Чтение онлайн

Стен развернулся, и они продолжили путь.

Пройдя довольно большое расстояние, Пард спросил Стена:

— Что это означает?

— Я не знаю, — признался Стен. — Но, возможно, это знание будет интересно для Вангелиу. Давай подождем, что он на это скажет.

Наконец они добрались до паромной переправы, которая представляла собой группу маленьких домиков, где навари ночевали. Часть паромов подходили прямо к Теремии, но, так как там больше не было собственной гавани, гораздо проще казалось сойти на землю за границей города и остаток пути пройти широкой дорогой. «Да и так будет лучше, чем со всей этой сворой пробираться через город», — подумал Стен, чувствуя себя немного как вор, крадущийся в ночи.

Ему пришлось применить свою силу убеждения, чтобы найти навара, который согласился перевезти их. В конце концов суеверных паромщиков смогло убедить имя Стена. Да и тогда Стен получил лишь два парома, на каждом из которых могло поместиться всего несколько троллей. Чтобы тролли слушались навари и не создавали трудностей, Стен и Пард с каждой партией ехали через реку и возвращались назад.

Сейчас Стен радовался, что погода остается хорошей, так как дождь или гроза сделали бы ночную переправу опасной либо вообще невозможной. Когда паромы в последний раз отчалили от северного берега, Стен сел рядом с Керром, который застывшим взглядом смотрел вперед.

— Почему они это сделали? — спросил юный тролль.

По напряжению в его голосе Стен понял, что тот еще не привык к речным переправам. «Или же у него просто морская болезнь. Интересно, бывает ли у троллей морская болезнь? Висиния тоже не переносит плаваний». Внезапно влахак осознал, что его жена больше никогда не будет плыть на лодке. Его сердце пропустило один удар, и глубокая боль пронзила тело. В его воспоминаниях возникли все те мелочи, которые он уже никогда не будет переживать. Как Висиния надевала перчатки. Как она приподнимала одну бровь, когда сомневалась в чем-то. Как ее волосы спадали волнами на плечи. Как она улыбалась.

— Ты не знаешь этого? — спросил Керр, вырвав его из мыслей.

— Что? — рассеянно переспросил воин, и воспоминания померкли, хоть боль и осталась.

«Я тебя никогда не забуду, моя любимая».

— Лодочники. Двое из них плюнули в воду, а третий вылил что-то из кружки.

— Это они приносили жертву духу реки. Немного пищи от каждой трапезы и первую кружку от каждой бутылки вина. Священники солнца долгое время запрещали это, поэтому некоторые только плюют в воду в знак уважения.

— О, так плюя в воду, они чтут духов?

— Точно, — сказал влахак и облокотился о стенку, в то время как Керр рядом с ним громко собрал слюну и плюнул в воду.

В голове у Стена мелькали мучительные образы. И хотя воспоминания бередили ему душу, все же они были его самым ценным сокровищем. Вода с шумом проносилась мимо, тролли шептались друг с другом, а над ними сквозь облака тускло мерцали звезды. В это же время Висиния бродила по темным дорожкам по другую сторону этого мира. «Подожди меня, — подумал Стен. — Я скоро последую за тобой».

Рано утром тролли устроили небольшой привал в лесу немного южнее Маги. Пока Пард и другие ели, отпуская грубые шутки, Стен держался несколько в стороне. Все его тело просило сна, но измученный дух не давал ему покоя, пойманный неясными образами и непонятными мыслями. Он гнал его в страну между явью и сном, из которой каждый раз его возвращал громкий смех троллей. Наконец он полностью погрузился в мир снов и проснулся только оттого, что Пард грубо толкнул его.

— Вставай, Стен, мы хотим идти дальше.

Сон не принес ему отдыха, хотя члены его тела теперь были не такими тяжелыми. После простого завтрака они отправились в путь, идя по лесистому берегу Маги вниз по течению. Внутри Стена боролись сомнения, сможет ли он найти дорогу к хижине Вангелиу, как тут Пард неожиданно радостно воскликнул:

— Здесь мы были в последний раз!

И действительно, эта небольшая бухточка в береговом откосе Стену тоже показалась знакомой. «Когда мы здесь в прошлый раз сходили на берег, я нес мертвое тело Натиоле. Смерть и печаль — мои постоянные спутники. Эта земля скоро всех нас, сожрет!»

Не выражая вслух своих мрачных мыслей, Стен повел троллей дорогой, которой они тогда шли к Вангелиу. Он почти не обращал внимания на окружение, да и сами тролли, казалось, были больше заняты разговорами друг с другом, чем дорогой, по которой шли. «Они существа действий. Безделье съедает их так же, как оно всегда мучило и меня», — понял молодой воин.

Наконец между деревьями появился просвет, к которому влахак сразу же повернул. Хижина старого прорицателя стояла, спрятанная глубоко в лесу, на небольшой поляне. А лес тот с давних пор принадлежал Влахкису. Люди очень редко забредали туда, так как даже ближайшие поселения находились очень далеко от этого места. Так Вангелиу и смог выжить, скрытый от глаз Альбус Сунаса и его ищеек, защищенный дикой природой, с которой он жил в полной гармонии.

— По всей видимости, он дома, — определил Стен. — Иначе мы бы не увидели света.

Еще в прошлый раз Вангелиу казался глубоким стариком, и его жизнь отшельника точно не была легкой. Так что юный влахак опасался того, что им уже не суждено встретиться со стариком.

Без страха они пошли в направлении хижины, как вдруг Пард оскалился и зарычал.

— Что такое? — удивленно спросил Стен.

— Что-то не так. Запахи. Они другие.

— Какие другие?

— Я не знаю, — яростно прошипел большой тролль. — Давай пойдем вперед. Только осторожно!

Оставив других троллей ждать сзади, Стен и Пард медленно прокрались к хижине. В темноте воины не заметили ничего необычного. В хижине все было спокойно, свет горел вполне мирно. Но прежде чем Стен успел задать троллю вопрос, чувствует ли тот опасность, дверь резко открылась. Из проема падал свет, в котором обрисовалась тень появившегося в этом проеме. Человек был одет в длинную мантию из мягкой кожи. Капюшон был накинут на голову, так что лица не было видно. Стен в замешательстве уставился на фигуру, которая точно не могла быть Вангелиу. А когда его глаза привыкли к свету, фигура откинула капюшон. Длинные волосы волнами жидкого серебра, мерцающего в лунном свете, ниспадали на голые плечи, которые были покрыты странным рисунком, словно вырезанным на коже. А глаза этого существа светились загадочным светом. Однако то, что Стен заметил в первую очередь, были длинные острые уши. «Винак, — тут же сообразил Стен. — Что же здесь делает эльф?»