдул дым на лобовое стекло. — Нет ничего лучше хорошей сигаретки, а?

— Дим, — сказал Брад, в глазах его заблестели слезы. Дым валил из двух ртов без всяких усилий. У них, наверное, внутренности горят. Он знал, что ужас подкрадывается все ближе и может напасть в любую секунду.

— Ну да, дурацкая привычка. — Мистер Сосед оглянулся на дорогу. Впереди показался асфальт. — Дальше ровнее пойдет.

— Дым, — повторил Брад и вспомнил, что говорил ему отец об огне, дыме и шуме. Брад смотрел на дорогу глазами, полными ужаса. Асфальт, выжженная полоса, ведущая…

Дэн толкнул отца локтем в бок:

— Ты гляди, — парень кивнул на Брада и снова обратил внимание на руки чудика. Какие-то они совсем неправильные. Обалдеть можно.

— Одна цивилизация кругом, — сказал мистер Сосед, выпустил облако дыма и ухмыльнулся. — А больше, почитай, ничего и не осталось.

В груди у Брада бурлили странные, совсем детские чувства, горло сдавило, от них вдруг затряслась челюсть и заклацали зубы, сперва медленно, потом все быстрее и быстрее, будто он зимой упал в озеро.

Улыбка сползла с лица мистера Соседа, а вот Дэна испуг идиота очень развлекал. На лице Брада отражались самые разные чувства, и наконец в голове сформировалось одно-единственное главное слово. Оно вылезло наружу, голос его звучал при этом так, будто не человек скрипел зубами. Этот звук был настолько полон ужаса, что казалось невозможным, чтобы человек с таким безмятежным лицом мог его издать.

Яростное слово рычало и рвалось, оно не знало пощады: «ААААД»!

Колеса чиркнули по разделителю.

Брад нащупал дверную ручку и вывалился на несущийся навстречу асфальт. Он вскрикнул, в уши ударил ужасный шум, Брад покатился к колючим веткам кустарника и там остановился. Острые ветки поцарапали руки, коленкой он стукнулся обо что-то твердое, скорее всего о валун, зарытый в землю. Не обращая внимания на растущую боль, Брад торопливо поднялся, споткнулся, снова упал, снова поднялся и захромал через кусты к проселку, кротовым норкам и знакомому забору вокруг фермы.

Пикап резко затормозил Сосед глядел вслед быстро уменьшающейся фигуре Брада в зеркале заднего вида. Он затушил окурок и хотел было идти следом, но раздумал: у нею были дела и поважнее.

— Бог с ним, пусть остается, — вздохнул он. — Надо тело отвезти. Туда, где ему место.

— Придурочный какой-то! — Дэн глядел через заднее окно, облокотившись на спинку сиденья. — Чего он шуганулся?

— Уезжать не хочет, наверное. — Сосед взялся за рычаг передач. Все тяготы, все лишения фермерской жизни — ерунда. Главное, что сын родился здоровым. Слава Тебе, Господи!

Пикап мягко тронулся с места Дэн поглядел на Брада, который как раз перемахнул через забор и пропал из виду, потом на тело, лежащее лицом кверху в кузове машины. Потрясенный, он тихонько повернулся и посмотрел на отца. Мальчик не знал, что сказать.

Его отец моргал. Его отец смотрел на дорогу.

Дэн покосился на руль, на огромные отцовы лапищи. Он пытался представить, каково это — быть таким пустым, как человек в кузове автомобиля.

Брад накрыл к обеду кухонный стол. Аккуратно разложил все приборы по порядку. Ложка, вилка, нож, тарелка и стакан. Каждый предмет на своем месте, словно он располагал как надо планеты и звезды на небе.

Отец объяснил ему:

— Если ночью посмотреть на небо, видны звезды. Они никогда не сходят со своих орбит, так ведь, Брад?

— Так, — ответил Брад.

— Давай, расскажи о них, — попросил отец.

— Ходят по кругу. Всегда. А сами все такие же.

— Правильно, сынок, ты сообразительный мальчик. Они не меняются, но двигаются по кругу. И они — само совершенство, согласен? И это очень важно. В жизни многие вещи похожи на звезды. Все должно быть на своих местах. Когда все находится на своем месте, мир отдыхает. Он спокоен. По правде говоря, дружок, не так уж часто это случается. Но мы стараемся. Мелочи, пустяки, но они складываются. Вилку сюда, ложку туда, ножик, тарелку, стакан. Это одна из немногих вещей, которые тебе подвластны, Брад. Маленький кусочек совершенства. И раз так, значит, ты должен сделать все, чтобы он существовал. Маленький шедевр прямо на твоем кухонном столе. Это ж просто, правда? Я прав или не прав?

— Просто, — хмыкнул Брад. — Прав.

— Так просто и так прекрасно, что ты улыбнешься этой красоте. Ну вот, видишь, ты уже улыбаешься.

Брад и сейчас улыбался, потому что знал, что кухонный стол — само совершенство. Он вытащил из холодильника остатки жареной курицы и кастрюлю с тушеной репкой и морковкой и поставил еду в центр стола.

— Еда — как Солнце, — сказал он. — Все вокруг нее.

Он покрутил пальцем в воздухе, изображая вращение планет, и сел напротив того места которое накрыл. Ему хотелось посмотреть на приборы, убедиться в том, что все сделано как надо. Брад ел и глядел на накрытый стол. На той стороне всегда сидел его отец, и, значит, ничего не надо трогать. Он рассеянно поковырял ребра цыпленка и овощное рагу деревянной ложкой.

Брад жевал и разглядывал кухню. Где-то тут находятся его отец и мать. Он чувствовал запах отца, тепло, исходящее от любимого папиного кресла. Стены сладко пахли землей и фермой.

Брад закончил есть и соскреб остатки цыпленка и рагу в мусорный бак. За окном понемногу темнело, значит, он опаздывает — пора кормить скот. Животные уже подавали голоса из своих загонов.

Брад подошел к окну и посмотрел на лошадей, они бродили за изгородью по кругу, словно привязанные канатом. Им давно пора в конюшню. И давно пора их вычистить и накормить. Вот этим и надо заняться. Или отпустить их. Позволить им растаять в сумерках, порезвиться на летних лугах.