Битва
Шрифт:
– Он там.
Полковник спросил шёпотом:
– Что делать будем?
– Я-то здесь при чём? Я своё дело сделал.
Полковник что, хотел, чтобы ему его документы на блюдечке преподнесли?
– Тс! – Полковник приложил палец к губам.
Володя почувствовал беспокойство: человек в квартире стал явно ближе.
Володя отошёл от двери и прижался к стене. Полковник сделал то же самое.
За дверью послышались шаги, потом на какое-то время наступила тишина – человек смотрел в глазок. Но он не увидел никого на площадке, и потому скрежетнул ключ в замке, дверь распахнулась.
На пороге стоял именно тот мужчина, которого описывал Володя полковнику: высокий, худощавый брюнет с проседью в волосах, жёстким волевым лицом с выраженными носогубными складками. Увидев полковника, брюнет качнулся назад, но полковник уже был готов к его выходу и ударил брюнета кулаком в висок. Брюнет обмяк и упал.
В два прыжка полковник влетел в коридор и ухватил брюнета за плечи:
– Помоги!
Володя схватился за ноги, и вдвоём они занесли брюнета в коридор. Володя запер за собой дверь и приник к глазку. Однако лёгкий шум на лестничной площадке не обеспокоил соседей.
Сзади послышалась возня. Полковник снял с брюнета брючный ремень, повернул лежащего на бок и стянул ему руки сзади.
– Так-то лучше будет, спокойнее. Чёрт, сильно я его приложил. Он жив? Вы вроде доктор?
– Доктор.
Володя присел, пощупал сонную артерию у брюнета – пульс ощущался. Жив, но проблемы с головой могут быть, и сотрясение – самое лёгкое последствие.
– Несём его в комнату.
– Вы знакомы?
Они перенесли мужчину в комнату и уложили на диван.
– Он был моим подчинённым, два года назад уволен из органов. Фирсанов его фамилия.
– Я свою задачу выполнил. Может быть, рассчитаетесь и я уйду?
– А документы?
– Вон в том шкафу, верхняя полка.
Полковник подошёл, открыл шкаф, вытащил тяжёлую папку, уложил её на стол и стал листать.
– Всё цело! – выдохнул он с облегчением.
– Деньги – и я ухожу, – повторил Володя.
– У меня с собой нет такой суммы, давайте завтра встретимся.
– Я так не работаю, – возразил Володя.
Полковник поднял голову от папки и уставился на него тяжёлым взглядом. Володя глаз не отвёл и вложил во взгляд свой приказ: спать!
Полковник закрыл глаза и стоял, покачиваясь, как пьяный.
Володя подошёл к лежавшему на диване и развязал ремень, стягивающий ему руки. Мужчина застонал, но в себя так и не пришёл, дыхание его было хриплым. Володя повернул его на бок – лёжа на спине, он мог задохнуться запавшим языком. Потом подошёл к полковнику, голова к голове:
– Ты забыл всё! Меня, пропавшее дело, бывшего сотрудника.
Мысленно он повторил свой приказ трижды. Потом достал из кармана полковника телефон и положил в карман своей куртки. Достав носовой платок, он вытер внутреннюю ручку двери и посмотрел в глазок. На площадке – никого.
Через платок он отпёр дверь и спустился вниз: ему не хотелось, чтобы кто-то его видел. Пока он не совершил ничего противозаконного, но будет лучше, если всё пройдёт без свидетелей.
Вызывать такси он не стал, пошёл пешком.
Как только показался канал, он швырнул телефон туда. Даже если он сотрёт из памяти телефона свой номер, его можно будет восстановить и отследить. Если у полковника память хорошая, он имеет шанс кое-что вспомнить, но на встречу с ним Володя больше не пойдёт. Впутываться во внутренние разборки силовых структур – себе дороже выйдет. Да ещё и с оплатой кинул полкан. Ну, Виктор, удружил!
Володя остановил машину, добрался до дома и посмотрел на часы. Второй час ночи, Виктору звонить уже поздно. Он решил поговорить с ним завтра, а сейчас – спать. И так половина субботы коту под хвост.
Уснул он крепко, показалось, только веки сомкнул, как вдруг услышал сквозь сон, что в дверь квартиры звонят. Спросонья схватил сотовый телефон, но потом чертыхнулся, накинул халат и побрёл к двери. Посмотрев в глазок, увидел – на площадке перед дверью стоял Виктор.
Дверь соседу он открыл.
– Ты чего в такую рань?
– Какая рань? Двенадцать часов дня! Зайти можно?
– О, прости! Конечно! Спал я. Вчера с твоим полковником до двух часов ночи провозился, а деньги за работу он не заплатил.
Виктор посмотрел на Володю странными глазами:
– Ты телевизор включал? Я местные новости имею в виду.
– Говорю – спал.
– Ага! Но сейчас повторить должны. Включи питерские.
Виктор щёлкнул пультом. Сюжет о ДТП на Пулковском шоссе, а потом…
Володя не поверил своим глазам: оператор показывал вчерашнюю квартиру и труп полковника. Голос за кадром вещал:
– Сегодня утром в чужой квартире, вероятно съёмной, обнаружено тело полковника городского отдела УМВД по борьбе с экономическими преступлениями…
У Володи заложило уши – полковника он узнал сразу. Ну и дела закрутились!
– Так это не ты его? – спросил Виктор. – А может, ты? За то, что на деньги кинул?
Володя от возмущения задохнулся и не мог подобрать слов:
– Да ты… ты… ты в своём уме?! Я разве на убийцу похож? Тем более из-за денег? – Голос его от негодования дрожал. – Как тебе только в голову пришло такое?
– Ладно, не кипятись. Пришла в голову дурная мысль, я её высказал – только и всего.
– Да как ты только мог подумать такое?! Я этого полковника до твоего звонка не знал, никаких дел с ним не имел. Слушай, как дело было. – И Володя рассказал Виктору всё, как было, в деталях.
– Стало быть, убийца этот Фирсанов.
– А дальше? Я знаю, ты теперь знаешь. А полиция будет искать убийцу, и не факт, что не сцапает меня. Мало ли что, видеокамеры везде, видел кто-то случайно. Я в квартире перед уходом отпечатки пальцев с ручек стёр, но что-то же могло остаться.