Чтение онлайн

Вчера, пройдя в жилой блок, я быстро разделся и плюхнулся на кровать, застеленную свежим бельём, не обращая внимания на то, что она была занята, мгновенно уснув. Кровать на шахтёре была в единственном экземпляре. Особо я не обеспокоился, убить меня девке, если той придёт это на ум, а ей это придёт, не даст искин, используя ошейник.

Покосившись на неё – гадина, всё настроение испортила, – я направился в санблок, в роскошный туалет, я бы сказал, где привёл себя в порядок, приняв душ. Потом голышом – не девку же мне стесняться, это было бы смешно после того, что было на рейдере, – прошёл к спортивному комплексу, который искин уже активировал, обнулив память, удалив старую, хозяйскую. Сперва комплекс подстраивался под меня, после чего начал действовать. Оказывается, старик пользовался им в усиленном режиме, чего искин не стал менять, так что выпал я из тренажёра через два часа весь в поту, с натруженными мышцами. Гадский аппарат был полностью экранирован, и я не мог отдать приказ сменить режим на более лёгкий.

Я доковылял до душа под любопытно-насмешливым взглядом девки, та, судя по пустой посуде, во время моих истязаний тренажёром успела поужинать – время по корабельному распорядку было вечернее – и сейчас разглядывала меня. С той поры как она стала моей пленницей, мы не перемолвились ни словом. Девушка откровенно тяготила меня, но мстить ей я уже передумал. Вернее, был на грани – мстить или нет. Нужен только толчок для выбора, но девка меня не провоцировала.

Приняв душ, я надел свой инженерный комбез, поел под тем же пристальным взглядом девушки, и, оставив её в жилом блоке, где она могла заниматься всем, чем угодно, кроме суицида, направился в технический сектор корабля. Я знал, что на борту находятся одиннадцать дроидов: это стюард, который как раз убирал посуду после нас и чистил стол, три бытовых, три технических универсала и четыре шахтёрских дроида, находившиеся снаружи, на внешней подвеске. Требовалось осмотреть всех технических дроидов, одним я уже пользовался, гоняя заделывать проблемные участки после штурма, но пора задействовать и остальных.

Это всё заняло порядка получаса, пришлось у одного дроида менять манипуляторы по спектру задач, поставленных ему. Именно с ним я и направился в технические коридоры, выбирая место под медбокс. Ставить капсулу в жилом модуле мне что-то расхотелось.

Дроид тут же разобрал барахло, которое лежало в выбранном мной помещении, вынес его в коридор – там был в основном горелый мусор, годный только на переработку, старик, похоже, ничего не выбрасывал, храня на всякий случай, – и начал готовить помещение к переделке. Первым делом он усилил потолок, увеличив количество вентиляционных отверстий, потом стал пульверизатором наносить белую краску на пол, стены и потолок. Закрыв дверь, я снаружи ожидал окончания этой работы.

В это время два других технических дроида принесли от третьей шлюзовой, с помощью которой мы были состыкованы с «Люмерцем», лечебную капсулу, которую я оставил там, в коридоре, решив заняться ею попозже. Там же были сложены разнообразные препараты и картриджи для капсулы. Приставив капсулу к одной из стен коридора, один дроид направился переносить сюда медицинское оснащение, а второй принялся за непосредственные обязанности: починку.

Начать я решил с систем жизнеобеспечения. Нужно заменить несколько магистралей, заделанных кое-как, а также фильтр тонкой очистки воздуха в рубке.

Так, сидя на одном из кофров с препаратами, я управлял одновременно тремя дроидами. За шесть часов все повреждения были устранены, к этому времени над ними работали два дроида, третий всё ещё возился с медбоксом. В принципе, он был готов, стены покрашены быстро сохнувшей пластиковой краской, установлены стеллажи, на которые будут сложены препараты и картриджи по классификации, но дроид ещё возился со станиной для капсулы. Дело в том, что технические всё-таки больше ремонтные дроиды, а для таких работ нужны инженерные, строительные. Но на борту не было ни одного такого, так что приходилось эксплуатировать технического, что заметно замедляло работу.

Но как бы то ни было, ещё через час капсула была установлена и жёстко закреплена на станине, были подключены к ней подведённые энерговоды, и я запустил тестирование. Через пару минут она выдала стопроцентную работоспособность. Тогда я воткнул в приёмное гнездо картридж со специальным чистящим средством, чтобы он очистил все магистрали и оборудование капсулы от прошлых препаратов и клиентов.

Как только капсула перестала гудеть, очистившись, я провёл все необходимые процедуры, снял комбинезон, невольно поёжившись прохладе, и, установив в приёмные гнёзда пять картриджей разных классов, лёг в капсулу на сутки. Пора было привести себя в порядок.

Через двадцать шесть часов крышка капсулы поднялась. Открыв глаза и возвращаясь в сознание, я выбрался наружу, быстро оделся и подошёл к управляющему компу, где были указаны все проделанные процедуры.

– Что ж, – пробормотал я, – нормально, все проблемные участки теперь в норме, но нужно ещё три сеанса по пять-шесть часов.

Очень хотелось есть, я и в капсулу ложился голодным, поэтому, приказав искину, которому передал управление боксом, начать лёгкую консервацию медбокса – вернусь сюда через несколько часов, – направился в жилой блок. Нужно подкрепиться и заняться другими проблемными участками корабля. Например, искинов на шахтёре было три: первый – управляющий, имевший имя Лао, второй – отвечающий за систему жизнеобеспечения и вооружения, третий – малый, резервный. Вот последний и имел проблемы, похоже, отошёл один из контактов. Причём достаточно давно, просто прошлый владелец отмахивался, не считая это серьёзным.

Когда дверь отошла в сторону и я вошёл в жилой блок, то, осмотревшись, возмущенно взревел:

– Ты что тут натворила?!

Можно сказать, апартаменты были разгромлены, причём с чувством, с азартом и явно немалым удовольствием. Везде валялись обломки. Дымился повреждённый пищевой синтезатор, летал искусственный пух из диванных подушек, помигивала под потолком разбитая лампа освещения.

– Лао! Какого хрена?! Ты её что, не мог остановить?!

– Приказ был не допустить суицида и не выпускать женскую особь из жилого модуля. Приказ выполнен в полной мере.

Показалось мне или нет, но в тоне искина была изрядная доля ехидства.

– Формалист, – буркнул я себе под нос. – Где этот декоратор-самоучка?

– Совершает омовение в бассейне и напевает какую-то песенку. То, что вы пришли, хозяин, она слышала и была очень довольна вашей реакцией.

– Чёрт, и карцера на борту нет!

Осмотревшись, я подошёл к синтезатору, пнул его ногой и, развернувшись, направился к выходу. Нет карцера? Так в чём проблема, сделаем.

Дальше девушка путешествовала в карцере, сделанной мной небольшой каюте, три на три метра, с койкой и санузлом. Каждый день дроид, который отвечал за её кормление, приносил ей три брикета с сухим солдатским пайком и термос с холодной водой. Это была её пища на весь день. Систему кормления я взял ту же, что использовалась на рейдере. Искин парализовывал девушку ошейником, после чего дроид вносил еду и воду, проверял камеру и уходил, запирая дверь.

На восьмой день шахтёрский крейсер, с промежуточным прыжком, вышел из гипера, и пока корабельный и станционный искины обменивались информацией, я получил запрос от диспетчера «Сивиллы»: