Чтение онлайн

— Так положено, — с улыбкой говорит Мак, — они прямо как дети. А жена пекаря, она случайно не плакала?

— Нет. То есть не знаю.

— У меня наверху всё в порядке?

— Да.

— Тогда пусть ко мне сперва придёт жена пекаря.

Экономка уходит. Мак с улыбкой поворачивается к Бенони и говорит, что теперь у него есть другие заботы кроме того, чтобы сидеть здесь за стаканчиком пунша, что ему теперь надлежит вершить суд и расправу. Ничего не поделаешь, старые обычаи надо уважать.

Бенони прощается, и Мак провожает его до дверей. В коридоре они натыкаются на жену пекаря, та уже спешит к лестнице.

На другой день, когда Бенони ещё лежал в постели, раздался стук в дверь. Он думал, что это его старая служанка, которая по собственному почину начала от большого уважения стучать, прежде чем войти, а потому и ответил не задумываясь:

— Да, да, входи!

Но вошёл совершенно незнакомый человек.

— Доброго утра. Вернее, я должен сказать: с праздником вас.

Пробормотав какие-то извинения, мужчина стянул с головы кожаную шапку. Он был не из здешних, с небольшой светлой окладистой бородкой, худой, длинноволосый, молодой, одним словом.

Бенони полежал, поглядел на него и сказал:

— Пожалуйста, садитесь.

— Спасибо. На дворе до того холодно, — сказал пришелец, — я замёрз. Вот я и подумал, что, может, стоит рискнуть и пойти к Хартвигсену.

Он говорил ясно и чётко, без лишнего подобострастия.

Бенони спросил:

— Ты меня разве знаешь?

— Нет, я просто слышал про вас. Люди мне посоветовали идти к вам.

— А звать тебя как?

— Свен Юхан Чельсен. Я пришёл из города, я там одно время был сторожем, поэтому люди кличут меня просто Свен-Сторож. А так-то я родом с юга.

— А ко мне вы зачем пожаловали?

Бенони не очень твёрдо себе представлял, что такое «сторож», и на всякий случай начал говорить пришельцу «вы».

— А затем, что все как один говорили мне, чтоб я шёл к Хартвигсену. Мне нужна работа и нужны деньги. Не ходи сразу к Маку, говорили люди, иди лучше к Хартвигсену, а уж он похлопочет за тебя перед Маком.

— Выходит, у Мака ты ещё не был?

— Нет.

Бенони возгордился и почувствовал себя польщённым. Вот, значит, как говорят люди: «Ступай к Хартвигсену, тогда получишь работу у Мака».

— Я не тот человек, который может замолвить хоть маленькое словечко перед Маком, но что-нибудь мы всё-таки придумаем. Ты как сюда попал?

— Пешком. Пришёл своим ходом. У меня есть алмаз, видите? Я режу стёкла. Я прихватил с собой из города целый ящик стекла, ходил по людям, резал стёкла для окон. Но потом стекло кончилось.

Человек улыбнулся, и Бенони тоже улыбнулся.

— Это ведь не настоящая работа, — сказал Бенони.

— Но у меня был мой алмаз, я нашёл его на улице как-то ночью, когда был сторожем. А потом решил использовать.

— И стекло, говоришь, кончилось?

— Я последний кусочек ночью израсходовал. Маленький домик недалеко от вашего посёлка, там ещё в дверях вырезано сердечко. Вот туда я и вставил стекло.

Бенони засмеялся.

— Ты, значит, вставил стекло в это самое?..

— Ну, для времяпрепровождения. Луна стояла полная. Хотелось что-нибудь придумать. Я, значит, вырезал стекло и хорошенько закрепил его замазкой. Сдаётся мне, что это было у школьного учителя.

— Ха-ха-ха! — во всё горло загоготал Бенони. — Теперь он, поди, думает, что это была нечистая сила.

Незнакомец смеялся вместе с ним, потом зябко поёжился и сказал:

— А уж дальше стало так холодно, что я пошёл и постучал к вам. Я всю ночь провёл на дворе. Когда я вчера вечером пришёл сюда, уже всё было заперто.

— Я был в гостях у Мака, — просветил его Бенони. — Тебе бы к полночи быть здесь, я как раз тогда вернулся из гостей.

— Вот я и пошёл к маленькому домику. Можно, я затоплю печь?

— Не стоит тебе возиться, я сам затоплю...

— Лежите! Лежите! — И начал растапливать. Эдакий сумасброд! Бенони рассказал ему, что обычно такую работу делает его служанка, но она ещё до сих пор не пришла.

— Котёл поставить на огонь? — спросил Свен.

— А сможешь? Она вообще-то должна прийти с минуты на минуту.

И Свен поставил на огонь котелок, а когда вода закипела, засыпал в неё две порции намолотого кофе из мельницы.

— Не экономь на зёрнах, — сказал Бенони.

Когда в комнате стало тепло, он поднялся с постели и принёс кой-какую еду. Потом он надумал доказать незнакомцу, что тот попал к образованному человеку, и потому начал усиленно намываться. А завершив омовение, поставил на стол водочку. Они вместе поели и выпили, и Бенони было очень даже занятно слушать рассказы этого чертяки Свена. Весёлый получился завтрак.

А тем временем пришла служанка. Бенони и ей поднёс рюмочку в честь Рождества и сказал, чтобы она поблагодарила незнакомца за помощь.

— Разогрей-ка воды для умывания.

— Для меня? Так я уже умылся, — сказал Свен-Сторож. — Я умылся в лесу и только после этого пришёл к вам. Я умылся снегом.

— А чем же господин утирался? — спросила служанка.

— А рукавом от куртки.

— Здорово!

— А волосы я расчесал сухой сосновой шишкой.

— Вы когда-нибудь слышали что-нибудь подобное? — вскричала служанка, обращаясь к Бенони.

Пришелец развеселил Бенони с первой же минуты, а то, что он без стеснения рассказал о своих тяжёлых обстоятельствах, тоже говорило в его пользу. Значит, он не из надутых толстосумов, которые позвякивают серебром в кармане и способны выставить на посмешище самого Бенони. К тому же этот Свен, простая душа, так признателен за всё и так рассыпается в благодарностях. Бенони велел ему не экономить на кофейных зёрнах, Свен ответил: «Да, да, я уж вижу, что попал к человеку с достатком».

А когда Бенони пообещал отвести его к Маку и там замолвить за него словечко, Свен, выразив сперва великую благодарность, ответил, что именно это и предсказывали ему все, с кем он ни разговаривал.