Чтение онлайн

Данила хмыкнул, но Виктора это не смутило.

— Да знаю я, думаете — совсем обалдел, а еще полицейский. Но что с нами сейчас происходит? Ведь настоящее же волшебство вокруг творится. И я собираюсь разобраться во всем этом.

— Ты сам себе хозяин, — сказал Данила. — Разбирайся. Не думаю, правда, что тебе понравятся местные чудеса. В реальной жизни, знаешь ли, если чудеса и случаются, то дерьмовые.

— Что ты говоришь такое! — возмутилась Алиса. — Тебя тут приняли как родного, хоть ты для них враг! Эх, ты же ничего не знаешь!

Алиса не могла больше ждать, пока они с Данилой останутся наедине. Да и не похоже было, что полицейский собирается скоро их покинуть.

С другой стороны, и пусть знает! Может еще и посоветует что-нибудь умное.

Алиса начала рассказ скомкано, но смущение быстро прошло, и вскоре она уже описывала сегодняшние свои приключения даже с некоторой лихостью: будто статью диктовала. Привычные интонации скрашивали абсурдность рассказа. Сейчас, когда странный дом был далеко на площади, а вместо Радмилы перед девушкой сидели два явных скептика, эта абсурдность стала очевидной. Какие-то древние предсказания, давно ставший кичем Нострадамус, нелепая история с пропавшей центурией. А главное — венец избранности. В реальной жизни так не бывает. Не торчат из камней волшебные мечи, не бегают по лесу кролики с часами в кармане жилета, не приходят незваными благообразные старцы, чтобы объявить тебя наследницей престола волшебного королевства. А если и приходят, то лишь для того, чтоб под этот рассказ продать новейший пылесос, отмывающий пол наночастицами.

К финалу повествование Алисы стало уже и вовсе ироничным. Да и сама она поверила, что Радмила посмеялась над ней.

— Вот, значит, почему тебя вытащили сюда, — буркнул полицейский. — И каково чувствовать себя Избранной?

— Тьфу, — вздохнула Алиса. — Теперь все будут надо мной смеяться?

— Не знаю, мне совсем не смешно. — Данила и впрямь не выглядел веселым. — Что она еще тебе рассказала?

— Этого мало?

— Мало. Она не сказала, где могут быть сейчас эти катрены? Хотя бы предположения? Черт! Да так можно вечность искать!

Алиса даже ногой топнула от злости:

— Ты тоже издеваешься? Не собираюсь я ничего искать!

Данила с сомнением покачал головой, но, взглянув на девушку, спорить, похоже не решился. Алисе не понравился этот взгляд. Так смотрят подруги, когда говоришь им, что больше никогда в жизни даже в руки не возьмешь пирожное. Этакая пророческая безнадежность: «Куда ты, милая, денешься?»

— Я серьезно.

Данила переглянулся с полицейским, но Виктор махнул рукой.

— Не, брат, извини. Сам разбирайся. У меня серьезное дело вообще-то. Завтра с утра начну дворы обходить. Так что вы болтайте, если хотите, а я собираюсь придавить часов десять.

Закрыв за полицейским дверь, Алиса повернулась к Даниле и твердо повторила:

— Я не собираюсь искать эти мифические катрены. Я вообще не хочу связываться с чокнутыми сектантами. Завтра же отвези меня в Москву! Эх, я Симу устрою!

— Извини, но это невозможно. Нам нельзя в Москву.

— Что, китайцы все еще злятся?

— Хуже.

Данила смёл останки гаджетов в помятый кофр и рухнул на диван.

— Извини, я полежу. У меня сегодня тяжелый день выдался. А еще нога и бок до сих пор болят…

— Да объясни ты, наконец! — оборвала его Алиса.

Данила повздыхал, помялся, но, в конце концов, рассказал.

Оказавшись в Москве, он первым делом направился к каким-то своим знакомым, о которых ничего рассказывать не захотел. Алисе это было знакомо. За годы журналистской работы она повстречалась с несколькими людьми, про которых тоже не захотела бы распространяться. Зато через таких знакомых можно было получить уникальную информацию — пусть даже на уровне слухов.

У Данилы, похоже, были знакомые либо в измайловской триаде, либо среди людей, владеющих информацией о ней. Он узнал, что Фэн Цзы отнюдь не успокоился. Да и странно было бы — ведь трех его человек убили. Как раз, когда те следили за пронырливой журналисткой. Если до этого момента Цзы относился к ситуации с юмором и готов был договориться с Алисой, то теперь, получив такую пощечину, не успокоится, пока не отомстит.

— Мертвые? — проскрипела Алиса. Горло мгновенно пересохло и слова удавалось выдавить с трудом. — Как это? Ты же говорил…

— Это не я, — проворчал Данила, не открывая глаза. — Я их очень аккуратно вырубил. Да и не от побоев они умерли. Их убили ножом.

Алиса промолчала. Теплым августовским вечером ей стало холодно. Обхватив себя руками за плечи, она присела на кровать рядом с лежащим Данилой. Тот приоткрыл левый глаз, покосился на девушку и снова вздохнул.

— Я потому и колебался. Знал, что испугаешься. Но все равно пришлось бы. В такой ситуации знание может стоить жизни.

— Погоди, погоди, — заторопилась Алиса. — Получается ерунда какая-то! Это не ты сделал, не я. Тогда кто? Кому нужно было убивать их? Я же не промышленный секрет украла, чтоб за ним охоту начинать. Кроме Фэн Цзы, эта запись никому не нужна!

— Я тоже этого не понимаю, — признался Данила. — Возможно, в игру вмешался враг одного из тех, кто не хотел публикации записи. Я выяснил: на балконе тогда сидели два чиновника из самой верхушки правительства, известный депутат и руководитель одного благотворительного фонда. То есть, конечно, народу там было куда больше, но этим четверым реально есть чего бояться.

Он замолчал.

— Слишком незначительная причина, — продолжила Алиса мысль Данилы. — В худшем варианте, этих людей ждал бы публичный скандал. Депутат отбрехался бы, они в этом сильны. Благотворитель тоже что-нибудь соврал бы. Чиновникам пришлось бы хуже других — могли и с должностей поснимать. Но тоже не факт. Ради таких неопределенных перспектив убить трех человек… Правда, иногда людей убивают и за грошовый телефон. И за просто так.

— Верно, данных для выводов пока мало, — согласился Данила. — Но позже, по дороге сюда, я чуть не попал в явно спровоцированную аварию. Тогда мне в голову пришло, что причина вовсе не в той записи. Триаду просто хотят использовать.

Он открыл глаза и сел в кровати.

— Правда, то, что при этом погиб Калашников, запутывает ситуацию. Возможно, целью был он. У него явно больше врагов, чем у меня. Какого черта он вообще там оказался?

— Это, как раз, неудивительно, — ответила Алиса. — У него загородный дом дальше по Дмитровке. Калашников панически боялся летать, даже в другие страны ездил на поезде. Вертолет тем более не признавал. У богатых свои причуды.

— Значит, он и правда мог быть целью. Хотя способ, которым спровоцировали аварию, указывает все-таки на…