Чтение онлайн

— Все, — подтвердил Шота.

Фральк вновь почувствовал себя подвешенным над бездной, как тогда, на мосту, когда он возвращался из владений Омало.

— Надеюсь, у тебя есть еще такие?

Лающий смех чужака приобрел какой-то другой оттенок, не слышанный Фральком прежде. Какой-то зловещий, что ли…

— Есть, — ответил Шота. — Что ты дашь за них?

«Неудивительно, что он действует мне на нервы», — подумал Фральк, начиная торговаться. В лишенных стеблей глазах пришельца застыла твердая решимость не продешевить. «Своего не упустит», — уважительно отметил старший из старших. Более высокой похвалы он не знал.

— Неприятная картина, — прокомментировал Брэгг, заглядывая через плечо Сары, которая просматривала только что проявленные фотографии трупа Байал.

— Мягко сказано, — буркнула Сара, ожидавшая, что снимки произведут на командира более сильное впечатление.

— Стало быть, именно такой ценой появляются на свет новые минервитяне? — спросил Брэгг и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Похоже, понятие «акушерство» здешним жителям незнакомо.

— Какое там… — горько вздохнула Сара, и тут ее беспомощная, с трудом сдерживаемая ярость выплеснулась наружу. — Какое, к дьяволу, акушерство! Они и в мыслях не держат, что роженице нужно оказывать помощь. Видишь вот эти жуткие раны? — ее палец запорхал над фотографиями, сначала над одной, потом над другой.

— Ну, — кивнул Брэгг.

— В этих местах каждый детеныш прикреплен к самке большим кровеносным сосудом. Когда плоды созревают и наступает пора разрешения от бремени, кожа над детенышами разрывается, они отсоединяются от матери, и она истекает кровью до смерти. Весь пол кровищей залило… — Сара несколько раз мыла свои сапоги, но пятна засохшей крови Байал все еще оставались в углублениях рифленых подошв.

— Ты можешь что-нибудь сделать, чтобы предотвратить такой исход родов? — Брэгг задал вопрос таким тоном, будто догадался о намерении, в котором Сара только что призналась самой себе. Проницательность командира даже испугала ее, и она неуверенно ответила:

— Я не знаю… Сомневаюсь… Я хотела бы, но еще не знаю, как.

— Но ведь ты не прочь попробовать, не так ли? Она вскинула голову и посмотрела Брэггу прямо в глаза.

— С чего ты взял?

— С того, как ты об этом говоришь, — морщинки в уголках его глаз лукаво изогнулись, но сами глаза оставались серьезными и смотрели уверенно. «Как у снайпера», — почему-то подумала Сара. Она осознала себя мишенью, и ей это не понравилось — В твоем голосе слышатся нотки летчика-испытателя, который собирается освоить новую машину. И он знает, что освоит ее, — спокойно добавил Брэгг.

— Может быть, — рассмеялась Сара — Но я не уверена не только в том, что эта машина взлетит, но и в том, следует ли ей летать вообще.

— А почему бы ей не летать? — спросил Брэгг без тени улыбки.

— Потому, что мне кажется… — По ряду причин Саре не хотелось развивать свою мысль, но она все же решила высказаться. — Похоже, что минервитянки самим ходом витков эволюции подготовлены к тому, чтобы родить один раз и умереть. Пэт пытается выяснить, существует ли такой порядок вещей у животных А я думаю, что самки приносят потомство молодыми, очень молодыми — ни одна из них не достигает возраста зрелого самца.

Брэгг поджал губы.

— Да, думаю, минервитянским мужчинам не грозят проблемы с движением феминизма.

— Это не смешно, Эллиот, — воскликнула Сара.

— Я и не говорю, что это смешно. Так что ты предлагаешь?

— Да не знаю я, — Сара устало вздохнула. — Предположим, мне удастся спасти нескольких самок, пока мы здесь. И что потом? Они снова забеременеют и умрут? И еще, если они выживут после первых родов, как отнесутся самцы к появлению взрослых самок? Не думаю, что подобный вопрос когда-либо возникал здесь.

— Это большая ответственность — переворачивать весь их общественный строй вверх дном, — заметил Брэгг — А ведь именно к этому могут привести такие действия. Твое ли это дело?

— Я понимаю, — сокрушенно ответила Сара. — Но разве мое это дело — смотреть, как люди, ну, во всяком случае, разумные существа, умирают преждевременно? И умирают таким вот образом?

Как бы в подтверждение слов Сары из проявочного аппарата выползло новое фото — еще одно немое свидетельство ужаса.

— Может быть, твое дело — просто наблюдать и запоминать. Минервитяне — не люди… А даже если и люди, то не такие, как мы, — поправил себя командир, прежде чем Сара успела возразить. — Думаю, следует предоставить здешний народ самому себе; пусть идут в ад — или в рай — своим собственным путем.

— Ну что же, возможно, ты прав, — Сара с сожалением осознала, что разговор закончен.

Брэгг, как всегда, был прямолинеен, логичен и благоразумен… Однако всем своим существом она восставала против того, что он говорил. «Если я найду способ, как уберечь минервитянских самок от смерти при родах, — сказала она себе, — то попробую применить его, и тогда местному народцу придется смириться с последствиями».

Брэгг направился к дверям.

— Иду на камбуз, поищу чего-нибудь перекусить. Не желаешь составить мне компанию?

— Пожалуй. Бог его знает, когда вернется Ирв. Может, заночует в замке, как он уже делал пару раз. Удивляюсь, как он выдерживает. Даже в спальном мешке…

— … холодрыга страшная, — закончил Брэгг.

Сара кивнула.

— Что до меня, так я после просмотра этих фотографий боюсь оставаться здесь одна.

Брэгг лишь неопределенно хмыкнул.

На камбузе он выбрал для себя пакетик жареного подсоленного миндаля и, разорвав алюминиевую фольгу, с тоской произнес:

— Полагаю, у минервитян вряд ли есть что-нибудь хоть отдаленно смахивающее на пиво.

— Ты прекрасно знаешь, что нет, — ответила Сара, вскрывая тюбик с этикеткой «Абрикосы» — вся пища на «Афине» содержалась в герметичных тюбиках и контейнерах, в расчете на условия невесомости. — Если когда-нибудь решишь удалиться от корабля на приличное расстояние, бери с собой запас провизии. Местная вода и лед, в общем, вполне пригодны для употребления, но Боже тебя упаси съесть что-нибудь. Пожалеешь.

— Ты уже раз в десятый говоришь об этом, — заметил Брэгг, с хрустом раскусывая миндаль.