Шрифт:
В библиотечной комнате знаменитого сыщика Ника Картера собрались пять человек. Они сидели за большим круглым столом, стоявшим по середине комнаты, и о чем-то совещались.
Кроме самого Ника Картера и его старшего помощника Дика присутствовали: бывший главнокомандующий армией государства Коразон и вместе с ним начальник тайной полиции короля, генерал Моралес Калабрия, его сын, полковник Евлогий Калабрия и принцесса Нердиния, сестра молодого короля.
Предметом обмена мнений присутствующих служило положение дел короля в его не слишком обширных владениях.
Старый генерал рассказал сыщикам историю заговора, вследствие которого молодой монарх, судя по всем признакам, сделался безвольной жертвой и орудием в руках некоего генерала Фернандо.
Дон Моралес закончил свои объяснения следующими словами:
– Вот все из области фактов, о чем я могу сообщить вам, мистер Картер. Все то, что случилось, произошло в глубокой тайне. Заговорщики, с генералом Фернандо во главе, отлично сумели держаться в стороне от активных выступлений. Они настолько коварны и хитры, что я, старый, простодушный солдат, никогда не сумел бы разоблачить их козни! Вам, вероятно, известно, что я служил еще при деде и отце ныне здравствующего короля. Дон Жуан II в моем лице привык видеть отечески преданного друга и всегда оказывал мне неограниченное доверие. Но вдруг произошла перемена. Совершенно неожиданно мне был запрещен доступ к королю, а когда я просил дать возможность личного объяснения с ним, король приказал сказать, что вызовет меня к себе, когда найдет нужным. Далее он издал приказ, и я был уволен с должности главнокомандующего: а также и со всех почетных должностей, которыми он раньше наградил меня. Я был даже уволен без права ношения мундира. Мне осталось только подстеречь короля в дворцовом саду, где я хотел потребовать объяснения. Но он при встрече бросил мне холодный взгляд, отвернулся и, позвав стражу, приказал меня задержать. Меня отправили в тюрьму, откуда, однако, мне удалось бежать. Находясь в столь отчаянном положении, я вспомнил о вас, мистер Картер, так как вы уже однажды оказали огромную услугу моему отечеству. Когда я прибыл сюда, мне к крайнему моему прискорбию, пришлось узнать, что заговор принял ужасающие размеры. Ее королевское высочество принцесса Нердиния, а равно и мой сын, тоже попали в опалу и были вынуждены бежать за границу. Все эти происшествия покрыты мраком тайны и я положительно не знаю, как мне быть дальше. Еще одно: когда я в последний раз видел короля, он страшно изменился; он настолько был неузнаваем, что мне даже показалось, будто я вижу не его. Черты лица были как будто те же, что и прежде, голос и тембр его, казалось, не изменились, равно как и выражение глаз и все же во всем его облике было нечто, совершенно мне незнакомое. Я положительно не понимаю, что могло произойти! Что могло побудить короля, так часто оказывавшего мне знаки внимания и привязанности, сотни раз доказывавшего мне свою благосклонность, – ввергнуть меня в немилость? Большой должен был произойти переворот в его душе, если он сразу отвернулся от сестры, которую до этого нежно любил. Он вдруг захотел заставить ее выйти замуж за коварного и злого принца Понтсведро, желая таким образом создать для нее участь, в сравнении с которой смерть была бы слаще! Тогда в саду я видел перед собой короля Жуана II, и все-таки какое-то неизъяснимое чувство подсказывало мне, что это не мой король! А теперь, мистер Картер, я прошу вас именем его величества, именем того короля, который раньше благоволил ко мне, именем ее высочества принцессы, оказавшей нам честь присутствовать на нашем совещании, именем моего отечества и моих соотечественников, отправиться вместе с нами в Коразон с тем, чтобы открыть тайну, которая лежит на всей этой истории, тайну, которая изо дня в день приносит стране все новые и новые несчастья! Годами я стар, но дух мой бодр! Я люблю своего короля и членов королевского дома и останусь верен им до гробовой доски. Но в данном случае действуют коварные, темные силы, и я считаю своим долгом принять все зависящие от меня меры, чтобы спасти мое отечество! Я окажу вам содействие по мере моих сил, а если они ослабеют, то на мое место встанет мой сын, которому вы можете, безусловно, довериться! Итак, мистер Картер, я надеюсь, что обратился к вам не напрасно, и вы вступите в борьбу с темными силами, завладевшими государством!
Старик умолк.
Принцесса протянула Нику Картеру руку и произнесла:
– Я присоединяюсь к просьбе генерала не в качестве принцессы, а в качестве сестры человека, находящегося в опасности. Поедемте с нами в Коразон.
– Да, принцесса, я поеду с вами, – заявил Ник Картер, крепко пожимая ее руку.
Глаза принцессы радостно заблестели. Она встала и обратилась к генералу и его сыну со словами:
– Друзья мои! Я должна отдать вам еще один приказ, который беспрекословно должен быть исполнен, и, я надеюсь, смело могу рассчитывать на вашу преданность и верность!
Генерал и его сын молча наклонили головы в знак согласия, а принцесса продолжала:
– Начиная с этой минуты всякая разница в положении между нами исчезает! Теперь я для вас только Нердиния, а все титулы и формальности должны отпасть! Все мои права, поскольку они касаются вашего подчинения моим распоряжениям, я передаю мистеру Нику Картеру. Начиная с сегодняшнего дня, только он один имеет право распоряжаться и приказывать! Никто не в праве противоречить ему или не исполнять его приказаний!
Генерал встал и произнес почти торжественно:
– Признаю вас своим непосредственным начальником, мистер Картер, и обещаю вам безусловное повиновение и преданность.
– А вы, Евлогий? – обратилась Нердиния к полковнику.
Полковник встал и повторил слова, произнесенные его отцом.
– А теперь, мистер Картер, мы ожидаем ваших приказаний, – проговорила Нердиния.
– Исполнение моего первого приказа не представит никаких затруднений, – ответил Ник Картер, улыбаясь, – я прошу вас перейти в столовую, где нас давно уже ждет обед. Завтра мы отправимся в путь. Вот и все приказы на сегодня.
После обеда все снова собрались в библиотечной комнате.
Принцесса, вошедшая первая вместе с Диком, обратилась к Нику Картеру со словами:
– До отъезда я должна еще покончить с некоторыми делами. К сожалению, пароход уходит очень рано и завтра у меня уже не будет времени. Сумею ли я использовать вечерние часы для покупок?
– Я опасаюсь, что все магазины уже закрыты, – отозвался Ник Картер.
– О нет. Я уже беседовала по этому поводу с мистером Диком и он уверяет, что именно те магазины, которые нужны мне, еще открыты. Он вместе с тем был любезен предложить свои услуги проводить меня.
– Если вас проводит Дик, то вы будете находиться под надежной охраной, – улыбаясь, заметил Ник Картер, – но все же я рекомендовал бы отправиться немедленно, иначе вы опоздаете.
– Благодарю. Евлогий тоже отправится вместе с нами, так что вам представится удобный случай наедине переговорить обо всем с генералом.
Таким образом Ник Картер и генерал Калабрия остались одни.
Они перешли в рабочий кабинет Ника Картера и закурили сигары.
Усевшись поудобнее, Ник Картер начал:
– Я должен задать вам еще целый ряд вопросов, генерал, и прошу отвечать мне на них возможно обстоятельнее.
– Спрашивайте, я буду отвечать возможно точнее.
– Во-первых: не подлежит ли сомнению тот факт, что в саду вы видели именно короля, а не кого-либо другого?
– В этом не может быть сомнения. Наружность короля не допускает двух мнений. Кроме того, на расстоянии нескольких десятков шагов за ним следовала обычная свита адъютантов и придворных чинов.
– Он говорил с вами голосом Жуана II?
– Несомненно.
– Не казалось ли вам, что с вами беседует самозванец?
– Нет, иначе я немедленно заявил бы об этом при самом начале свидания.
– Стало быть, вы полагаете, что король попал под чье-нибудь влияние, лишающее его свободной воли и обратившее его в послушное орудие другого лица?
– Только этим я и могу объяснить себе его странное поведение.
– Не допускаете ли вы мысли о гипнотическом внушении?
– Вряд ли это возможно, – ответил генерал.
– Я и сам не допускаю этой мысли, – заметил сыщик, – но тогда остается только предположить, что тот, с кем вы говорили – подставное лицо, а ведь, вы сами отрицаете это.
– Если поразмыслить над этим вопросом, то вы, пожалуй, правы.
– Быть может, вы обманулись вследствие необыкновенного наружного сходства? – продолжал Ник Картер.
– Я допускаю, что так можно ошибиться, но в данном случае это немыслимо.
– Положим, мы еще не перечислили все возможные предположения. Есть еще и другое объяснение.
– А именно? – заинтересовался генерал.
– Да просто то, что король так сильно настроен против вас и всех остальных лиц, впавших в немилость, что он нарочно держал себя именно так.