Болтунья
Шрифт:
– Игра вот какая: имитация. Имитация.
– Он погладил коммуникатор у нее на плече.
Болтунья радостно запрыгала по салону «коммандера».
– А как же! А как же! Кто? Кто?
– Джо Ортега. Попробуй: «В эти трудные времена мы должны сплотиться в труде!»
Тут же раздались те же слова, но повторенные голосом Президента Средней Америки. Хамид опустил стекло водителя: при зрительном контакте это получается лучше. А кроме того, может быть, надо будет выпустить Болтунью из машины.
– Молодец. Посиди здесь, а я найду, кого нам разыграть.
Она тем же напыщенным тоном повторила его слова.
Еще одно. Он набрал номер на телефоне машины, поставил таймер и отключил видео. Потом Хамид вышел и побежал снова к будке охранника. В колледже такой фокус работал нормально, дай Бог, чтобы он сработал и сейчас. Чтобы Болтунья не начала нести, что в голову Придет.
Когда Лукас впустил его в тамбур для посетителей, Хамид включил микрофон.
– Добрался я до верха. Сейчас по красной линии позвонит кто-нибудь, кажется, сам начальник Службы безопасности.
Брови Фила приподнялись.
– Это подойдет.
– Престиж Хамида сделал гигантский шаг вверх.
Хамид забегал по тамбуру, изображая нетерпение, потом остановился у наружной двери спиной к охраннику. Нетерпение стало подлинным. Тут зазвонил телефон, и Лукас снял трубку.
– Проходная один, у телефона агент Лукас, сэр!
Оттуда, где стоял Хамид, была видна Болтунья. Она сидела на месте водителя, с любопытством глядя на телефон. Хамид включил ларингофон и произнес тихо:
– Лукас, с вами говорит Джозеф Стэнли Ортега.
Почти одновременным эхом из телефона за спиной раздалось: «Лукас, с вами говорит Джозеф Стэнли Ортега». В слова была вложена вся важность, которой только мог пожелать Хамид, и еще кое-что: вкрадчивость, которой не было в публичных выступлениях. Наверное, это было из-за приглушенного голоса Хамида, но звучало очень неплохо. Как бы там ни было, а Лукас был поражен.
– Слушаю, сэр!
– Агент Лукас, у нас тут затруднение.
– Хамид сосредоточился на произносимых словах, стараясь не слышать эхо голоса Ортеги. Для него это была самая трудная часть фокуса, особенно если надо было сказать более одной короткой фразы.
– Может быть ядерный пожар, если Туристы не остынут. Я вместе с Национальным Командованием нахожусь в подземном командном пункте, настолько это все серьезно.
Может быть, это объяснит, почему нет видео.
– Понял, сэр.
– Голос Фила дрогнул - он-то не сидел в подземном командном пункте.
– Вы проверили… - щелчок, - подлинность моего вы-
зова?
Щелкнуло в наушниках Хамида, из аппарата охранника он щелчка не услышал. Слабый контакт в наушниках?
– Да, сэр. Я… одну секунду… - Звук быстрых пальцев по клавиатуре. С соответствием записей голоса проблем быть не должно, а Хамиду нужно было додавить охранника.
– Да, сэр, это вы. То есть…
– Отлично. Теперь слушайте внимательно: у этого гида, Томпсона, с собой Турист. Этого Внешника надо поднять наверх - быстро и тихо: Подготовьте для этих двоих лифт, и чтобы никто их не видел. Если у Томпсона не получится, погибнуть могут миллионы. Дайте ему все, что он потребует.
Болтунья в машине веселилась от всей души. Когти передних лап неуклюже вцепились в рулевое колесо, и она вертела его туда-сюда, «руля» и «разговаривая» одновременно - апофеоз жизни: быть принятой за человека настоящими людьми!
– Есть, сэр!
– Отлично. Тогда… - щелчок, - мы должны…
И с последним щелчком голос Ортеги исчез. Черт бы побрал эти дешевые приборы!
Лукас секунду помолчал, почтительно ожидая окончания слов президента. Потом переспросил:
– Да, сэр? Что я должен делать?
Болтунья в машине оцепенела статуей. Потом повернулась к Хамиду, широко раскрыв глаза. «Что мне теперь сказать?» Хамид повторил свою реплику насколько мог громко. Голоса Ортеги не было. Она ни черта не слышит, что я говорю! Он отключил микрофон.
– Сэр, вы меня слышите?
– Наверное, прервалось, - сказал небрежно Хамид и исподтишка махнул рукой Болтунье, чтобы шла к нему.
– Лампочка горит, связь есть, Хэм. Мистер президент, вы меня слышите? Вы говорили, что мы должны делать. Мистер президент?
Болтунья не заметила его жеста - слишком он был скрытным. Он еще раз попробовал. Болтунья поднесла коготь к морде.; Болтунья, только не надо отсебятины!
– Э-э, гм, - донесся голос Ортеги.
– Не торопите меня. Я думаю. Ду-ма-ю! Мы все должны сплотиться, или погибнут миллионы. Как вы думаете? Я полагаю, это имеет смысл…
Смысла-то как раз и не было, хотя Лукас и пыхтел вслух, пытаясь его найти, и его голос становился все более недоуменным и даже подозрительным.
И ничего нельзя сделать. Хамид стукнул кулаком по прозрачной броне и замахал Болтунье изо всех сил. Давай сюда!
Голос Ортеги смолк на полуслове. Хамйд повернулся и увидел, что Лукас смотрит на него с подозрением и напряженно.
Что-то такое здесь делается, что мне не нравится…
Лукас уже начинал догадываться, что его провели, но пока еще его не отпускала инерция ежедневной рутины. Он наклонился над барьером, пытаясь разглядеть, что там видно на стоянке Хамиду.
Первоначальный план рассыпался полностью, но почему-то паники не было, еще не все было потеряно. Улыбнувшись, Хамид подскочил к барьеру и перегнулся, прижав невысокого охранника в угол между барьером и стеной. Рука
Фила лихорадочно нашаривала кнопку, опускающую щит. Хамид сильнее прижал его к стене… и выхватил у него из кобуры пистолет. Ткнул стволом ему в живот.
– Спокойно, Фил.
– Сволочь ты!
Но Фил перестал отбиваться. Слышно было, как Болтунья скребется во внешнюю дверь.