Чтение онлайн

Мордашин с нашими уже как с полчаса ушел дальше по заросшей дорожке, Кузьмич сидел в лодке, а я прикрывал место нашей погрузки. Еще раз бросил взгляд в сторону леса и зашагал к причалу. Не по себе как-то одному маячить.

– Что, маешься?

– А?

Кузьмич внимательно смотрел прямо на меня.

– Чуешь кого-то? Я же вижу как тебе неспокойно.

Я прислушался к себе, и в самом деле, что-то не по себе. Правильно бородач отметил – «Маюсь».

– Там где-то, в чаще у берега устроилась, за нами наблюдает. Нежить проклятая!

Я невольно поежился, пусть и был в относительной безопасности, но все равно как-то не по себе, когда некая тварь, порождение самой Тьмы пялится на тебя. Сразу вспомнилась вчерашняя стычка с волчарами. А ведь эти существа на самом деле не питали к нам злобы! Их мир являлся настолько чуждым нам, что эти эмоции были лишними. Мы просто-напросто должны были исчезнуть из Этого мира. А ужас от происходящего столкновения генерировали сами люди. Так что же это такое – Тьма и ее дети?

– Ты его тоже видишь?

– Нет, - Кузьмич тяжело вздохнул, - только ваши, пришлые таким даром обладают, да и то не все. А у тебя, видать, он особенный, раз так далеко ощущаешь.

– А вы, тогда как?

– По старинке – с собачками везде ходим. Они, да коты – лучшая наша сигнализация. Нежить далеко чуют. Мой Трезор весной от какой-то напасти издох, так ваш командир обещал мне хорошего щеночка привезти.

Я улыбнулся, Мордашин был тот еще комбинатор. Нашу не самую удачную вылазку он, похоже, умудрился превратить в большой успех. Так и получилось! Парни вернулись к причалу явно повеселевшие. Валера присел на бревно перекурить и живо затараторил, видимо, и для себя проговаривая собственные мысли вслух.

– Что мы имеем? АЗМ 2, вездеход почти как наш, себе и оставим, можно будем на разведку без тесноты выезжать, да и все надежней.

– Грузовик брать будем? – заинтересованно спросил Лех.

– Не сейчас точно, Леша. На паром много техники не влезет, и так две ходки делать. Больше - опасней.

– Что тогда?

– Финский тягач, его лесорубам можно по хорошей цене загнать. И, пожалуй, тот польский трактор со всеми причиндалами.

– Его-то зачем?

– Эх ты, молодой, - покачал головой Мордашин, - что ты понимаешь в колбасных обрезках! Сейчас в город татары приплыли, мы им такую технику запросто на бензин обменяем. Прикинь, нам топлива тогда на весь сезон хватит. Да и лучше он у татар по качеству.

Я только хмыкнул получающемуся раскладу. Ай да Валера! Хорошо сидит, далеко глядит!

– И послезавтра снова уедешь?

Маша растерянно опустила взгляд на стол, расстаралась моя подруга на славу, он весь был заставлен деликатесами.

– А что поделать, Машенька. Куй железо, пока горячо!

Я махнул еще одну рюмку наливочки, сыто рыгнул и растекся на диване. Распаренный после баньки, сытый и довольный, как некий барчук. Что еще надо от жизни?

– Ох!

Ну, женщины, все бы вам охать, да ахать! Маша развернулась ко мне, и полы ее халатика чуть распахнулись, явив миру весьма аппетитные белые ляжечки. Она перехватила мой плотоядный взгляд и попыталась отодвинуться.

– Иди ко мне.

– Подожди, со стола уберу.

– Успеется …

А ручонки уже шаловливо расстегивали пуговицы ее халатика, губы начали свой разбег, начав с шеи. Маша у меня девушкой была отнюдь не холодной и охотно поддалась на ласки.

Проснулся я уже ближе к обеду. Обычно так долго не рассыпаюсь, это, наверное, так стресс от пережитого на меня повлиял. Ешкин кот, чего лежу - у меня ж сегодня дел невпроворот! В голове сразу алым шрифтом вспыхнули схемы предстоящих телодвижений.

– Завтракать будешь?

Я сначала уставился на голые ноги подруги, одетой во фривольный халатик, и мысли сразу поплыли куда-то не в ту степь. Пришлось поднять глаза выше, и они, в свою очередь, наткнулись на высокие бугорки, отлично различимые под тонкой тканью.

– Вася, я вообще-то про завтрак спросила. Хватит с тебя постельных подвигов на сегодня.

Маша ехидно улыбалась, но глаза были довольными-довольными. Я же по заведенной издавна привычке потянулся во все тело, разминая застывшее за ночь тело. Это в молодости у нас кровь ходуном бурлит, а с возрастом человеческий организм несколько застывает.

– Мечи на стол, что есть в печи, пошел умываться.

Горячий крепкий чай, свежие сырники, вишневый конфитюр. Вся эта типично домашняя снедь весьма благоприятно воздействовала на мои сухие с утреца размышления. Как-то сразу припомнились наши скромные общежитские бутерброды. Что тут можно запросто купить в местных магазинах? Серый хлеб и самый дешевый сыр с ливерной колбасой. Простота семидесятых годов вместе с отголосками всемирной катастрофы. Хорошо, у нас народ все-таки в большей своей части работящий, за несколько лет прокормить себя сумели.

Так, а что у меня в планах на сегодня? Во-первых - родная контора!

– Маш, у тебя бутылочки Шустовского не найдется?

– Ты что, с утра зенки заливать собрался?

– Не мели ерунды, это для дела.

– Сейчас принесу.

– Подожди минуточку.

В проснувшемся окончательно мозгу сразу всплыла « вторая партия Марлезонского балету».

– Маш, отпросись сегодня у Авалианыча на вечер, и столик на нашу компанию забей, пожалуйста.

– Это что, ты меня в ресторан сегодня приглашаешь? – Мария расплылась в ярчайшей улыбке. Ох, как же нравится мне ее вот такая улыбка! Как будто мне само солнышко улыбнулось. Да и точно - в этом мире ее еще никто в ресторан не водил! Пусть и в тот, где она поваром работает.

– Ну, типа того. Сегодня деньги получим за рейд, надо начало сезона взбрызнуть. Поверье такое у парней есть.

Маша сразу же деловито поинтересовалась:

– На сколько людей столик?

Я прикинул в уме.

– Давай, на восемь, будут не все, но с девушками. Посидим скромненько, завтра ж снова в рейд. Потом уже, после всего на шашлыки выберемся.

На лице подруги опять заходили хмурые тучки.

– Да не боись, Маш. Мы в этот раз по воде пойдем, все нормально будет.