Чтение онлайн

— Привет, Флер.

Он сделал несколько шагов в ее сторону, но не протянул руку.

Она отметила утомленную грацию, свидетельство аристократической крови или давних больших денег. Да, он двигался как Алексей.

Прошло несколько минут, прежде чем Кисеи уловила что-то непонятное. Она посмотрела на одного, потом на другого.

— Вы знакомы?

Мишель Антон кивнул.

Флер пришла в себя и изобразила приятную улыбку. Ей уже не Семнадцать, и она не собиралась перед каждым обнаруживать свои чувства.

— В общем-то Мишель — это мой брат Майкл.

— О Боже! — Взгляд Кисеи заметался между ними. — Что мне надо сделать? Заиграть на органе?

Майкл засунул руку в карман брюк.

— А как насчет нескольких нот на чем-нибудь попроще?

Флер не понравилась его враждебность. Это у нее есть право злиться на него.

— Ты знал, что я в Нью-Йорке? — спросила она.

— Знал.

Ей хотелось быть сдержанной, разумной при встрече с ним. Но она не могла. Схватив сумочку, Флер ткнулась носом в щеку Кисеи и выбежала из уборной.

Кисеи догнала ее почти на улице.

— Флер, подожди. Боже, извини. Я понятия не имела.

— Все в порядке. Кисеи. Просто это шок. Вот и все.

— Флер, Мишель действительно… Он действительно замечательный парень.

Флер повернулась к ней.

— И ты считаешь, что я ужасная, да?

— Конечно, нет. Я думаю, вам надо получше узнать друг друга, прежде чем ты вычеркнешь его из своей жизни.

Флер увидела такси и остановила его.

— Иди к своим, Магнолия. Выпей за меня. Я поеду домой спать.

В ту ночь она долго не могла заснуть.

В следующие несколько недель она собиралась забыть о Майкле. Однажды вечером Флер шла по Пятьдесят пятой улице в западной части города и изучала номера над дверями. Было почти семь часов, все магазины были закрыты. Хорошо, иначе ей было бы не пробраться по этой улице.

Она нашла нужный номер, и ей стало ясно, что брат не был слишком удачливым бизнесменом. Хороший адрес, но фасад не производил должного впечатления. Окна слишком малы и плохо освещены. Но в них была выставлена самая красивая одежда, которую Флер когда-либо доводилось видеть.

Кисеи сказала, что работы Майкла замечательные, но подруге было свойственно преувеличивать, поэтому Флер не отнеслась серьезно к ее словам. Особенно после того, как Кисеи намекнула, что лучше бы Флер подружиться с Майклом. Рассмотрев платья, Флер поняла, что похвалы Кисеи были совершенно справедливыми.

Он явно был противником моды, делавшей женщин похожими на мужчин.

В маленькой витрине бутика были выставлены четыре прелестных женственных платья, вызывавших в памяти и картины Ренессанса, и мюзиклы Басби Беркли. Глядя на шелка и джерси, на красиво уложенный крепдешин. Флер пыталась вспомнить, сколько времени она уже не носит платьев и блузок. Она давно не покупала себе ничего, кроме губной помады и тампаксов. Все деньги она вкладывала в рыночные бумаги.

За весной пришло лето, а за летом осень. Кисеи примкнула к другой большой труппе, которая, к несчастью, выступала исключительно в Нью-Джерси. Флер отметила свое двадцатипятилетие, уговорила Паркера повысить ей зарплату и вложила деньги в какао.

Она теряла чаще, чем выигрывала, но скоро поняла, что на рынке это нормальное явление. Когда на ее долю выпадали удачи, они приносили много. Питер дал ей хороший совет. Флер быстро училась на собственных ошибках, и ее исходные шесть тысяч скоро превратились в тридцать пять. К сожалению, чем больше денег она делала, тем труднее было расставаться с ними и вкладывать в рискованные предприятия. Но тридцать пять тысяч долларов для нее были так же бесполезны, как и шесть тысяч.

Зима была в разгаре. Флер больше не рассчитывала на Питера и сама принимала решения. Говядина поднялась в цене. Свинина упала. Она увлеклась медью и сделала почти двадцать тысяч долларов за шесть недель. У нее начались боли в желудке, но Флер продолжала, а когда получала деньги, то все до последнего цента бросала на рынок.

Первого июня, через полтора года после того, как Флер начала делать деньги, она оставила работу у Паркера, продала все, что у нее было, и вложила всю сумму в «Чейз Манхэттен» на тридцатидневный депозит. Итак, через восемнадцать месяцев Флер имела девяносто три тысячи долларов, боли в желудке и у нее часто немели кончики пальцев. Она начала подыскивать офис и через три недели подписала контракт на аренду четырехэтажного дома.

Когда она входила в дом, раздался телефонный звонок. Решив, что это Кисеи, с которой они планировали встретиться вечером в галерее, а потом вместе поужинать, она кинула сумочку на кресло и сняла трубку.

— Привет.

— Здравствуй, детка.

Услышав ласковый знакомый голос, она сильнее стиснула трубку и заставила себя медленно вздохнуть. Этого голоса она не слышала пять лет.

— Что тебе надо, Алексей?

— И никакого обмена любезностями?

— У тебя минута. Потом я вешаю трубку.

Он тяжело вздохнул.

— Ну хорошо, дорогая. Я звоню тебе, чтобы поздравить с недавней финансовой победой. Довольно отчаянный шаг. Но когда успех в кармане, его никто не оспаривает. Насколько я знаю, ты сегодня подписала контракт на трехлетнюю аренду дома.

Она похолодела.

— Откуда ты знаешь?

— Я говорил тебе раньше, дорогая. Моя обязанность — все знать о людях, о которых я забочусь.

— Ты совершенно не заботишься обо мне, — холодно сказала она. — Не играй со мной ни в какие игры, Алексей.

— Наоборот, я очень забочусь о тебе. Я долго этого ждал, дорогая. Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

— Чего ты долго ждал? О чем ты говоришь?

— Охраняй свою мечту, дорогая. Охраняй ее лучше, чем я свою.

Флер уперлась каблуками в перила помоста и наблюдала, как клонится трава от дуновения ветра, как меняется ее цвет. Она радовалась, что приехала сюда. Ей нравился дом из стекла, дранки и солнечных коллекторов, обращенных в сторону пляжа на этом фешенебельном Аонг-Айленде в городке Куок. Киеси долго уговаривала ее провести праздник 4 Июля на побережье, а она отказывалась. Потом из-за жары и от мысли, что это у нее последняя возможность хоть немного отдохнуть, передумала. Ей хотелось выключить маленький проигрыватель, постоянно шуршавши" в голове: с него несся голос Алексея Охраняй свою мечту.