Чтение онлайн

Выход из логического конфликта с модными теориями ученый видит в создании своей классификации — «более надежной, могущей быть практически полезной для клинической и профилактической медицины». Все больше внимания он начинает уделять роли соединительной ткани в организме. «Ни одна ткань, — записал он тогда, — по многообразию и суммарно не представлена в организме так распространенно, как соединительная». Действительно, нет ни одного органа, участка, где бы ее не было. Организм словно соткан из этой ткани. Например, каждый орган — почки, печень и т. д. — состоит из только ему свойственных, выполняющих специфические функции эпителиальных клеток и обязательно из соединительнотканной основы, напоминающей соты, внутри которых живут и действуют специальные клетки. Сами клетки не входят в непосредственный контакт с кровью: между ними и капиллярами есть промежутки, как бы. щели, а в них — жидкость и особые частицы в виде глыбок и волоконец. Это своего рода коллоидная перегородка; стенки капилляров и сама кровь относятся тоже к соединительной ткани. Плотные — кожа, кости, хрящи и рыхлые — подкожная клетчатка, костный мозг, сальник, брюшина, лимфатические узлы опять-таки являются соединительной тканью.

В своей совокупности все эти элементы составляют важную часть среды организма, арену, на которой в первую очередь разыгрываются жизненные процессы — нормальные и патологические.

Богомолец отлично знает работы своих соотечественников о соединительной ткани. Сеченов, Высокович, Ковалевский, Крылов, Подвысоцкий — каждый из темноты неведения выхватывал какие-то достоинства ее частей и отходил в сторону. Самыми блестящими были исследования Мечникова. До него соединительную ткань считали всего-навсего «мягким скелетом», «живым цементом» с пассивной — «опорной», «соединяющей» — ролью. Мечников же гениально разглядел одну из самых чудесных ее функций — фагоцитарную, определяющую реакцию организма на раздражители. Но он не заметил другие.

Более поздние работы — Ашоффа, Шаде — уточнили еще некоторые детали сферы ее влияния. Созданные ими учения о ретикуло-эндотелиальной (клетки соединительной ткани, захватывающие чужеродные вещества) системе и межклеточном веществе Богомолец считает очень важными, хотя и односторонними.

Перебирая груды данных, Богомолец отыскал, кажется, концы гордиева узла. Странным образом недооцененная, а потому все еще загадочная соединительная ткань далеко не так пассивна, как полагали. Может быть, именно ее особенности должны лечь в основу классификации физиологических типов людей?

Пожалуй, этим вопросом он и займется безотлагательно!

Тишина, необычная даже для лаборатории, неожиданно вторглась в комнату и на полуслове оборвала разговор. Профессор замер у стола, глядя на лежащую перед ним газетную полосу.

Ленина не стало…

Из траурной рамки глядело удивительно знакомое лицо с сократовским лбом и ласково прищуренными глазами. В левом углу экстренного выпуска газеты притаился посмертный бюллетень со знакомыми фамилиями профессоров: Осипов, Абрикосов, Обух, наркомздрав Семашко.

«Резкое ухудшение… бессознательное состояние… явления паралича дыхательного центра… Вскрытие трупа обнаружило резкие изменения кровеносных сосудов головного мозга, свежее кровоизлияние из сосудов мягкой мозговой оболочки…»

Выходит, склероз больше всего поразил мозг Ильича. Нечеловеческая умственная работа, постоянные волнения и опасности привели Ленина к преждевременной смерти. Медицина оказалась бессильной совершить то, чего так страстно желали миллионы человеческих сердец. А он, Богомолец, только у истоков борьбы за человеческое долголетие.

Четыре месяца спустя — 22 мая 1924 года — на годичном заседании Общества внутренней медицины и патологии при Саратовском университете Богомолец сделал доклад на тему «Конституция и мезенхима».

Чтобы «помочь врачам и студентам разобраться в пестрой картине современных представлений о конституциях», он критически проработал обширный литературный материал, но поиски «единого, всех удовлетворяющего определения ее биологического и медицинского содержания» оказались совершенно напрасным трудом. Лично Богомолец в качестве основы для разделения решил принять соединительную ткань. У него уже готова и своя, правда — по сей день спорная, классификация конституционных типов: астенический, фиброзный и пастозный.

Но главное в докладе — это мысль об особом биологическом значении соединительнотканных элементов в жизни организма. В этот раз с некоторым опасением «быть обвиненным в ереси» и оговоркой о том, что в эту часть своей работы он внес известную долю субъективизма», Богомолец впервые обнародовал свое убеждение в том, что «признание за соединительной тканью исключительно пассивной роли каркаса по меньшей мере архаизм». На самом деле «элементам ее принадлежит чрезвычайно важная, а часто и решающая роль в состоянии здоровья».

Да, в его глазах — это система «с поразительной амплитудой обязанностей», помимо механических, связанных с построением тела.

Страдает организм от внедрившейся в него инфекции — важную роль в защите его берет на себя соединительная ткань. Она является ареной, на которой в первую очередь разыгрываются патологические процессы. Ее армия лейкоцитов и фагоцитов, током крови доставленная к месту поражения, образует вокруг микробов спасительный демаркационный барьер и часто поглощает не только самих возбудителей болезни, но и выделяемые ими яды.

Благодаря чудодейственной активности соединительной ткани заживают раны, язвы, переломы. Рубцы, шрамы, костные мозоли — все это следы ее работы.

Питательные вещества через стенки кишечника всасываются в кровь, а та разносит их по телу, чтобы через соединительнотканные стенки капилляров и межклеточную ткань доставить их клеткам и тут же унести прочь шлаки обмена и распада. Вместе с эндотелием капилляров межклеточное вещество образует как бы живой физико-химический барьер.

Ухудшается состояние этого барьера — ухудшается питание клеток и, естественно, функционирование органов и систем организма. Здоровая соединительная ткань — это источник благополучия организма, по удачному выражению Богомольца, «как бы корень его».

«Подобно тому как растение добывает себе питательные вещества из почвы при посредстве корней, — писал Богомолец, — так и специфические клетки высшего животного организма все необходимое получают из крови через посредство соединительной ткани. И подобно тому как от корневой системы — гнилой или крепкой, могучей или слабой — в значительной мере зависят рост, развитие, общий вид растения, так от состояния соединительной ткани в значительной степени зависят общий вид и продолжительность жизни человека».