Чтение онлайн

– Как поживаешь? – спросила Шарлотта.

Та пристально посмотрела на нее из-под отяжелевших век.

– Кто-то умрет до конца этой бури, – сказала Кончита, осеняя себя крестным знамением. – Я это чувствую костями.

– Что же говорят твои кости? – спросила Шарлотта, уверенная, что они говорят об артрите.

Но женщины начали нервничать. Предсказания Кончиты очень неуместны – все были на пределе, и нужно было немного, чтобы довести их до истерического состояния.

Кончита выпрямилась, насколько могла, и посмотрела прямо в глаза Шарлотты. В противоборстве взглядов схлестнулись характеры, а началась эта битва в тот самый день, когда Шарлотта вошла в дом Прайда в качестве молодой хозяйки.

– Всем известно, что смерть троицу любит, сеньора, – забубнила Кончита. – Вы потеряли мужа, сеньор Патрик – жену. А это только две смерти.

На четвертую ночь вконец измученные мужчины и женщины спали крепко и не заметили, что буря отступила, двинувшись на юг. Ослабленная своей титанической битвой с Техасом, буря нежно коснулась Хьюстона, покрыла все тонким слоем льда, а затем, исчерпав свои силы, благополучно почила в Мексиканском заливе.

Патрик проснулся, услышал тишину и увидел солнечный свет. Его охватило чувство глубокого облегчения. Снежный буран кончился. Он потянулся к карманным часам, оставленным на ночном столике. Было уже больше семи. Хорошенький пример показывает он своим работникам, если просыпается так поздно!

Он слишком устал, чтобы принимать ванну, но от запаха собственного тела его передернуло. Он примет горячую ванну сегодня вечером и полежит в ней подольше.

Его мышцы и суставы болели. Он, черт возьми, становится стар, чтобы проводить в седле по четырнадцать часов в день. Но и сегодня ему предстояло провести в седле не меньше. А возможно, еще и завтра, и послезавтра, если потребуется.

Он оделся быстрее обычного и пронесся по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, сразу забыв о своих болях и недугах в предвкушении завтрака в обществе Шарлотты. Не найдя ее в столовой, Патрик отправился на кухню.

Но, кроме Велвет де Варгас, там не оказалось никого.

– Что ты здесь делаешь?

– Очень любезно с твоей стороны.

Он ухмыльнулся и принял из ее рук чашку кофе:

– Я просто не ожидал увидеть тебя здесь. Ведь сюда сейчас нелегко добраться.

Велвет налила себе кофе и села за стол рядом с ним:

– По такой погоде проехаться приятно. Солнце светит, снег сверкает. Райна настояла, чтобы я приехала. Она беспокоится за отца. И я тоже.

– Он тоже беспокоится о вас, но слишком устал, чтобы ехать домой ночью. Как вы управились без него?

– Перед тем как уехать, он дал Райне указания, и она руководила работниками. Думаю, ей понравилось командовать.

– Тяжко ей пришлось?

Велвет рассмеялась своим заразительным смехом, всегда вызывавшим у Патрика желание вторить ей.

– Ты это серьезно? Половина ковбоев только и мечтает затащить ее в свою постель, а другая половина до смерти боится ее.

– Как скверно, что она девушка. Она бы когда-нибудь стала замечательным работником.

Велвет нахмурилась:

– Я думаю, – еще больше она подходит для роли жены и матери.

«Если у кого-нибудь хватит отваги жениться на ней», – подумал Патрик, а вслух спросил:

– А где все остальные?

– Шарлотта позволила ребятам отдохнуть пару часов, а сама принимает ванну. Райна в комнате Алиции.

– Почему меня никто не разбудил?

Велвет улыбнулась:

– Ты сегодня только и делаешь, что задаешь вопросы. Шарлотта сказала, тебе надо отдохнуть.

Получасом позже Патрик направлялся к сараям. Он плотно позавтракал, ощущение удовлетворения и благополучия разливалось по всему его телу. Он чувствовал себя отдохнувшим, сытым и готовым ко всему, что мог преподнести ему сегодняшний день.

Он обернулся, чтобы взглянуть на дом. Снег смягчил его угловатые очертания, придав ему очарование и уют, несмотря на то, что он был таким огромным. Шарлотта стояла у окна спальни, глядя ему вслед.

Патрик увидел ее, и настроение его сразу улучшилось. Он весело помахал ей рукой.

Патрик шел мимо расположенных рядами стойл, выискивая лошадь, на которой смог бы сегодня объехать ранчо. Наконец он выбрал старого чалого жеребца, на котором не любил ездить, потому что бег его был неровным и тряским. Но когда-то он любил эту лошадь и надеялся, что животное еще сохранило боевой задор.

Когда они оказались на солнце, то оба начали мигать. Патрик надвинул свою широкополую шляпу низко на лоб и направился к оврагу, который его люди еще не успели обследовать.

Весьма вероятно, что он найдет там нескольких голодных коров. Если повезет и они будут в состоянии двигаться, он пригонит их в место кормежки.

Улисс вернулся домой на закате, чувствуя, что может не стыдиться себя. Неделю назад он был в худшей форме, когда нес Райну на руках.

Четыре дня тяжелого физического труда дали ему ощущение силы и здоровья. Он направил своего коня к одному из мужчин, стоявшему возле конюшен, потом поехал к дому. Остановился возле крыльца, отряхнул снег с сапог и открыл парадную дверь.

Во время снежного бурана дом был полон шума – хлопали двери, люди входили и выходили, не считаясь со временем суток. Теперь же в доме воцарилось безмолвие, и безмолвие это было каким-то угнетающим.

– Есть кто-нибудь дома? – крикнул он, чувствуя себя глупо, потому что сердце его тревожно подпрыгнуло.

Из двери, ведущей в холл, появилась Шарлотта, когда с его губ еще не слетело последнее слово.

– Патрик с тобой? – спросила она с беспокойством. Улисс отрицательно покачал головой:

– Я занимался сеном, а отец и его люди разыскивали заблудившихся животных.

– Сегодня он не поехал со своей командой. Я заставила его встать позже, – нижняя губа Шарлотты задрожала, казалось, она вот-вот заплачет. – Я думала, это пойдет ему на пользу. Но он уехал один, и теперь неизвестно, что с ним.

Улисс положил ей руку на плечо. За последние несколько месяцев он привязался к Шарлотте.

– Я уверен, что он скоро появится.

– Но его люди вернулись час назад. Они целый день не видели Патрика!