Чтение онлайн

— Предельный уровень — шестьдесят восемь тысяч оборотов в минуту, скорость триста одиннадцать миль в час, температура камеры сгорания турбины постоянна, тысяча двести градусов по Цельсию.

Ее прервал вышедший на связь Дункан. Голос его вибрировал от возбуждения.

— Предельный уровень — шестьдесят восемь тысяч оборотов.

— Мы уже вышли на него.

— Все системы работают нормально, — добавил он. — Выходи на семьдесят тысяч и продержи ее на таком режиме минуту. Приготовились. Синди, ты бери время по своему секундомеру на случай, если радио выйдет из строя.

— Мы готовы, — рука Синди с хронометром появилась передо мной.

Я начал приоткрывать дроссель. Мгновение спустя Дункан повел отсчет секунд.

— Минута пошла. Предельный уровень семьдесят тысяч.

Палец Синди надавил на кнопку хронометра. Краем глаза я уловил, как секундная стрелка двинулась в круговое путешествие. И рука Синди исчезла. Остался лишь голос.

— Предельный уровень — семьдесят; скорость — триста двадцать пять; температура — тысяча двести градусов; время — пятнадцать секунд, — последовала короткая пауза. — Предельный уровень — семьдесят; скорость — триста сорок пять; температура — тысяча двести градусов; время — сорок пять секунд, — и тут же:

— Шестьдесят секунд.

И одновременно радиоголос Дункана:

— Шестьдесят секунд! Снижай обороты, парень.

Плавно.

Я уже прикрывал дроссель.

— Понято.

Повернуть голову и посмотреть на Синди я решился, лишь когда скорость упала до семидесяти миль. Несмотря на систему кондиционирования в кабине, лицо ее раскраснелось, а на верхней губе выступили капельки пота.

Дышала она как после спринтерской дистанции.

— Ты знаешь, с какой скоростью мы ехали?

Я покачал головой.

— Нет.

— Триста девяносто одна миля. Я кончила дважды.

Я усмехнулся.

— Я бы тоже кончил, да был слишком занят.

— Помните, что вы в прямом эфире, — ворвался в кабину сухой голос Дункана. — Прекратите говорить гадости.

Мы рассмеялись. Ее рука нашла мою на рулевом колесе.

— Блеск, а не машина.

Я посмотрел на Синди.

— Представляешь, что бы мы творили на ней в гонке?

До конца трассы оставалась миля. Я коснулся ногой тормозной педали. Большего от меня и не требовалось.

Автоматическая электронная система управления тормозами брала на себя все остальное.

— К тому времени, как я вышел из душа и переоделся, механики уже закатили прототип «бетси формула-1» в грузовой отсек трейлера, также снабженный системой кондиционирования, чтобы отвезти машину на наш испытательный полигон.

Дункан повернулся ко мне, едва я вышел из здания.

Его глаза щурились от яркого солнца.

— Машину ты вел отлично, парень.

— Благодарю. Все системы отработали как надо?

— Просто идеально. И режиссер сказал, что снимки будут очень четкими. К камерам у него претензий нет.

— Это хорошо. С погодой нам повезло.

Он кивнул.

— Да, наши рекламщики довольны, как никогда. Они получат все, что просили. Ролик будет что надо.

Я посмотрел на него.

— До появления телевидения было куда проще, не правда ли? Выставил новую машину в автосалоне, и все дела.

Дункан улыбнулся.

— Во всяком случае мы не тратили столько времени на такую ерунду. Знаешь, до чего дошел этот режиссер?

Потребовал, чтобы мой голос звучал более драматично, когда я говорил с тобой по радио.

Я рассмеялся.

— Теперь я понимаю причину вашей нервозности.

Появилась Синди. Направилась к нам, ее распущенные волосы блестели на солнце.

— Номер Один звонит тебе из Палм-Бич.

Я прошел в здание, взял телефонную трубку.

— Как раз собирался позвонить вам. «Формула-1» показала триста девяносто одну милю.

— Кто вел машину? — голос звучал раздраженно.

Он молчал. Чувствовалось, что сейчас последует взрыв. Я отставил трубку от уха.

— Сукин ты сын! — проорал он. — Вице-президенты не испытывают экспериментальные автомобили. Когда же ты перестанешь играть в игрушки?

— Я имею право и поразвлечься.

— Но не на мои деньги. Зачем я дал тебе двести тысяч моих акций? Будь уверен, не для того, чтобы ты сломал себе шею и вывел нас из игры.

Я не ответил. Акции он отдал мне лишь потому, что не хотел возвращать миллион долларов, которые несколько лет назад я заплатил за наш новый завод.

— Держись подальше от этих гребаных автомобилей, ясно?

— Да, сэр, — спорить я не стал. — Но думаю, рекламный ролик вам понравится. Как только его закончат, я сразу переправлю его вам.

— Я могу подождать, пока его покажут по телевизору.

Сейчас у нас другие проблемы.

Этого он мог бы и не говорить. Проблем в новом году у нас хватало.

— О какой идет речь?

— Мой внук, — коротко ответил он. — Наконец-то он дал о себе знать.

— Понятно, — несколько месяцев Лорен Третий вел себя на удивление спокойно. И я уже начал задумываться, во что это выльется.

— Я не хочу говорить об этом по телефону, — продолжил Номер Один. — Немедленно приезжай ко мне.

— Но я должен быть и Детройте, чтобы одобрить схему конвейеров. Иначе работа станет.

— Поручи это Дункану, — бросил Номер Один. — А я жду тебя здесь, — и в трубке запикали гудки отбоя.

В комнату вошли Дункан и Синди.

— Номер Один всем доволен? — поинтересовался Дункан.

— К сожалению, нет. Он хочет, чтобы я незамедлительно приехал к нему.

Дункан посмотрел на меня.