Бессердечный

Стояла такая великолепная ночь, что принцу Кариму аль-Сафиру захотелось прокатиться по пустыне верхом на своем любимом жеребце.

Черное бархатное небо. Яркие, словно костры, звезды. Бледная луна, проливающая серебристый свет на бескрайнее море песка.

Но в эту ночь конная прогулка была невозможна. Его королевское высочество наследный принц Алькантара находился в салоне своего реактивного самолета, летящего из Вест-Индии на высоте двадцать пять тысяч футов над пустыней. На столике перед ним стояла чашка с остывшим кофе, на соседнем кресле лежал открытый кожаный дипломат.

Несколько минут назад Карим начал снова просматривать его содержимое, но быстро прекратил. Какой в этом смысл, если он знает, что внутри?

В течение последних двух недель он много раз рылся в содержимом дипломата, словно это могло помочь ему разобраться в том, что он никак не мог понять.

Взяв чашку, он поднес ее к губам. Кофе был холодным, но он все равно сделал глоток. Он был измотан физически и душевно и нуждался в порции кофеина, чтобы взбодриться.

Если бы только он мог зайти в кабину пилота и попросить его посадить самолет прямо сейчас.

Разумеется, это безумие. Наверное, ему просто не хватает тишины и прохладного ночного воздуха пустыни.

Карим фыркнул. Сегодня его голову переполняют безумные мысли.

Это не та пустыня, в которой он провел свое детство. Алькантар находится в тысячах миль отсюда, и его пески заканчиваются там, где начинаются лазурные воды Персидского залива.

Эта пустыня закончилась с появлением неоновых огней Лас-Вегаса.

Карим сделал еще глоток холодного кофе.

Лас-Вегас.

Он был там однажды, когда знакомый бизнесмен убедил его вложить деньги в строительство его отеля, и после этого больше никогда туда не возвращался.

Он считал этот город воплощением кричащей безвкусицы и средоточием сомнительных развлечений. Он сравнивал его с дешевой шлюхой, пытающейся выдать себя за утонченную куртизанку с помощью яркого макияжа и дешевых нарядов.

В общем, ему Лас-Вегас не подходил. В отличие от его покойного брата.

Рами провел там почти три месяца. Так долго он в последние несколько лет нигде не задерживался. Вегас привлек его, как пламя мотылька.

Карим откинулся на спинку сиденья.

Теперь, когда он все знал о жизни своего брата, он нисколько этому не удивлялся. После того как он подчистил кое-какие мелочи, его последние иллюзии рассеялись.

Подчистил кое-какие мелочи.

Его губы презрительно искривились.

Эта фраза принадлежит его отцу. На самом деле Карим устранял проблемы, созданные его непутевым братом, о которых отец ничего не знал. Король думал, что его младший сын просто не мог найти себя и обосноваться на одном месте.

Когда отец впервые произнес эти слова, Карим чуть не сказал ему, что принц не может себе позволить заниматься тем, к чему лежит его душа. Что ему нужно исполнять свой долг перед семьей и страной.

Вот только Рами эти вещи были неведомы. У него была авантюрная жилка, и он всегда находил способ уклониться от ответственности.

— Ты наследник престола, брат, — часто говорил он с улыбкой Кариму. — Я всего лишь запасной.

Возможно, будь Рами более серьезным и ответственным человеком, это уберегло бы его от ужасной преждевременной смерти. Его нашли с перерезанным горлом на холодной московской улице.

После смерти брата Карим долго горевал. Он надеялся, что, «подчищая мелочи», найдет то, что послужит оправданием беспорядочной жизни его брата.

Единственное, что он сейчас может, это надеяться, что ему каким-то образом удастся восстановить доброе имя брата, которое обманутые им люди произносят с отвращением.

Его брат играл в азартные игры, пользовался услугами проституток, распространял наркотики, занимал деньги и не отдавал, оставлял неоплаченными крупные гостиничные счета. Он оставил после себя кучу долгов в шести городах в разных уголках земного шара: Сингапуре, Москве, Париже, Рио-де-Жанейро, Кингстоне и Лас-Вегасе, и все эти долги было необходимо вернуть хотя бы из соображений морали.

Это ответственное поручение выпало на долю Карима. Ему пришлось отправиться в невеселое путешествие по «местам славы» покойного брата. Он выписывал крупные чеки банкирам, управляющим казино, гостиничным администраторам и владельцам бутиков. Встречался с представителями криминальной среды и выплачивал им наличными баснословные суммы. Он выслушивал оскорбления в адрес Рами, видел вещи, которые вряд ли когда-нибудь сможет забыть.

Теперь, когда он разобрался с большинством «мелочей», его путешествие почти закончено. Он проведет два дня в Вегасе. Самое большое — три. Именно поэтому он летит туда ночью. Зачем тратить часть завтрашнего дня на дорогу? Лучше прямо с утра приступить к решению оставшихся проблем.

Затем он съездит в Алькантар, сообщит отцу, что все уладил, не вдаваясь в подробности, после чего наконец сможет вернуться в Нью-Йорк к своей привычной жизни. Он продолжит выполнять обязанности руководителя «Алькантар фаундейшн» и будет стараться меньше думать о брате, который сбился с пути. Брате, которого он любил, несмотря ни на что.

— Ваше высочество?

Карим сдержал раздраженный стон. Экипаж его самолета был маленьким и хорошо подготовленным. Он состоял из двух пилотов и стюардессы. Эта стюардесса была новой, и, очевидно, ее приводило в восторг все, что было связано с его королевским происхождением.

Как и остальные члены экипажа, она знала лишь то, что он улаживал дела покойного брата. Глядя на его хмурое лицо, она, наверное, подумала, что он горюет. На самом деле в его душе боролись друг с другом боль и ярость, и было трудно сказать, какая из двух этих эмоций сильнее.

— Сэр?

Похоже, она еще не поняла, что ему не нравится, когда стоят у него над душой.

— Да, мисс Стерлинг?

— Меня зовут Мойра, сэр. Мы приземлимся в течение часа.

— Спасибо, — вежливо ответил он.