Чтение онлайн

— М-м, в принципе, я не возражаю. Но хотелось бы, сначала, обсудить условия. — Медленно проговорил я и, увидев, как на миг засияли глаза Ольги, почувствовал себя меркантильной скотиной. С другой стороны… все в дом, все в сем… Тьфу ты!

— С удовольствием. — Облегченно вздохнул боярин и, повинуясь его жесту, с полки сорвалась очередная папка. На этот раз незасургученная.

Честно говоря, я не особо удивился, когда увидел, что предлагаемый Бестужевым, договор мало чем отличается от того документа, что я подписал с Громовыми. Ну, чего-то такого и следовало ожидать. Почти не сомневаюсь, что Федор Георгиевич просто позволил старому приятелю посмотреть имеющийся у него документ, и на его основе Валентин Эдуардович и состряпал свою версию.

— Думаю, мы вполне можем его подписать. — Проговорил я, протягивая Ольге прочитанный мною экземпляр. Но она только покачала головой. Понятно, уже ознакомилась. Ну что ж, если и она не возражает… Ручка оказалась вложена в ту же папку. Я поставил свою подпись и в ту же секунду, меня чуть не сбил радостно визжащий ураган. Это было настолько неожиданно, что даже Мила, кажется, на миг выпала из своего меланхоличного состояния и с удивлением уставилась на налетевшую на меня Ольгу. Кресло предательски качнулось и… с грохотом обрушилось на пол, вместе с нами. Глянув на нависающую надо мной девушку, я вздохнул. Нос тут же уловил исходящий от нее, нежный аромат… Не-не-не!

— Слезь с меня… сейчас же! — Тихо прошипел я, чувствуя, как определенная часть организма реагирует на прижавшееся ко мне своими волнительными изгибами тело юной девушки. Твою ж дивизию! За что мне это?! Правильно говорят, жадность фраера сгубила!

— Оля, ты уверена в своевременности своих действий? — С ехидцей осведомился Бестужев-старший, взирая на нас из-за стола. Он даже со своего кресла приподнялся, чтобы получше рассмотреть композицию…

Я перевел взгляд на Милу, но та, только плечами пожала. Ну да, кто бы сомневался…

Кое-как разобравшись, с непонятно как и когда успевшими переплестись конечностями, мы с Ольгой поднялись на ноги. Нареченная тут же бросилась собирать разлетевшиеся по всему кабинету листы договора, старательно пряча пунцовые щеки, а я уставился на ухмыляющегося Бестужева, протягивающего мне второй экземпляр. Еще одна подпись украсила документ… Вот так. Школы еще нет, а количество учеников уже увеличилось в полтора раза. Надо что-то делать… Но, чуть позже. А сейчас, сейчас я, пожалуй, займусь чем-нибудь успокаивающим. Например, подсчетом трофеев. А заодно гляну, чем там обзавелись Громовы. Благо, список трофеев они мне предоставили. Забрав свой экземпляр договора и, уведомив уже справившуюся с собой Олю, о времени начала следующей тренировки, я отправился в свою комнату, чтобы спокойно и в тишине почитать присланные Гдовицким списки.

… Не понял. А где? Неужто, зажилили? Ну, Громовы… Стоп. Кирилл, соберись! Прежде чем обвинять кого-то в обмане, надо убедиться… Так, где мои записи с фиксаторов у базы? Надеюсь, они не сдохли в самый важный момент?

— Что там, Владимир? — Поинтересовался Федор Георгиевич, когда начальник СБ вошел в его кабинет, с весьма странным выражением лица.

— Да… как сказать? Кирилл, наконец, приехал на базу наемников за своей долей. — Задумчиво проговорил Владимир Александрович,

— Ну, замечательно. Значит, скоро можно будет выводить оттуда наших людей. — Пожал плечами наследник рода. — И что тебя так выбило из колеи?

— Он приехал на трех «континентальниках». — Пояснил Гдовицкой. Громов поперхнулся чаем.

Я видел, как в ворота загоняли три морских контейнера, и не видел, чтобы они покидали базу, ни до штурма, ни после. Конечно, можно представить, что их содержимое вывезли по частям, либо сами наемники, либо громовские штурмовики, но… Так называемый «ланг», это двенадцатиметровая дура, высотой в три метра, и такой же ширины. Сто восемь кубических метров объема, при максимальной массе груза в сорок две с половиной тонны. Умножаем на три, и получаем триста двадцать четыре кубометра и общую массу содержимого в сто двадцать семь тонн с гаком. На чем можно вывезти такое количество «трофеев»? Да, даже если урезать осетра вдвое, это ж какой караван легковых авто нужно было подрядить для такого дела, чтобы незаметно вывезти такой объем? Очень незаметно, да. Так ведь, не было их. Ну, в сравнимых количествах, конечно. Наемники, разумеется, выбирались в город и не раз, но много ли увезешь в багажнике того же «Руссо-Балта», за шесть-семь ходок? Громовы? Ну, судя по записи, они-то, как раз, поживились на базе неплохо. Вывезли четыре зачехленных боевых платформы и пару тентованных грузовиков-десятитонников… А остальное-то куда подевалось? Где еще, ладно, не буду жадным, обойдусь «половиной осетра», еще пятьдесят тонн груза?! Оставили за ненадобностью? Да ладно… Не верю. Скорее уж, господа наемники, просто запрятали контейнеры, где-то на территории базы. А что один человек спрятал, другой завсегда отыскать может… Значит, значит, буду искать.

В общем, прикинув так и эдак, я созвонился с компанией-перевозчиком, чьи контакты отыскал в Паутинке и, практически мгновенно договорившись об аренде трех «континентальников» и места под контейнеры на складах перевозчика, я довольно потер руки. Потом перезвонил и обсудил с ними же еще пару интересных вопросов и, с еще более возросшим энтузиазмом, отправился на поиски Валентина Эдуардовича, чтобы договориться уже с ним. Осадное положение-то, установленное по усадьбе, сразу после нашего позавчерашнего возвращения со «свидания» с Романом, никто не снимал…

Мое приподнятое настроение можно понять. В конце концов, даже если эти самые контейнеры окажутся пустыми, свои две тысячи рублей, я все равно получу. Именно во столько обойдется их продажа все тому же «перевозчику», за вычетом стоимости аренды «континентальников», которые и доставят коробки на склад. А деньги, тем более в моей ситуации, лишними не бывают…

Николай, встреченный мною в охране у въезда на бывшую базу наемников, увидев трех многотонных «монстров», слегка спал с лица, за что и был показательно расстрелян на очередную пачку сигарет. Нет, надо что-то решать с покупкой курева… а то, прозвище «Воздушный стрелок» как-то… не очень нравится.

— Э-э… Кирилл, тебя, наверное, не предупредили… или кто-то пошутил, но трофеев здесь осталось не так много. Хватило бы и обычного микроавтобуса, чтобы все вывезти.

— А вдруг? — Ухмыльнулся я и кивнул в сторону возвышающегося корпуса. — Уверен, что там ничего серьезного не осталось?

— На все сто процентов. — Хмыкнул Николай. — Да вон, ворота открыты, загляни. Хоть шаром покати. Все твое уже сложено в ящики в входа. Антресоли тоже дочиста вычистили. Без вариантов, Кирилл.

— А я, все же, поищу. — Вздохнул я и двинулся к воротам бывшего фабричного корпуса.

М-да уж. Окинув взглядом абсолютно пустое помещение с десятиметровыми потолками, я почесал пятерней затылок и пожал плечами. А кто сказал, что это будет легко?

Пока водители «континентальников» беззаботно переговаривались с охраной, я обошел зал по периметру, шаря в Эфире, прислушиваясь и «принюхиваясь» к каждому его колебанию, но… все было тщетно. Помещение производило впечатление эдакой запертой коробочки. Непроницаемыми для эфира оказались не только стены, но и потолок и пол. Поднявшись на второй этаж, который Николай обозвал антресолями, я убедился, что граница эфирного щита проходит точно по перекрытию, а на самих антресолях было точно так же пусто, как и в нижнем зале… Чердак? Ну, не знаю. Сильно сомневаюсь, что кто-то будет затаскивать эти самые контейнеры на такую верхотуру. Даже если предположить, что их распотрошили, то куда потом дели тару? Да и штурмовики должны были облазить весь корпус сверху донизу, так что пропустить чердак, они не могли. Впрочем, что гадать, если можно подняться и посмотреть?