Чтение онлайн

— Расскажите мне об этом! — потребовал принц с нескрываемым любопытством, которое не могло не польстить графу.

— Ваше королевское высочество отлично знает, что в Англию идет из Индии постоянно возрастающий поток пряностей, индиго, сахара, слоновой кости, эбенового дерева, чая, сандала, соли и шелка. На них я разбогател, что позволило мне не только восстановить прежнее положение в обществе, но и обелить репутацию моего отца.

— Миссис Фицгерберт говорила мне, что вы выплатили все его долги, — заметил принц.

— Все до последнего фартинга, — подтвердил граф, — а также набежавшие за это время проценты! Если можно так выразиться, теперь его репутация снова подобна чистому листу.

— А ваши поместья?

— Их я тоже смог выкупить, но это произошло совсем недавно, всего несколько недель назад, — ответил граф. — Двадцать три года назад, когда мой отец стал понемногу разоряться, мой кузен, полковник Фицрой Рот, взял особняк и окружающие его земли под свою опеку. Он также принял на себя обязательства по всем нашим арендаторам и пенсионерам, скоту и прочему имуществу при условии, что до конца его жизни все это останется его собственностью.

— Вы хотите сказать, что он умер? — спросил принц.

— Да, несколько недель назад, — последовал ответ. — И теперь все это вновь принадлежит мне.

В голосе графа прозвучала жизнерадостная нотка.

— Я рад за вас, Роттингем, но в таком случае вам даже больше прежнего нужна жена, которая украсила бы ваш дом.

— Смею заверить вас, сир, на эту роль найдется немало претенденток, — ответил граф.

— Вот в это я охотно готов поверить! — радостно подхватил принц. — Но ведь вы не намерены жениться, я вас правильно понял?

— Я намерен наслаждаться жизнью еще много лет! — заявил Роттингем. — Возможно, что теперь, когда я содержу себя сам, я смогу найти создание, способное мириться с моими чудачествами и всячески оберегать мое пошатнувшееся здоровье. А до этого… Граф сделал паузу.

— А до этого, — подхватил принц, — вы будете одиноким воином?

— Именно так, ваше королевское высочество!

Вряд ли можно было бы выразиться точнее.

— Тогда леди Элен придется долго ждать, — заметил принц вставая.

— Пожалуй, вы правы, — согласился граф. — Но я ничуть не сомневаюсь, что она найдет себе другого кавалера, с которым быстро утешится.

— Вы недооцениваете преданность женского сердца, — возразил принц. — Или серьезность той раны, которую вы способны ему нанести.

— Я всегда был убежден, что бриллианты обладают необычайным свойством залечивать раны, — отозвался Роттингем. — Я еще не встречал женщины, которая отказалась бы от такого лекарства.

Принц искренне расхохотался его остроте.

— Вы поедете завтра со мной в Ньюмаркет? — поинтересовался он, сменив тему разговора.

— К сожалению, сир, я вынужден отклонить столь любезное приглашение. Я уже договорился о поездке в мое родовое поместье. Целую вечность я не бывал в Кингс-Кип и уверен, что там многое изменилось. Но там я проведу не более двух или трех дней.

— Тогда я охотно подожду вашего возвращения, — пообещал принц. — Я считаю, Роттингем, что даже самый скучный вечерний прием становится интересным, если на нем присутствуете вы.

— Благодарю вас, сир, но давайте будем по возможности избегать скучных вечеров. В конце недели ожидается чрезвычайно веселый вечер с участием артисток кордебалета Лондонской оперы. Если вы будете там присутствовать, то не пожалеете.

— Кордебалет, говорите? — переспросил принц. — Честно признаюсь вам, Роттингем, некоторые дамы в этом кордебалете очень даже привлекательны.

— О да, кордебалет — действительно весьма достойная коллекция очаровательных созданий, — согласился с ним граф. — Могу я в таком случае рассчитывать на ваше присутствие на вечере в следующий четверг в одиннадцать часов?

— Можете. Вполне, — ответил принц Уэльский. — Вы устраиваете прием?

— Я его оплачиваю.

— Да кто же еще может себе это позволить! — воскликнул принц. — Знаете, это напоминает мне вот о чем. Я слышал, Роттингем, что вы заплатили две тысячи гиней за тех серых, которыми вы правили вчера. Это лучшие лошади из всех, что я когда-либо видел! Я сам хотел заполучить их, когда их только привезли на Таттерсоллз [5] , но не успел.

— Вы их видели? — поинтересовался Роттингем.

— Видел и восхитился ими, — ответил принц. — Миссис Фицгерберт согласилась со мной, что это действительно превосходные образчики, лучшие из всех, каких мы только видели в последние годы.

— Если они понравились миссис Фицгерберт, — задумчиво произнес граф Роттингем, — то позвольте, сир, мне их ей подарить. Мне не хотелось бы лишать столь очаровательную даму такого удовольствия.

Лицо принца озарилось улыбкой.

— Вы действительно дарите их ей, Роттингем? Клянусь вам, вы самый щедрый человек на свете. Но мне трудно принять такой подарок, как вы понимаете.

— Если бы мы с вами, сир, делали только то, что должны, то жить в этом мире было бы невероятно скучно.

Принц рассмеялся и положил руку на плечо друга:

— Если вы искренни в своем добром порыве, то я с благодарностью принимаю ваш подарок.

Я никогда этого не забуду.

— Их доставят в вашу конюшню завтра, — пообещал граф. — Я надеюсь на вас, ваше королевское высочество, и полагаю, что они помирят меня с миссис Фицгерберт. Надеюсь, что она проявит благосклонность, утолит печали и излечит оскорбленные чувства очаровательной леди Элен.