Чтение онлайн

Думать об этом некогда. Или мы сейчас нейтрализуем лучника, или нам хана. Если он сообразит, и все-таки спустится с крыши…не хочу я стоять под обстрелом лучника, ей-ей не хочу. Это так же отвратительно, как если бы в тебя садили из АК-103, а у тебя кончились патроны в нагане.

Сую в ножны меч, который все еще держу в руке, перехватываю в правую руку кинжал и что есть мочи несусь к дому, на котором сидит снайпер…хмм…лучник. Но предварительно в двух словах объясняю Скарле, что она должна сделать. Старуха как ни странно соглашается, не высказав ни одного слова против, и я начинаю осуществлять свою задумку.

Подбежав к дому, крадусь вдоль стены и замираю, отойдя в сторону на пару шагов. Маху Скарле — давай!

Старуха выскакивает туда, где был подстрелен Ган, и начинает скакать, показывая лучнику неприличные жесты. Лучник терпит, потом все-таки не выдерживает, поднимается, наклоняется через бортик, выцеливая злостную бабуленцию, и…падает с кинжалом в глазнице.

Попал! Я попал, хотя и не шибко на то рассчитывал! Думаю — в крайнем случае попаду плашмя, или рукояткой — но тоже хорошо. Выведу на какое-то время из строя, а там уже будет видно. Или заберусь на крышу, что вряд ли — небось дверь заперта наглухо и в дом не пробьешься. Или…просто сбежим.

Впрочем, мне это уже не интересно. Выдергиваю из глазницы стрелка нож (пришлось упереться ногой в шею, уж очень крепко застрял), вытираю об одежду мертвеца клинок. Иначе потом ножны будут вонять тухлятиной — протухшая на жаре кровь совершенно отвратно пахнет. Хуже чем помоечная дохлятина. Обшариваю карманы покойного, пояс — нахожу небольшой тяжелый мешочек, похоже что с монетами. Забираю. Что с бою взято — то свято. Небось, это он денег за меня получил. Но не повезло чудаку на букву «м». Забрал и лук со стрелами. Кстати, стрел оставалось еще половина колчана — хватило бы, чтобы превратить нас в подушечку для иголок.

Иду назад, туда где распоряжается Скарла. Похоже, что она успела обшарить карманы всех мертвецов — на земле лежат десять мешочков с деньгами, все одинаковые — кроме одного, тот выглядит помассивнее. Видимо кошель начальника.

— Все мертвые? — спрашиваю я, подходя ближе.

— Кроме нее — Скарла кивает на бледную, держащуюся за бок наемницу, которой я всадил в бок кинжал. Сильна, зараза! Вот же бабы живучие! Мужчина давно бы помер с такой раной.

— Остальные? — киваю я на тела нападавших.

— Покойники — пожимает плечами Скарла, щупая шею Гана. Ее брови удивленно поднимаются «домиком» — А ведь живой! А я думала — конец парню! К лекарю его надо, скорее. Только вот оружие соберем — не бросать же? Эту (она кивает на женщину-наемницу) — сам добьешь? Или мне?

— Допрошу — буркаю я, подойдя к раненой — Оружие собери. И кольчуги тоже. Грузите в повозку. И…добейте лошадей. Не могу слышать их стоны…

— Чувствительный, да? — усмехается бледная, как мел наемница — Жалко небось животин, маменькин сыночек?!

— Жалко — киваю я, и вздыхаю — Только маменьки у меня нет. Померла родами.

— Ты еще заплачь, щенок! — усмехается женщина, и обнажает в улыбке некрасивые кривые зубы. Она чем-то похожа на героиню сериала «Игра Престолов» — женщина-рыцарь леди Бриенна. Только эта гораздо страшнее. Впрочем — такой по книге Мартина и должна была быть Бриенна — страшная, как черт, кривозубая, и при этом высоченная, сильная как мужик.

— Кто вас нанял? — спрашиваю я спокойно — Вас наняли, чтобы убить меня. Кто и почему? Кому я насолил?

— Да пошел ты! — кривится женщина, и я искренне вздыхаю. Не люблю ЭТОГО. Сколько раз я слышал на свой четкий и недвусмысленный вопрос такой вот дурацкий ответ. Зачем хорохориться, ведь все равно скажет! Только помучается перед смертью.

Я тут же сообщил о данной мысли моей пленнице, и получил тот же самый ответ, только подкрепленный тремя пакостными ругательствами. Ну что же…и такое было. Достаю кинжал, подхожу к раненой, и без предупреждения вонзаю клинок ей в плечо. Глубоко и очень больно.

— Аааа! Сука! — женщина кричит, извивается, отталкивает меня рукой, пытается отползти, но я продолжаю ковырять в ране, и выдергиваю кинжал только секунд через десять, решив что клиент наконец-то созрел. Полевой допрос третьей степени…а что делать? Времени на уговоры нет.

— Кто послал, зачем? — продолжаю зудеть я — Отвечай! Или тебе будет очень больно!

Женщина уже не ругается, она молчит, а на выпуклом лбу выступили крупные бисеринки пота.

Берусь за кинжал, выдергиваю из крепления камзола, куда уже успел его вставить, приступаю ближе…женщина дергается, смотрит на меня вытаращенными глазами с широко раскрывшимися от боли зрачками.

— Ответь, и все это закончится — мягко, вполголоса советую я, и осознаю, что шум вокруг прекратился. Лошади уже не кричат, и слышно сиплое, прерывистое дыхание наемницы. И бульканье у нее в груди.

— Я не знаю, кто нанял! — хрипло выплевывает слова женщина — нам показали тебя, и сказали убить, когда ты поедешь назад. И принести твою голову для подтверждения. Командовал Сангар, ты его убил. Нам сказали, что с тобой не будет проблем, ты бесполезный кусок дерьма, ботаник! У тебя нет боевой магии и ты не владеешь боевыми искусствами. Теперь я понимаю, как нас обманули!

— Ты точно не знаешь, кто нанял вашего Сангара? — я сделал движение, будто хочу воткнуть кинжал в ногу наемницы, она вздрогнула и торопливо заговорила:

— Я видела! Видела, что Сангар разговаривал с человеком в цветах Клана Союти. Но не уверена, что это они его наняли. Он намекал, что…наклонись поближе, я не могу кричать…

Она задохнулась и на губах у нее выступила кровь. Я наклонился, и как следовало ожидать — едва не получил удар живот тонким стилетом, который наемница извлекла из-за шиворота, или из-за пазухи. Я знал, что так будет, потому легко парировал удар, перехватил руку с клинком, вывернул стилет из крепкой, как мужской руки, а потом не думая и не колеблясь загнал клинок наемнице под челюсть, снизу вверх. Она задергалась, захрипела, выкашливая кровь, но это были уже последние секунды жизни умирающего организма. Через минуту по телу прокатывались только лишь редкие, почти незаметные судороги. Да, наемница была удивительно живучим существом. И получила то, чего хотела получить от меня.