Бетховен
Шрифт:
— Пожалуйста, остановите его. Он потеряется, и мы потратив все выходные на то, чтобы отыскать его.
Полковник выпрямился во весь рост.
— Ньютон! Стоять!
Мистер Ньютон замер посреди полосы зарослей и обернулся.
— Я принял решение, полковник, — крикнул он. — Не пытайтесь отговорить меня или запугать своими штучками. Понятно?
— Мистер Ньютон, — гаркнул полковник, — вы должны остаться с нашей группой! Вы не можете дезертировать из своего подразделения! Вам понятно, мистер?
Ответ мистер Ньютона был неразборчив, однако у Элис и детей сложилось четкое впечатление, что это было отнюдь не согласие.
— Мистер Ньютон! Вы должны остаться в своем подразделении, поскольку только у меня есть аптечка! — продолжал полковник.
— А при чем тут ваша аптечка? — заорал в ответ Джордж Ньютон.
— Потому что в ней есть каламиновая мазь.
— И что?
— А то, мистер Ньютон, что вы сейчас стоите в самой гуще ядовитого плюща!
Щенки продолжали свой путь, однако вскоре они вновь ощутили усталость, и теперь двигались все медленнее и медленнее. Они шли по хорошо утоптанной, четко различимой тропинке, ведущей сквозь лес. Никто из них и не подумал, насколько странно присутствие здесь подобной тропы.
«Поверить не могу, что мы оказались так далеко от дома, — жалобно промолвила Долли. — Мне кажется, что мы идем уже несколько месяцев.»
«Я понимаю, что ты хочешь сказать, — отозвался Чайковский. — Я уже начинаю сомневаться, правильно ли мы сделали, что сбежали из лагеря.»
«У нас не было выбора, — напомнил Мо. — Этот плохой человек собирался продать нас, прежде чем наша семья вернется за нами. Мы должны были сбежать.»
«Думаю, что ты прав, — горько ответила Чубби. — Но просто я так…»
«Не говори этого!» — оборвал ее Мо.
«Скучаю по дому…» — закончила Чубби совсем не так, как хотела.
«Что ж, я скажу вслух, — вмешался Чайковский. — Я снова хочу есть. И мне все равно, что вы об этом думаете!»
«Я тоже хочу есть», — добавила Долли.
«В том контейнере было много хорошей еды, — печально вздохнула Чубби. — Вот бы нам найти еще один такой!»
«Что ж, нам повезло, — радостно заметил Мо. — Потому что впереди я вижу урну с отбросами!»
Все четверо щенков остановились и присмотрелись. Действительно, в метрах тридцати от них находилась урна, полная восхитительных объедков.
«Поверить не могу!» — пробормотал Чайковский.
«Это… нам не снится?» — спросила Долли.
«Мне уж точно нет!» — ответила Чубби. Она бросилась вперед, восторженно лая. Язык свисал у нее из пасти и болтался, как розовая тряпочка.
Одним толчком Чубби опрокинула урну, разбросав по всей тропинке бумажки и пустые банки, а потом начала рыться в мусоре в поисках съестного. Почти немедленно она наткнулась на половинку засохшего сэндвича с ветчиной. Секунду спустя к Чубби присоединились остальные, и тоже принялись жадно копаться в отбросах.
Никто из щенков не подумал, насколько это странно — найти полную урну посреди леса. Но кто знает, что еще могут придумать эти люди? И, конечно же, никто из щенков не умел читать.
Однако если бы они умели читать, то могли бы прочесть надпись на боку урны: «Это ваш национальный парк. Пожалуйста, соблюдайте чистоту!»
Глава девятнадцатая
Щенки ничуть не заботились о соблюдении чистоты — более того, сами они уже выглядели настоящими грязнулями. На лапах у них налипла земля, шерсть сбилась в неопрятные колтуны, но это совершенно их не беспокоило. Единственное, что занимало их в данный момент — это возможность несколько подзакусить после долгой утомительной прогулки.
Эта урна не была таким рогом изобилия, как предыдущий мусорный контейнер, однако и здесь нашлись недоеденные сэндвичи, пирожки и некоторое количество картофельных чипсов. Не так уж плохо для легкого перекуса.
Подъев всю пищу до последней крошки, щенки почувствовали достаточный прилив сил, чтобы пройти еще некоторое расстояние.
«Будем идти до тех пор, пока не начнет темнеть, — решил Мо. — А потом устроимся на ночлег.»
Удивительно, как сильно может полный желудок изменить течение мыслей.
«Это хороший план», — сказала Долли.
Никто не позаботился взглянуть на небо. Никто не заметил мрачные тучи, которые уже собирались над их головами…
Мистер Ньютон, с ног до головы покрытый каламиновой мазью, напоминал розовое привидение. К несчастью, полковник Хаппер не особо обращал внимание на срок хранения медикаментов, содержащихся в его аптечке, и потому мазь действовала куда слабее, чем предполагалось. Так что у Джорджа Ньютона страшно чесались руки, ноги и лицо. Он с трудом удерживался от того, чтобы почесать зудящие места — полковник Хаппер предупредил, что от этого будет чесаться только сильнее.
— Я не буду чесаться. Я не буду чесаться. Я не буду чесаться, — твердил Джордж сквозь стиснутые зубы. — Я не буду чесаться!
Остальное семейство собралось у окна в гостиной в доме полковника Хаппера. Они смотрели, как с темного неба льет сильный дождь. Каждые несколько секунд небо перечеркивал зигзаг молнии, а следом доносился оглушительный раскат грома.
— Поверить не могу, что наши щенки сидят сейчас где-то под открытым небом, — прошептала Райс. — Должно быть, им мокро и холодно.