Чтение онлайн

Или это не я говорю?.. нет, вроде я... впрочем, не знаю, может быть, я все еще полковник, сижу с евреем в яме... он просит бога спасти меня, но богу не до меня..."

"Ты говори, но не заговаривайся... я наемный убийца... проклятый... жилец ада..."

"Не ты один... все мы дети войны... усталые, мы останавливаемся передохнуть и идем дальше вместе с другими, в место назначения... его ошибочно называют черной дырой... это тот свет, о котором все говорят, но никто его не видел..."

"Утешил... развеял печаль..."

"Я думаю, черная дыра - это чрево, которое может и рожать..."

"От кого?.. от тьмы... ладно, давай допьем вино и разойдемся... спать, спать..."

Ночь ушла вместе с облаками...

Уже утро...

Небо сияет, море сверкает, отделяет мир рыб от мира птиц...

"Помню, еврей говорил, что свет родил день... он же его и погубит... эй, историк, проснись... что тебе снилось, лицо у тебя подозрительно счастливое..."

"Не помню все... мы сидели в комнате Евы... ты говорил, я смеялся..."

"Смейся, смейся... досмеешься..."

"Опять вы спорите... полковник, не слишком нагружайся вином..."

"Внутри все горит... душа горит и принимает твое вино как бальзам, радостно... налей еще в чашу, не бойся, не упаду... а если упаду, лягу на пол у твоих ног..."

"За занавеской твое ложе..."

"Вы не против, если я оставлю вас, засну?.."

"Спи..."

Историк заснул... во сне он описывал мою кончину и погребение в кителе полковника, называл имена скорбящих у гроба...

Назвав свое имя, историк умолк, задумался...

"Кажется, я схожу с ума..."

Он вдруг понял, что хронику смутного времени написал не он, а кто-то другой, кто жил много лет спустя после описанных событий... тексту была присуща свежесть, наглядность и даже иногда грубость, не свойственная историку, а так же наивность в повествовании о том, что касалось любви и бога...

Бог был явлен в облике еврея...

Он ходил вокруг спящего историка и говорил, вносил в текст его хроники свои дополнения, комментарии, звучащие сухо, протокольно...

"Твои слова звучат как приговор...
– пробормотал историк и проснулся, взглянул на полковника, на Еву и вздохнул...

"Не взыщи, но она не твоя жена... ты ее видел во сне или бога?.."

"Историк, ты видел бога или меня?.. скажи..."

"Я видел себя в роли полковника... сидел в яме с евреем..."

"И что еврей сказал тебе?.."

"Что бог опочил... поэтому царит зло, хаос... вокруг одни враги, суета и ложь... люди сидят в своих раковинах, как в засаде, таятся, а увидят слабого, беззащитного, нападают...

Кому такое понравится?..

Где это общество, исполненное гармонии, добра и справедливости?..

Только и слышу: вот придет мессия и будет судить, и не по тому, что видят его глаза, а по совести... одних спасет, других накажет... и будем мы жить безопасно...

"Ну и где эта безопасность?.."

"Бог пришел и ушел, не нашел для нас оправдания..."

"И что нам делать?.. разорвать одежды и рыдать, чтобы не увидеть то зло, что ждет нас в месте назначения, которое заранее оправдано или проклято..."

"Историк, ты меня удивляешь своим воображением... как еврей мог изображать бога... жертву, еще, куда ни шло... а кем был ты?.."

"Я был жертвой, висел в воздухе над ничем, ни на что не опираясь... не я был начальником, кто-то вверху держал меня над ямой, полной тьмы, прежде чем поднял меня в свой сад... он сказал: будешь одним из нас..."

Историк умолк, заговорил полковник:

"А я очнулся на дороге... я был обречен на изгнание и скитание, каждый встречный мог меня убить, я уже не говорю о тех, кто преследовал меня со спины..."

"Однако ты до сих пор жив..."

"Кто-то защищал меня проклятого богом, не знаю, кто?.. ему я обязан спасением после крушения парома...

Семь дней я провел в море на обломках парома... море высадило меня птичий остров...

Людям я был опасен... а птицы относились ко мне как к жертве, сочувствовали, помогали, чем могли...

Я был для них спасшимся богом в облике человека...

Я был представлен им не таким старым, намного моложе...

Жил я в пещере, которую нашли для меня птицы... я нянчил их детей... иногда бог посылал мне видения, когда я этого заслуживал...

Я учился у птиц говорить, а не отдавать команды...

Видениями бог приоткрыл мне тайны неба, которые так и остались для меня тайнами...

Не смейся, нет причины для смеха, это достоверно...

Для меня откровения бога были как тусклые отражения в зеркале с пятнами отслоившейся амальгамы, какими-то смутными воспоминаниями...

В детстве меня охватывал страх и ужас, когда в земле образовывались трещины и из них вырывались языки пламени, я просыпался и еще долго не мог прийти в себя...

Иногда я совершал прогулки по острову, в которых меня сопровождали птицы...

Были на острове и пустыни, и гиблые болота, заросшие осокой, камышом и колючим кустарником... я застревал в них, звал смерть...

Птицы находили меня, приводили в чувство и оставляли с детьми... я пел им псалмы, декламировал под аккомпанемент прибоя и ветра...

Так все и шло... день сменялся ночью, прилив - отливом...

Как-то, блуждая по острову, я наткнулся на пещеру с рисунками, среди которых была и Ева... у меня с ней была любовь...