Чтение онлайн

– Я знаю, что делаю, – заверила его Малта. – Я скоро вернусь.

– Давай, – пробормотал он, и она шагнула вперед.

Поначалу все оказалось не так уж и сложно. Малта шла вперед по рыхлой влажной земле, проваливаясь в нее ногами и держа ладонь на светящейся полоске, чтобы та не погасла. Потом пришлось скрючиться в три погибели. Затем уровень завала поднялся выше джидзина. Пришлось Малте неохотно оторвать от него руку. Свет позади сразу стал меркнуть. Она скрипнула зубами и ощупью поползла вперед на четвереньках. Она все время путалась в юбках, но потом сообразила, как ползти. Стукнувшись головой о потолок, Малта остановилась. У нее замерзли ладони, а юбка пропиталась сыростью и отяжелела от грязи. И как, интересно, она собиралась потом это объяснять?… Она отмахнулась от этой мысли. Слишком поздно раздумывать. «Еще немножко!» – сказала она себе. Пригнулась ниже и снова поползла вперед. Вскоре она припала уже на локти и стала отталкиваться коленями. Единственными звуками, которые она теперь слышала, были ее собственное дыхание да отдаленный звук капающей воды. Она остановилась отдышаться. Темнота прямо-таки давила на глаза. Ей вдруг показалась, что холм наверху всем неимоверным весом наваливался на нее… «Немедленно возвращаюсь!…»

Малта попробовала попятиться. Юбка тут же собралась к поясу, голые колени оказались на холодной земле. Она словно бы собралась валяться в грязи, лежа на животе. Она снова остановилась и позвала:

– Сельден!

Ответа не последовало. Наверное, стоило ей скрыться – и он умчался обратно к двери наружу. Малта опустила голову на руки и прикрыла глаза. На мгновение у нее снова закружилась голова… Не надо было ей лазить сюда. «Я дура. И затеи у меня дурацкие…»

С какой стати она вообще вообразила, что преуспеет там, где отступил Рэйн?…

Малта озябла. Под ней была мокрая земля, скорее даже грязь. Влага впитывалась в одежду. И чем дольше она лежала на месте, тем сильнее разбаливалось все тело. Надо было что-то предпринимать. Ползти назад либо вперед. Опять она была перед выбором. Как все сложно… Может, просто полежать здесь, пока кто-нибудь другой не решит за нее?…

Но по мере того, как ее дыхание успокаивалось, набирала силу далекая музыка. Когда Малта обратила на нее внимание и прислушалась, мелодия зазвучала яснее. Да, Малта точно знала ее. И танцевала под нее когда-то. Она даже начала потихонечку подпевать… Потом открыла глаза и приподняла голову. Там, впереди, вправду виднелся свет – или собственное сознание уже начинало с ней шутки шутить?… Она повела глазами, и мягкие цветовые пятна стали перемещаться.

И Малта поползла вперед – навстречу свету и музыке.

Спуск начался неожиданно. Малта обнаружила, что начала съезжать вниз, и, подняв голову, обнаружила, что над ней образовалось свободное пространство. Можно было снова встать на четвереньки. Она так и сделала – и заскользила вниз и вперед. То есть съехала по глинистому откосу на животе, словно выдра. Она вскрикнула и заслонила руками лицо – падение непроизвольно напомнило ей полет в кувыркающейся с обрыва карете. Но сейчас она просто съехала и остановилась, ни во что не врезавшись. Протянутые руки нащупали неглубокий слой грязи… и за ним – твердый камень. Пол коридора.

Значит, она миновала обвал.

Вставать во весь рост было еще страшновато, и Малта ползла на четвереньках, пока не нащупала стену. Грязные пальцы ткнулись в джидзиновую полоску – и коридор озарился так ярко, что даже пришлось зажмурить глаза. Когда, выждав, Малта вновь медленно приподняла ресницы, ее глазам предстало удивительное зрелище.

До обвала, у входа, стены совсем обветшали, рельефы на них осыпались и истерлись. Здесь же свет исходил не только из одной-единственной полоски, но еще и из декоративных завитков по стенам. На полу поблескивала глянцево-черная плитка. Музыка послышалась ближе и громче, и Малта уловила даже россыпь женского смеха.

Она оглядела себя: вся ее одежда была пропитана грязной жижей. Она-то думала, поход в старый город окажется совсем не таким. Она ожидала, что нигде не будет ни души. И вот вам пожалуйста: оказывается, предстояло опасаться нечаянных встреч. И что прикажете делать, если она – в таком-то виде – вдруг действительно на кого-нибудь налетит?… Подумав, Малта натянула на лицо дурашливую улыбку и подумала, что всегда может сослаться на свое увечье: дескать, помнить ничего не помню и знать не знаю, как тут очутилась!… «А что?… Судя по моим сегодняшним поступкам, я в самом деле не соображаю, что делаю…»

Малта осторожно, на цыпочках двинулась дальше по коридору. По стенам виднелись двери, но большинство – слава всем Богам – оказалось закрыто. Немногие, стоявшие распахнутыми, открывались в немыслимо роскошные чертоги с толстенными коврами на полах и предметами невиданного искусства но стенам. Мебели, подобной стоявшей там, Малта тоже никогда не видала. Ложа с кисточками и драпировками из совершенно потрясающих тканей. Кресла, вполне способные послужить кроватями человеку ее роста. Столы, больше похожие на пьедесталы… «Должно быть, это-то и есть легендарная роскошь Чащоб», – подумалось Малте. Это при том, что ей говорили: в старом городе никто не живет. Чудеса да и только. «А может, „не живут“ просто значит, что они здесь не едят и не спят.?…»

Она шла и шла вперед. В некоторый момент она просто решила, что не пойдет назад тем же путем, которым пришла, и будь что будет. Еще раз лесть в узкую глинистую дыру? Нет, ни за что!… Лучше уж другую дорогу поискать!…

Музыка на мгновение смолкла, потом опять зазвучала. Мотив сменился, но и он был ей знаком. Малта вполголоса напела несколько тактов, просто чтобы доказать самой себе – ей не померещилось, она вправду знала его… И вот тут холодок пробежал у нее по спине. Она вспомнила, где слышала эту музыку прежде.

В самом первом сне, что она разделила с Рэйном.

В том сне она шла с ним по молчаливому городу. И он, помнится, привел ее в такое место, где были свет, и людской говор, и музыка… Та самая музыка. Вот откуда она знала ее!

И все же казалось странным, что мотив запомнился ей так хорошо…

Додумать эту мысль Малта не успела. Откуда-то докатился скрежещущий рокот – она услышала его скорее ступнями, – и пол вдруг качнулся вбок, уходя из-под ног. Малта в ужасе схватилась за стену. Камни содрогались у нее под руками. Насколько сильным окажется этот толчок? Что, если весь город внезапно обрушится ей на голову?… Голова сразу закружилась, сердце понеслось вскачь… А коридор неожиданно наполнился людьми. Рослые женщины с золотой кожей и немыслимыми волосами проносились мимо нее, весело болтая на языке, которым и она когда-то владела… Они ни взглядом не удостаивали ее. Шелковистые юбки с высокими разрезами мели по полу. В разрезах мелькали стройные золотистые ноги. В воздухе плыл густой аромат сладких духов…

Малта пошатнулась, моргнула… и внезапно ослепла. Оказывается, она оторвалась от стены. Она тихо вскрикнула от неожиданной черноты, сырости, тишины и запаха плесени. Вдалеке с шумом и шорохом осыпались камни… Малта шарахнулась обратно к стене, прижалась к ней – и опять вспыхнул свет. Коридор был пуст. В обе стороны. Ей все примерещилось. Малта подняла руку и пощупала шрам на лбу. Зря она полезла сюда. Надо правильней соразмерять силы. Надо немедленно выбираться отсюда кратчайшим путем – и скорее домой. В плетеную комнату. В постель.