Чтение онлайн

Чтобы яркое солнце не слепило глаза, личному составу 1-го Кавказского корпуса, которому предстояло наступать в высокогорье, были выданы защитные очки.

Так как район предстоящего наступления был безлесный и подвоз дров почти невозможен, каждый солдат должен был иметь при себе два полена для обогрева на ночлегах.

Кроме того, в снаряжение наступавших пехотных рот входили толстые жерди или доски для устройства переправ через незамерзающие горные ручьи. Во время наступления под Сарыкамышем сотни турецких солдат получили обморожения ног из-за мокрой обуви.

Состоявшее при инспекторе артиллерии генерале Слюсаренко метеорологическое отделение постоянно анализировало состояние погоды и выдавало рекомендации в войска. К концу года в полосе расположения армии было развернуто 17 метеорологических станций.

Перед началом наступления были пополнены до норм все передовые и промежуточные склады боеприпасов и интендантского имущества. Чтобы не возбуждать подозрений турок и их агентуры в тылу у русских войск, в приказаниях по тылу рекомендовалось из-за трудностей доставки довольствия использовать для этого любое благоприятное время. Одним словом, использовались любые возможности для создания видимости подготовки в Кавказской армии лишь к зимовке в горах.

Командующий армией требовал содержать в порядке железнодорожные пути от станции Сарыкамыш и до Карса, подъездные дороги к ним. От Карса до Мерденека с лета 1915 года эксплуатировалась узкоколейка на конной тяге — так называемая «конка». Шли работы по строительству параллельно шоссе от Сарыкамыша до Караургана узкоколейки паровой тяги. Армейские обозы заметно пополнились вьючными животными — лошадьми и верблюдами.

Армейский штаб оборудовал для себя передовой командный пункт в Караургане, расположенном в 20 километрах от линии фронта. Сооружение линий связи держалось в тайне и производилось под видом исправления старых. Служба радиосвязи была объединена в отдельную радиогруппу, подчиненную штабу армии.

Чтобы маршевое пополнение не могли обнаружить турки, перевалы через горные хребты преодолевались только ночью с соблюдением светомаскировки. Днем с русских передовых позиций каждой дивизии в тыл демонстративно отводилось по батальону, которые под покровом темноты возвращались обратно. Таким образом, неприятель дезинформировался в первую очередь у селения Сонамер — на намеченном участке прорыва вражеского фронта.

Штаб Кавказской армии разрабатывал под руководством своего командующего наступательную операцию тщательнейшим образом. Ее подготовка была достойна академических учебников по военному искусству в годы первой мировой войны. Среди прочего обращает на себя внимание оперативная маскировка подготовки наступления.

Штабом армии был распущен слух о намечавшихся якобы ранней весной наступлении Ван-Азербайджанского отряда и Баратовского экспедиционного корпуса совместно с англичанами в Месопотамии. А чтобы все было правдоподобно, генерал Юденич приказал произвести в Персидском Азербайджане закупку большого количества верблюдов для обозов, а также гуртов скота для «мясных порций» довольствования войск, заготовлять пшеницу и фураж.

За несколько дней до начала наступления командиру 4-й Кавказской стрелковой дивизии была послана срочная нешифрованная телеграмма. В ней содержались «сведения» из разряда секретных — сосредоточиться у Сары-камыша для дальнейшей отправки по железной дороге в Персию. Но только один 13-й стрелковый полк дивизии был переброшен в пограничную Джульфу, где после выгрузки совершил демонстрационный суточный переход.

20 декабря в Карее командующий армией собрал высший командный состав. Присутствовали только командиры корпусов и 4-й Кавказской стрелковой дивизии с начальниками штабов. Генерал Деникин, предупредив собравшихся о строжайшей тайне, изложил план наступления на Эрзурумском направлении. Никаких письменных документов на руки участникам совещания не выдавалось.

За пять дней до начала операции участок прорыва был полностью изолирован от тыла. На всех путях были выставлены сторожевые заставы и конные разъезды. Им была поставлена предельно категоричная задача — всех впускать и никого не выпускать из охраняемой зоны. Почта продолжала принимать почтовую и телеграфную корреспонденцию также в одностороннем режиме. Поезда из Карса уходили пустыми.

Умело проведенная штабной «командой» Николая Николаевича Юденича игра своей цели вполне достигла. Вот почему утро 28 декабря 1915 года стало для турецкого командования полной неожиданностью.

Перешедший первым в наступление 2-й Туркестанский корпус едва не «споткнулся» о сильные вражеские укрепления на вершине горы Гей-даг. Ее пришлось брать усилиями двух дивизий. Левый фланг корпуса с выходом на перевал Карачлы неожиданно для турок повернул на запад. 9 января русские овладели неприятельской позицией у Кизил-килиса и через три дня подошли к крепости Кара-гюбек, закрывавшей Гурджибогазский проход в Эрзурумскую горную равнину. Над флангом и тылом 10-го турецкого корпуса нависла серьезная угроза.

Армейская группа прорыва, как и предусматривалось замыслом генерала Юденича, вступила в бой на рассвете 30 декабря. Отряд генерала Волошина-Петриченко получил задачу овладеть горой Кузу-чан, а затем овладеть селением Шербаган. Отряд генерала Воробьева и Сибирская казачья бригада, скрытно сосредоточившись у селений Сономер и Геряк, начали выходить в тыл турецким войскам в Пассинской долине.

Наступление велось по всей полосе задействованных в районе прорыва войск трех армейских корпусов. Наиболее упорное сопротивление турки оказывали по обоим берегам реки Араке, по долине которой пролегали удобные пути в Эрзурум.

Бои носили ожесточенный характер. Русские несли значительные потери, истощались армейские резервы. Не в лучшем положении пребывали и турки. К вечеру 1 января русская разведка установила, что почти все части из резерва 3-й турецкой армии были введены в сражение для поддержки первых эшелонов.

Генерал Н. Н. Юденич интуитивно (и не ошибся) повернул в ночь батальоны армии с Ольтинского и Эрзурумского направлений на перевал Мергемир. Убежденное в том, что главный удар наносится 1-м Кавказским корпусом, турецкое командование оставило без внимания этот горный участок. Именно здесь, пробиваясь сквозь вьюгу, наступали бойцы генералов Волошина-Петриченко и Воробьева.

В обозначившийся прорыв устремилась Сибирская казачья бригада. Требовалось оперативно взорвать мост у Кеприкей и нарушить кратчайшие пути отхода неприятеля на Эрзурум. Но казачьи сотни заблудились в темноте и возвратились в район сосредоточения ни с чем.

Успешное наступление повела 4-я Кавказская стрелковая дивизия. Ее авангардные батальоны теснили турок вдоль северного берега реки Араке, не давая им закрепиться на выгодных позициях. Турки бежали в беспорядке, сжигая селения и свои склады. Обходящий отряд дивизии под командованием капитана В. И. Сорокина в ночном бою овладел окраиной крепости Календер. Вскоре капитулировал и весь ее гарнизон.