Чтение онлайн

Он протянул руку и попытался выхватить у меня сосуд. Ему удалось сомкнуть на нем пальцы, но как только сосуд покинул мою руку, его пальцы сомкнулись сами на себе, словно между ними вдруг ничего не оказалось, а сосуд упал на землю и разбился.

Каул выругался и ошарашено посмотрел вниз, где ярко сияющая голубая жидкость разливалась у наших ног.

— Теперь я ее вижу!!! — возбужденно воскликнул он, указывая на голубую лужицу. — Вот, я ее вижу!!!

— Да… Да, я тоже, — произнес Бентам, и охранники подтвердили это тоже. Они все могли видеть жидкость, но не сосуд, который содержал и охранял ее.

Один из охранников нагнулся и попробовал голубую жидкость пальцем. Едва он коснулся ее, как завопил и отпрыгнул назад, тряся рукой и пытаясь стряхнуть эту штуку. Если сосуд был ледяным, могу только представить, какой была сама эта голубая субстанция.

— Какая жалость, — проговорил Каул. — Я бы хотел скомбинировать ее с несколькими другими выбранными душами.

— «Асвиндан», — задумался Бентам. — Коренное слово «свинд». Означает «уменьшение». Радуйся, что не взял ее, братец.

Каул нахмурился:

— Нет. Нет, я уверен, что был прав.

— Нет, не был, — подтвердила мисс Сапсан.

Его подозрительный взгляд заметался между ними, словно он оценивал вероятность того, что они могут каким-то образом сговориться против него. Потом он, похоже, плюнул на это.

— Это всего лишь первая комната, — произнес он. — Лучшие души находятся глубже, я уверен.

— Согласен, — кивнул Бентам. — Чем дальше мы зайдем, тем старше будут души, а чем старше душа, тем она могущественнее.

— Тогда мы вгрыземся в самое сердце этой горы, — заявил Каул, — и проглотим его.

Нас повели в одну из черных дверей, тыкая пистолетами под ребра. Следующая комната была похожа на первую, с испещрившими стены углублениями и дверью, ведущей в темноту. Здесь уже не было окон, и единственный, узкий как лезвие, луч послеполуденного солнца разрезал пыльный пол. Мы оставляли дневной свет позади.

Каул приказал Эмме зажечь огонь. Мне он приказал перечислить содержимое стен. Я исправно доложил о трех сосудах, но моих слов ему оказалось недостаточно, и он заставил меня постучать ногтем по каждому, чтобы доказать, что он там есть, и провести рукой внутри десятка углублений, чтобы доказать что они пустые.

Затем он заставил меня прочитать их. «Хеолстор». «Унг-севен». «Мэаген-вундор». Эти слова ничего не говорили мне, и не удовлетворили его.

— Души жалких рабов, — пожаловался он Бентаму. — Если мы собираемся стать королями, нам нужны души королей.

— Тогда вперед, — ответил Бентам.

Мы углубились в запутанный и, похоже, бесконечный лабиринт из пещер. Дневной свет превратился в воспоминание. Пол все время шел под уклон. Воздух становился холоднее. Проходы ветвились и исчезали в темноте, будто вены. Каул похоже руководствовался каким-то шестым чувством, уверенно поворачивая то налево, то направо. Он был безумен, безо всякого сомнения безумен, и я был уверен, что он заведет нас так далеко, что даже если нам удастся сбежать, можно ожидать, что мы проведем вечность, пойманными в ловушку этих пещер.

Я попробовал представить битвы, которые разворачивались за обладание этими душами, — древние гигантские странные бьются среди пиков и долин Абатона, — но это было слишком трудновообразимо. Все о чем я мог думать, была мысль о том, как ужасно будет оказаться запертым здесь без света.

Чем дальше мы шли, тем больше сосудов было в стенах, словно грабители давным-давно прочесали большинство комнат, но что-то остановило их от того, чтобы зайти глубже (здоровое чувство самосохранения, наверное). Каул рявкал на меня, приказывая сообщать ему новую информацию, но он перестал требовать доказательства того, в каких нишах есть сосуды, а какие пустые, и лишь изредка заставлял читать надписи вслух. Он охотился за более ценной добычей, и, похоже, решил, что не стоит тратить силы на эту часть библиотеки.

Мы шли в тишине. Комнаты становились все больше и, в своем грубоватом стиле, все величественнее, потолки поднимались, стены расширялись. Сосуды были теперь повсюду: заполняли каждую нишу, стояли тотемными столбами в углах, были втиснуты в щели и трещины. Холод, исходящий от них, выстуживал воздух. Дрожа, я прижал руки к телу, дыхание облаком вихрилось передо мной, чувство, что за нами наблюдают, которое преследовало меня ранее, опять вернулось. Эта так называемая библиотека была бескрайним подземным царством, катакомбами и убежищем для второй души каждого странного, когда-либо жившего на свете вплоть до последнего тысячелетия — сотни и сотни тысяч душ. Это колоссальное нарастание их числа начало оказывать на меня странное давление, сжимая воздух в моей голове и легких, словно я постепенно погружался глубоко под воду.

Я был не единственным, кому было не по себе. Даже охранники стали дерганными, вздрагивая от малейшего шума и постоянно оглядываясь через плечо.

— Ты слышал? — спросил мой.

— Голоса? — откликнулся второй.

— Нет, больше похоже на воду, падающую воду…

Пока они переговаривались, я украдкой взглянул на мисс Сапсан. Напугана ли она? Нет, она казалось, ждала подходящего момента, терпеливо наблюдая. Меня немного успокоил и тот факт, что она могла давно принять обличие птицы и сбежать от своих захватчиков, но не сделала этого. Пока Эмма и я остаемся пленниками, она останется тоже. Может быть, здесь сработал не только ее защитный инстинкт. Может быть, у нее был план.

Воздух становился все холоднее, капли пота на моей шее превращались в ледяную воду. Мы протащились через зал, так заставленный сосудами, что мне пришлось перепрыгивать с ноги на ногу между ними, чтобы не задеть, хотя ноги всех остальных проходили прямо сквозь них. Я почувствовал удушье от присутствия мертвых. Здесь яблоку было негде упасть, словно на железнодорожной платформе в час пик, словно на Таймс-сквер в новогоднюю ночь, и все эта публика повернула свои безжизненные лица и уставилась на нас, недовольные нашим появлением. (Я чувствовал это, почти что видел). Наконец, даже у Бентама сдали нервы.

— Брат, постой! — взмолился он, задыхаясь и хватая Каула за рукав. — Тебе не кажется, что мы зашли уже достаточно далеко?

Каул медленно повернулся и посмотрел на него, его лицо разделилось пополам тенью и светом пламени.

— Нет, не кажется, — ответил он.

— Но я уверен, души здесь в достаточной мере…

— Мы еще не нашли это, — его тон был резким и раздраженным.

— Нашли что, сэр? — осторожно поинтересовался мой охранник.

— Узнаю, когда увижу! — отрезал Каул.