Чтение онлайн

Вороны прилетали и улетали каждый день, но сам лорд Тайвин почти все время проводил за закрытыми дверями со своим военным советом. Арья видела его мельком и всегда издали — один раз он прохаживался по стене с тремя мейстерами и толстым усатым пленником, другой — выезжал со своими лордами-знаменосцами осматривать лагерь, но чаще всего он стоял в арке крытой галереи и смотрел, как солдаты упражняются во дворе внизу. Он стоял, сложив руки на золотом эфесе своего длинного меча. Говорили, что лорд Тайвин любит золото больше всего на свете, что он даже испражняется золотом, так пошутил один оруженосец. Лорд Ланнистер, лысый, с густыми золотыми бакенбардами, казался крепким для своих лет. Что-то в его лице напоминало Арье собственного отца, хотя он и Ланнистер были совсем не похожи. У него лицо лорда — вот в чем дело. Леди-мать Арьи не раз говорила отцу, чтобы он сделал лицо как у лорда и уладил то или другое, а отец смеялся. Лорда Тайвина Арья себе не представляла смеющимся.

Как-то днем, когда она ждала своей очереди набрать воды из колодца, Арья услышала, как заскрипели петли восточных ворот. В них шагом въехал конный отряд. Арья увидела мантикора на щите предводителя, и ненависть пронзила ее.

При свете дня сир Амори Лорх казался совсем не таким страшным, как освещенный факелами, но его поросячьи глазки она запомнила хорошо. Одна из женщин сказала, что он объехал вокруг всего озера, преследуя Берика Дондарриона и убивая мятежников. «Но мы-то не были мятежниками, — подумала Арья. — Мы были Ночным Дозором, а Ночной Дозор ничью сторону не принимает». У сира Амори осталось меньше людей, чем ей помнилось, и многие были ранены. Хоть бы раны у них воспалились. Хоть бы они все перемерли.

Потом она увидела троих, едущих в конце колонны.

Рорж надел на себя черный полушлем с широкой стрелкой, скрывавшей отсутствие носа. Рядом высился Кусака — казалось, что конь вот-вот рухнет под его тяжестью. Полузажившие ожоги на теле делали его еще уродливее, чем раньше.

Но Якен Хгар улыбался, как всегда. Он был все в тех же грязных лохмотьях, но успел вымыть и расчесать волосы. Они струились у него по плечам — блестящие, рыжие с белым, и девушки рядом с Арьей восхищенно захихикали.

«Жаль, что я не дала им сгореть. Джендри так и хотел — напрасно я его не послушалась». Если бы она не бросила им тот топор, они бы все погибли. Арью охватил испуг, но они проехали мимо нее, не выказав ни малейшего интереса. Только Якен Хгар глянул в ее сторону, да и то поверх ее головы. «Он меня не узнал, — подумала она. — Арри был злой мальчишка с мечом, а я серая мышка-девочка с ведром».

Весь остаток дня она драила ступеньки в башне Плача. К вечеру она стерла руки в кровь, и они дрожали, когда она плелась с ведром обратно в подвал. От усталости ей даже есть не хотелось — Арья отпросилась у Виза и забралась в свою солому.

— Виз, — зевая, пробормотала она. — Дансен, Чизвик, Полливер, Рафф-Красавчик, Щекотун и Пес, сир Грегор, сир Амори, сир Илин, сир Меррин, король Джоффри, королева Серсея. — Ей подумалось, что к молитве нужно добавить еще три имени, но она слишком устала, чтобы решить это сегодня.

Арье снились волки, бегущие по лесу, когда чья-то сильная рука зажала ей рот, словно каменная. Арья проснулась и стала брыкаться.

— Пусть девочка молчит, — сказали шепотом у самого ее уха. — Незачем кому-то слышать — друзьям надо поговорить по секрету. Да?

Арья с бьющимся сердцем едва заметно кивнула.

Якен Хгар убрал руку. В подвале было черным-черно, и Арья не видела его лица даже в нескольких дюймах от себя. Но от него приятно пахло мылом, и он надушил себе волосы.

— Был мальчик, стала девочка, — тихо произнес он.

— Я всегда была девочкой. Я думала, ты меня не заметил.

— Человек замечает. Человек видит.

Она вспомнила, что ненавидит его.

— Ты меня напугал. Ты теперь с ними. Зря я не дала тебе сгореть. Что тебе здесь надо? Уходи, или я позову Виза.

— Человек платит свои долги. Человек должен тебе трех.

— Трех?

— Красный Бог должен получить свое, милая девочка, и только смертью можно расплатиться за жизнь. Девочка лишила его троих — девочка должна заменить их тремя другими. Назови имена, и человек сделает остальное.

«Он хочет мне помочь!» От прилива надежды у Арьи даже голова закружилась.

— Отвези меня в Риверран — это недалеко. Если украсть лошадей, мы могли бы…

Он приложил палец к ее губам:

— Три жизни ты получишь от меня. Ни больше ни меньше. Три — и мы в расчете. Пусть девочка поразмыслит. — Он легонько поцеловал ее в голову. — Но не слишком долго.

Когда Арья зажгла свой огарок, от Якена Хгара остался только запах — слабая струйка имбиря и гвоздики. Женщина в соседней нише заворочалась на соломе и пожаловалась на свет; Арья задула свечку, закрыла глаза, и перед ней поплыли лица. Джоффри и его мать, Илин Пейн, Меррин Трант, Сандор Клиган… но они все в Королевской Гавани, за сотни миль отсюда, а сир Грегор пробыл в замке всего несколько дней и снова уехал в набег, взяв с собой Раффа, Чизвика и Щекотуна. Но сир Амори здесь, а его она ненавидит не менее сильно. Ведь так? Она не была уверена. И, конечно, всегда остается Виз.

Наутро Арья снова подумала о нем. Она не выспалась и без конца зевала, а Виз промурлыкал:

— Ласка, если ты еще раз раззявишь рот, я вырву у тебя язык и скормлю его моей суке. — Для пущей убедительности он крутанул ей ухо и снова послал мыть лестницу — да чтобы до третьей площадки к вечеру все было чисто.

За работой Арья думала о людях, чьей смерти желала. Ей казалось, что она видит их лица на ступеньках, и она терла что есть силы, чтобы смыть их. Старки воюют с Ланнистерами, а она Старк, поэтому ей надо убить как можно больше Ланнистеров — на то и война. Но стоит ли доверяться Якену? «Нет, я должна убить их сама». Отец, приговаривая человека к смерти, всегда сам исполнял приговор своим мечом. «Если ты отнимаешь у человека жизнь, ты обязан перед этим взглянуть ему в лицо и выслушать его последние слова», — сказал он как-то Роббу и Джону.

Два дня она избегала Якена Хгара. Это было нетрудно. Она так мала, а Харренхолл так велик — в нем много мест, где может спрятаться мышка.

А потом вернулся сир Грегор, раньше, чем ожидалось, — на этот раз он вместо пленников пригнал стадо коз. Арья слышала, что он потерял четырех человек после очередной ночной атаки лорда Берика, но все ненавистные ей вернулись целехоньки и поселились на втором этаже башни Плача. Виз заботился о том, чтобы у них было вдоволь выпивки.

— Этих всегда жажда мучает, — проворчал он. — Ступай спроси, Ласка, не надо ли им какую одежду починить. Я засажу женщин за работу.