Чтение онлайн

– О, Щербатая… – прошептал он, открывая глаза. – Если бы ты только знала, как мне тебя не хватает! Но целительница уже удалялась от него, и место ее заняла другая кошка. Она была моложе, ступала легче и изящнее, и отсветы далеких звезд сверкали в ее глазах и на гладкой шерсти. Это была Пестролистая, красивая крапчатая кошка, первая любовь Огнегрива. После смерти Пестролистая много раз приходила к нему во сне, но только сейчас Огнегрив видел ее так же ясно, как в дни ее жизни. Вот кошка склонила голову – и Огнегрив вновь вдохнул ее нежный, незабываемый запах. Он хотел поговорить с ней больше, чем с любым из вознесшихся к звездам соплеменников, поскольку за время, отпущенное им при жизни Пестролистой, они так и не успели поверить друг другу свои чувства.

– Пестролистая…

– С этой жизнью я дарю тебе любовь, – нежно прошептала звездная кошка. – Щедро делись ею со всеми котами своего племени, и особенно с Песчаной Бурей.

Новая жизнь наполнила тело Огнегрива, но на это раз она не несла с собой боли. Сначала ему стало тепло, словно в знойный день в разгаре сезона Зеленых Листьев, даже подушечки на лапах опалило жаром. Потом пришла любовь, а с ней чувство защищенности и покоя, которые он испытывал лишь в далеком детстве, когда котенком сосал свою мать. Он во все глаза смотрел на Пестролистую, испытывая неведомое прежде чувство полного счастья.

Затаенная гордость мелькнула в зеленых глазах Пестролистой, когда она отвернулась, чтобы вернуться к своему племени. Целительница уходила, так и не удостоив его разговора, но вместе с разочарованием Огнегрив испытывал ликующую радость оттого, что Пестролистая одобрила его выбор. Теперь он знал, что его любовь к Песчаной Буре не была предательством по отношению к погибшей Пестролистой.

Последней к Огнегриву приблизилась Синяя Звезда. Теперь она была не той старой, изможденной кошкой, потерявшей рассудок от испытаний, выпавших на долю ее племени. Перед Огнегривом была Синяя Звезда в наивысшем расцвете своей силы и могущества, и ее гордая поступь была подобна поступи воительницы Львиного племени. Слепящее звездное сияние окружало ее, и Огнегрив едва заставил себя, не жмурясь, выдержать знакомый синий взор предводительницы.

– Добро пожаловать, Огнегрив – мой оруженосец, мой воин и мой глашатай! – торжественно приветствовала его Синяя Звезда. – Я всегда знала, что настанет день, когда ты станешь настоящим предводителем! Дождавшись, когда Огнегрив склонит голову, Синяя Звезда коснулась носом его макушки и продолжала: – С этой жизнью я дарую тебе благородство, уверенность и веру. Пусть они всегда пребудут в твоей душе, помогая вести Грозовое племя по пути, начертанному звездными предками и воинским законом.

Огнегрив так разнежился в теплой любви, подаренной Пестролистой, что едва не закричал, почувствовав дар Синей Звезды. Корчась от боли, он принимал в себя ее неукротимое честолюбие, страшную муку расставания с детьми, ярость бесконечных битв, которые она вела, служа интересам своего племени. Он испытал леденящий ужас одиночества, которое пережила Синяя Звезда, когда в помрачении рассудка утратила веру в Звездное племя. С каждым ударом сердца прилив силы становился все сильнее и сильнее, пока Огнегрив не почувствовал, что еще немного, и шкура его взорвется, не выдержав напора. Но в тот момент, когда он понял, что ему остается лишь взвыть от муки или умереть, боль стала постепенно стихать и вскоре совсем исчезла, оставив после себя спокойную ясность и радость.

Тихий протяжный вздох прокатился по небесной поляне, и все воины Звездного племени поднялись с земли. Синяя Звезда очутилась в центре поляны и взмахнула хвостом, приказывая Огнегриву встать. Он с трудом повиновался – ему казалось, что он до краев наполнен силой, которая может расплескаться от каждого неверного движения. Все тело его ныло и болело, словно он только что вышел из тяжелейшей битвы, но дух преисполнился силы, которую вдохнули в него девять полученных жизней.

– Я впервые называю тебя новым именем, Огнезвезд! – громко провозгласила Синяя Звезда. – Твоя прежняя жизнь осталась позади. Ты получил девять жизней предводителя, и Звездное племя вверяет тебе судьбу Грозового племени. Защищай его с честью, заботься о старых и молодых, чти предков воителей и традиции воинского закона, с честью и достоинством проживи каждую из своих девяти жизней!

– Огнезвезд! Огнезвезд! – послышалось со всех сторон. Подобно тому, как лесные коты-воители громко называют только что посвященного воина его новым именем, так и звездные предки теперь наперебой окликали Огнезвезда, и воздух звенел от хора их глубоких голосов. – Огнезвезд! Огнезвезд!

Внезапно хор смолк, оборвавшись изумленным шипением. Огнезвезд сразу понял, что случилось нечто ужасное, и похолодел от страха. Синяя Звезда, не отрываясь, смотрела куда-то за спину Огнезвезда. Он быстро обернулся – и закричал от ужаса.

Огромная куча голых костей возвышалась на противоположном краю поляны. Жуткое, неестественное сияние исходило от нее, каждая кость была будто обведена горящим контуром, так что Огнезвезд ясно видел каждую из тысячи косточек. Это были кошачьи кости, наваленные вперемешку с останками лесной дичи. Порыв горячего ветра пронесся над поляной, и, хотя кости в куче сверкали белизной и были отполированы до блеска, Огнезвезд почувствовал нестерпимый запах смерти и разложения.

Он в ужасе обернулся к звездным воителям, ища у них совета и помощи. Но поляна за его спиной оказалась пуста. Звездное племя исчезло, оставив Огнезвезда в одиночестве перед жуткой кучей костей. Он задрожал – и тут же понял, что Синяя Звезда не покинула его, он боком чувствовал ее теплое присутствие. Кругом была тьма, и он не мог разглядеть Синюю Звезду, но услышал ее тихий шепот: – Страшные времена приближаются, Огнезвезд. Четыре станут двумя. Лев и тигр сойдутся в битве, и кровь будет править лесом.

В тот же миг запах Синей Звезды и тепло ее шерсти стали таять, и вскоре Огнезвезд остался в полном одиночестве.

– Подожди, Синяя Звезда! – в страхе закричал он. – Не покидай меня! Я ничего не понял! О чем ты говоришь?!

Но, сколько он ни кричал, Синяя Звезда больше не отзывалась и никак не объяснила своего жуткого пророчества. Зато сияние, исходившее от кучи костей, внезапно стало еще ярче и окрасилось красным. Оцепенев от ужаса, Огнезвезд смотрел, как кровь начала сочиться из-под костей. Вскоре отдельные багровые ручейки слились в реку, страшный поток начал приближаться к Огнезвезду, в ноздри ему ударил отвратительный запах свежей крови. Он рванулся, чтобы убежать, но лапы его словно приросли к земле. В следующий миг липкая кровавая жижа заплескалась вокруг него, и Огнезвезд задохнулся от жуткого запаха смерти.

– Нет! – завыл Огнезвезд, но никто не отозвался на его крик. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь плеском крови, жадно лижущей его шерсть.

Задыхаясь от ужаса, Огнезвезд очнулся. Он лежал на полу пещеры, уткнувшись носом в Лунный Камень. Лунное сияние исчезло, и пещера озарялась теперь лишь слабым светом далеких звезд. Пробуждение не принесло Огнезвезду облегчения, он по-прежнему чувствовал вокруг тошнотворный запах смерти, и собственная шерсть казалась ему горячей и липкой от крови.

С бешено бьющимся сердцем он поднялся на лапы и увидел Пепелицу. Целительница встала и призывно махнула хвостом. Первым желанием Огнезвезда было броситься к ней и все рассказать, но он вовремя вспомнил, что должен хранить молчание до выхода из пещеры. Скользя лапами по полу пещеры, он подлетел к Пепелице, бросился вперед и первым нырнул в темную пасть туннеля. По следу собственного запаха он бежал и бежал по черному коридору, и обратный путь показался ему вдвое длиннее пути в сердце пещеры. Узкие места внушали Огнезвезду панический ужас, он так боялся остаться навечно погребенным здесь, что судорожно протискивался между стен, оставляя на них клочки собственной шерсти. Он задыхался от страха и духоты, бесконечная тьма туннеля усиливала его панику. Огнезвезду казалось, что он никогда не увидит солнца и навсегда останется здесь, в крови и темноте.