Чтение онлайн

— Ты, как всегда, прав, отец клана. Я хорошо запомню урок. А сейчас, — добавил он угрюмо, — пойду и разберусь с Гурцем.

— Только не переусердствуй, сын мой, — предостерег Реатур, — каждый работник у нас на счету. Накажи Гурца, но так, чтобы он не потерял способности трудиться. Ты меня понял, старший?

— Понял, отец клана.

Они покинули подвал; Тернат поспешил на поиски злосчастного Гурца, а Реатур решил навестить маленького самца, отпочковавшегося от Байал.

— Растет здоровяком, отец клана, — ответил на вопрос Реатура о самочувствии детеныша воспитатель отпочковавшихся, самец по имени Ситтен. — Он здесь самый маленький, но уже пытается отобрать пищу у самцов, которые старше его на четверть сезона.

— Приведи его, — велел Реатур.

— Слушаюсь, отец клана.

Через несколько мгновений Ситтен вернулся с трепыхающимся, синим от страха детенышем на руках. Малыш попытался укусить воспитателя, потом испражнился на две руки, которыми тот его держал.

— Озорной юноша, — насмешливо качнул глазными стеблями Ситтен.

— Да уж, — сказал Реатур, восхищенный терпением воспитателя.

Когда хозяин владения подошел поближе, чтобы тщательно осмотреть сына, тот не замедлил выбросить вперед крошечную ручонку с тремя острыми коготками. Реатур едва успел отвести в сторону глазной стебель.

— Да, с реакцией у него порядок. Так, говоришь, ест он хорошо?

— Да, отец клана, и застенчивым его не назовешь, ты уже успел в этом убедиться. Обычно я приглядываю за малышами, чтобы их не обижали, не отнимали у них пищу, а этот сам способен за себя постоять. Он резв, силен…

— Хорошо. Мы заставим его уничтожать паразитов в помещениях замка, — сказал Реатур. Глазные стебли Ситтена дрогнули, но тут же замерли, словно воспитатель был не совсем уверен, шутит хозяин владения или говорит серьезно. — Не обращай внимания, — успокоил его Реатур. — Я пошутил. Знаешь, созерцание вновь отпочковавшихся просто напоминает мне, что жизнь продолжается, вот и все. В последнее время столько забот — и человеки, и скармеры, — поневоле забываешь о нормальных, обыденных вещах.

— Понимаю, отец клана. Тебе приходится туго, — сочувственно сказал Ситтен.

— Да, иной раз хочется… — Реатур вдруг осекся, смущенный тем, что так разоткровенничался со своим подданным. Не пристало хозяину владения жаловаться кому-либо на судьбу; только самому себе можно, иногда, когда никто не слышит. Другим — нет. Даже Тернату, не говоря уже о скромном воспитателе отпочковавшихся, одной из основных обязанностей которого является обучение детенышей тому, как самостоятельно выпутываться из трудных ситуаций.

В конце концов малыш вырвался из рук Ситтена и принялся носиться по комнате, подобно обезумевшему бегунку, пока воспитатель и Реатур не поймали его снова, причем постреленок царапнул-таки папашу дважды и один раз укусил.

— С твоего позволения, отец клана, я отнесу его обратно, — сказал Ситтен, крепко сжимая извивающегося и визжащего воспитанника двумя руками.

— Ступай, — Реатур потирал руку, которую больно укусил острыми зубками детеныш. — Тебе следовало бы научить маленького болвана тому, что собственного отца должно уважать, — проворчал он. — Или, по крайней мере, тому, что ты и я — существа такого же вида, что и он, а не парочка клеморов, которых чем быстрее изловишь и съешь, тем лучше.

— Он ведь очень молод, — промолвил воспитатель.

— Конечно, конечно…

«И все равно, — подумал Реатур, когда Ситтен исчез за дверью, — глупому маленькому созданию уже пора проявлять больше разума… Впрочем, мать его, Байал, никогда особым умом не отличалась». Хозяин владения был почему-то уверен, что отпочковавшиеся от Ламры детеныши будут вести себя разумнее. Но сама Ламра этого не увидит: ведь, принеся приплод, она должна умереть…

— Лодки получаются превосходные, отец клана, — сообщил Фральк Хогрэму. — У нас достаточно много рабочих для того, чтобы быстро изготавливать каркасы и натягивать на них шкуры. Как ты и предсказывал, перспектива работы привлекла сюда самцов с самых отдаленных ферм.

«Небольшая лесть никогда не помешает, — подумал старший из старших, — особенно если она соответствует действительности».

Хогрэм, однако, не особенно доверял лести, поскольку слушал ее дольше, чем Фральк прожил на свете.

— К тому времени, когда Ущелье Эрвис наполнится водой, у нас будет достаточное количество лодок? — спросил он с сомнением.

— Да, — уверенно заявил Фральк и опять же не солгал — какой смысл лгать о том, что Хогрэм легко может проверить?

— Хорошо, — сухо ответил Хогрэм. Фральк уже в который раз напомнил себе, что в общении с хозяином владения следует держать глазные стебли востро: старик все видит насквозь Дав возможность молодому самцу поразмышлять на эту тему, Хогрэм продолжил: — Эти проклятые штуковины ДЕЙСТВИТЕЛЬНО останутся на поверхности воды, когда в них залезут наши самцы?

— Ты имеешь в виду, будут ли они ПЛАВАТЬ? — Фральк употребил лануамский технический термин с такой легкостью, словно пользовался им по меньшей мере несколько лет, и с удовлетворением отметил, что это произвело впечатление на повелителя. — Панджанд, Ивек! — крикнул Фральк, взмахнув одной из рук. — Принесите таз и макет. Я хочу продемонстрировать хозяину владения результаты наших опытов.

Слуги, ожидавшие зова старшего из старших в задней части приемного покоя Хогрэма, подняли с пола тяжелый каменный таз и понесли его. Одна из трех рук, которыми Ивек держал ношу, соскользнула, и немного воды из таза пролилось на пол, прежде чем слуга успел снова подхватить его.

— А, — сказал Хогрэм, протягивая в сторону приближающихся самцов еще один глазной стебель, — я-то думал, почему они не воспользовались сосудом изо льда? Теперь понятно. — Глазные стебли его покачнулись. — Помести воду в лед — и ни то, ни другое долго не продержится.

— Совершенно верно, — согласился Фральк с таким уважением, будто Хогрэм изрек нечто непревзойденное по мудрости, а не банальную истину. — Поставьте сюда, — добавил старший из старших, когда Панджанд и Ивек поднесли к нему таз.

Оба самца расширились и, осторожно опустив свою ношу на пол, остались в почтительной позе, пока Хогрэм взмахом руки не позволил им вытянуться снова. Панджанд протянул Фральку маленькую лодку.

Тот осторожно поместил ее на поверхность воды.

— Видишь, отец клана, она ПЛАВАЕТ.

— Вижу, старший, но останется ли она на поверхности, ежели нагрузить ее? — Хозяин владения предпочитал обходиться без мудреных иностранных словечек, но знал, какие вопросы задавать.

— Ивек, — позвал Фральк.