Чтение онлайн

— Ты, — приказал он, указывая на девара, который все еще сжимал в руках кошельки Тассельхофа. — Откуда ты взял эти вещи? Что здесь произошло? Кто убил гнома-механика и куда девался кендер?

Девар сгорбился и шагнул вперед. Заглянув в его черные глаза, Карас с ужасом понял, что перед ним безумец.

— Я видел ее, — осклабился темный гном. — Видел. Высокая фигура в черном. Она пришла за гномом-механиком и за кендером. Скоро она придет и за нами!

Девар жутко захохотал.

— За нами, за нами! — повторил он.

— Кто? — резко спросил Карас. — Кого ты видел? Кто пришел за кендером?

— Кто, кто… — прошептал девар, дикими выпученными глазами глядя то на Караса, то на труп Гнимша в углу. — Сама Смерть…

На протяжении нескольких столетий ни одно живое существо не осмеливалось проникнуть внутрь магической крепости Заман. Гномы относились к ней с подозрением и страхом по нескольким причинам. Во-первых, некогда крепость принадлежала магам. Во-вторых, каменная кладка стен не только не была гномьей — она вообще была нерукотворной. Легенда гласила, что крепость эта была воздвигнута при помощи магии, буквально выращена из земли за несколько дней, — и с тех пор именно магические силы удерживали вместе массивные каменные блоки, из которых были сложены высокие стены и неприступные зубчатые бастионы.

— Несомненно, это магия, — проворчал, обращаясь к Карамону, Регар, уничтожающе глядя на высокие и тонкие шпили крепости. — Без магии эти стены давным-давно бы рухнули.

Гномы отказались войти в крепость и встали лагерем на равнине. Так же поступили и варвары. Не то чтобы они испугались мрачной цитадели — хотя, конечно, и они довольно часто шептались и поглядывали в ту сторону, — просто Всадники Равнин чувствовали себя неуютно в любом строении, где были каменные стены и крыша над головой.

Северяне из армии Карамона вошли в крепость с песнями и шутками, открыто смеясь над предрассудками своих суеверных союзников, однако их мужества хватило всего на одну ночь. Утро следующего дня застало людей за разбивкой лагеря на открытой местности, при этом мужественные и закаленные бойцы невнятно бормотали что-то о слишком пыльных комнатах и преимуществах свежего воздуха.

— Что тут было? — с беспокойством поинтересовался Карамон у брата, когда, прибыв вместе со штабом на место, они обходили крепость. — Ты говорил, что это вовсе не одна из Башен Высшего Волшебства, однако крепость эта, безусловно, имеет самое непосредственное отношение к магии. Ее выстроили маги и… — Гигант вздрогнул. — Меня не покидает странное ощущение. Не чувство сверхъестественного, как в твоей Башне, а ощущение… ощущение…

Он замолчал, не в силах подыскать подходящие слова.

— Запах насилия и смерти, — подсказал Рейстлин, чей быстрый взгляд метался из стороны в сторону, оглядывая окружающих. — Страшной смерти, брат. Эта крепость была воздвигнута для магических экспериментов. Маги специально выстроили ее подальше от обжитых краев, потому что знали: их магия может выйти из-под контроля и опустошить окрестности на много миль вокруг. Это случалось довольно часто, но здесь же создавались и такие вещи, которые потом очень помогли миру.

— Почему же эту крепость покинули? — спросила Крисания, кутаясь в меховой плащ. Ветер, проносившийся по коридорам крепости, был довольно холодным и нес с собой запах древней пыли и камня.

Рейстлин довольно долго молчал и хмурился. Все трое медленно шли по извилистой галерее, изгибавшейся в чреве огромной цитадели, словно чудовищный пищевод. Мягкие кожаные туфли Крисании едва слышно шуршали по каменным плитам пола, а тяжелые башмаки Карамона, напротив, будили в этих стенах гулкое эхо, которое ледяной сквозняк тут же уносил прочь, а потом вдруг швырял им прямо в лицо из-за какого-нибудь угла. Рейстлин ступал совсем неслышно, и только его длинная накидка шелестела по камням при каждом шаге. В руке он держал магический посох, на который тяжело налегал при ходьбе. Они и сами могли сойти за духов или привидения, двигаясь по коридору в полном молчании, и когда Рейстлин наконец заговорил, Карамон и Крисания вздрогнули от неожиданности.

— Хотя магические Ложи — Красная, Белая, Черная — существовали всегда, — начал Рейстлин, — мы — белые, злые и нейтральные маги — не всегда поддерживали в отношениях друг с другом Равновесие. Когда люди ополчились на нас, маги Ложи Белых Мантий, не желая проливать кровь, добровольно отступили и заперлись в своих Башнях. Черные маги, однако, пытались, во всяком случае, в первое время, найти какой-нибудь способ нанести ответный удар. Они собрались в этой крепости и попробовали создать могучую армию… — Он помолчал. — Их эксперимент не был успешным, однако он привел к появлению в нашем времени таких существ, как дракониды. Потерпев неудачу, эти маги начали постепенно осознавать, насколько безнадежно их положение. Они оставили Заман и присоединились к другим волшебникам. Все вместе они участвовали в сражениях, известных в истории под названием Проигранных Битв.

— Ты, похоже, неплохо знаешь дорогу, — заметил Карамон.

Рейстлин пронзительно посмотрел на брата, но лицо Карамона сохраняло совершенно спокойное, невинное выражение, и только в его карих глазах промелькнул какой-то непонятный огонек.

— Неужели ты до сих пор ничего не понял? — хрипло спросил Рейстлин, останавливаясь посреди коридора. — Я никогда здесь не был, но я ходил по этим коридорам. Та комната, в которой я остановился… Я спал там много лет назад, хотя мы провели в крепости только один день. Я впервые в этой крепости, но я отлично представляю себе расположение всех комнат — начиная от кабинетов и келий для уединенной работы и заканчивая банкетным залом на первом этаже.

Карамон тоже остановился. Медленно оглядевшись по сторонам, посмотрев зачем-то на пыльный потолок и вдоль длинного узкого коридора, в который сквозь узкие резные окна едва просачивался солнечный свет, он встретился взглядом с братом-близнецом, и Рейстлин вдруг содрогнулся, хотя в глазах Карамона не было ничего угрожающего или опасного.

— Значит, ты знаешь, что это — твоя могила, Фистандантилус? — спросил гигант.

Карамону показалось, что на какую-то долю секунды в зеркальной поверхности глаз Рейстлина образовалась небольшая трещинка, сквозь которую он рассмотрел… нет, не гнев, а радость и торжество. В следующее мгновение, однако, взгляд мага снова стал ничего не выражающим и абсолютно безмятежным. В глазах мага отражался только он сам, предводитель Карамон, освещенный бледными лучами неяркого зимнего солнца.

Крисания приблизилась к Рейстлину и накрыла ладонями его руки, вцепившиеся в магический посох. На Карамона жрица посмотрела пронзительно и холодно. В ее серых глазах стояла зима.

— Боги на нашей стороне, — сказала она. — А Фистандантилусу они не помогли. Твой брат достиг вершин магического искусства, а я сильна в своей вере. Мы не можем потерпеть неудачу.

Рейстлин, все еще глядя на Карамона своими блестящими глазами, улыбнулся.

— Да, — прошептал он, и в его голосе гиганту послышалось змеиное шипение. — Действительно, боги с нами!