Чтение онлайн

Несмотря на это, на дистанции в километр, они вполне доставали до моих сил. И парусники у них размером больше, на каждом по десятку пушек. Наши стали отходить, сосредоточив огонь на опасных кораблях и оставив в покое главную флотилию.

Это принесло плоды: снаряды впивались в борта, вырывая взрывами куски обшивки, разрывая палубную команду и пушкарей. Однако, результаты по-прежнему получились весьма скромными. Далеко не случайно капитаны постоянно просят калибр больше, чем сотня миллиметров.

На моих глазах парусник получил, практически одновременно, четыре попадания. Ему разворотило борт, кормовую надстройку, посекло осколками такелаж. Но он всё равно держался на воде и вёл огонь. Лишь потерял ход, а через минуту его прикрыл бортом более целый корабль.

Первая победа произошла только спустя полчаса, когда пристрелявшиеся артиллеристы положили полдюжины снарядов в уже повреждённый корабль. Причём два из них — ниже ватерлинии. И лишь тогда избитые остатки корабля начали уходить под воду.

Парусники взяли ближе к общему флоту, чтобы спастись. Наши же почувствовали первую кровь и, как стая волков, набросились на потрёпанных противников.

Спустя десять минут на дно пошёл следующий корабль. Ещё три совсем потеряли ход и отстали от флота, после чего в их сторону отправились четыре наших судна, которые и потопили лоханки с континента к концу основного боя.

Однако, капитаны и команды аристократов адаптировались: их пушки стали бить реже, связанные рунами в единую сеть и усиливая отдельные орудия на корабле до дурных характеристик, благодаря чему основной флот получил возможность достреливать до моих кораблей. Из сотни выпущенных ядер или снарядов, что-то неизбежно попадало.

Минул час, прежде чем удалось потопить ещё корабль и три отставших ранее. Откинувшись на стуле, я помассировал ладонями виски. Плохо. Мы не потеряли свои корабли, но боезапас на борту практически исчерпан. Не сомневаюсь, потопим ещё несколько парусников, однако дальше нужно отходить на перезарядку.

Не тот результат, на который рассчитывал, представляя будущий бой. Деревянные парусники оказались очень живучи, а их пушки не так плохи: с одного из вражеских кораблей, вооружённого одной-единственной монструозной дурой, раздался выстрел, и выпущенный снаряд впился в борт нашего корабля.

Само по себе, не новость, а вот то, что после этого вылетел с другой — уже хуже. Стрелял он более чем с трёх километров.

— Отводите корабли, — хмуро скомандовал я.

— Всё, как и ожидалось. Когда они дойдут до островов от них останется меньше половины. Корабли, полные раненых и с трудом держащиеся на плаву. Хороший результат. И без наших потерь. Хорошо поработали!

Я косо взглянул на лучащегося оптимизмом Свена. Ну да, тут их тоже есть, чему встретить. Может, действительно, слишком много ожидал? В конце концов, мы потопили десятую часть флота — огромные потери само по себе. Парусники обычно в боях не тонут, просто переходят из рук в руки, а здесь сразу десяток.

Справа мелькнула светлая шевелюра, и Фиона мне на ухо тихо прошептала:

— Он прав. Даже если доплывут, обратно они не вернутся. Их уничтожение — вопрос времени и боеприпасов.

— Они тоже должны это понимать. Посмотрим, что будет, когда загрузят новые снаряды, — вздохнул я.

Посмотреть не вышло. Как только флот с континента убедился, что мы отошли, то остановился возле небольшого острова. До темноты между ними курсировали лодки, латались пробоины и откачивалась вода из самых повреждённых. А после, они медленно развернулись и отправились в обратный путь.

— Да! — радостно воскликнула Элеонора, поддержанная выкриками ещё нескольких офицеров.

— Не дураки. Значит, всё будет дольше и хуже, — тихо проворчал я.

По-хорошему, стоило бы остановиться. Врага от наших берегов прогнали, все пляшут и поют, можно жить-поживать да добра наживать. Но северяне отплывают от дома, моя армия готова выдвигаться к побережью, и останавливать их мне не хочется. Так что, встряхнувшись, я поднялся с кресла и громко приказал:

— Отправляйте корабли в погоню. И готовьте десант, нанесём ответный визит!

Через несколько часов мы догнали отходящие парусники королевств, идущие очень медленно без попутного ветра. И уже спокойно, не подходя в радиус действия основного количества их пушек, стали обстреливать.

Разумеется, они отвечали, но попасть с шести километров не могли. А вот наши, пользуясь корректировкой с дирижабля и его дронов, потихоньку пристреливались. Да и баржи со снарядами были недалеко.

Однако, меня в этот момент больше занимало формирование морского десанта, чем успехи нашего флота. А с ним было не очень хорошо: нет, часть пехоты мы переправим, сгодятся северяне и наши торговые корабли. Но вот с техникой всё печально, у меня всего две подходящих баржи.

На верфях сейчас достраивают ещё три, правда, пока будут готовы, пройдут месяцы. Удивительно, что имеющееся успели спустить на воду и как-то испытать. Хотя, есть другой план. Он, конечно, авантюра, но попробовать стоит.

Тем временем, в отступлении вражеские парусники успели потерять ещё два десятка кораблей. Повреждения накапливались, всё чаще многие из них окончательно теряли ход, становясь лёгкой добычей.

Континент становился ближе, и флот перестал держаться единым целым, расходясь по своим странам.

Я отдал приказ преследовать самые медленные и лёгкие цели. Но остальные продолжали идти к Алларии.

Стояла глубокая ночь, когда мои корабли зажали флот из тридцати вымпелов в бухте возле города-порта. Два десятка смогли уйти по реке к столице, остальным же не дала слишком низкая осадка.

К утру на воде остались лишь обломки от потопленных парусников, лишь два из них смогли выброситься на берег.

— Что дальше, Бьёрн? Начинаем артиллерийскую подготовку? — повернулся ко мне Свен.