Чтение онлайн

Честно говоря, хоть это и день победы, но один из авторов считает, а именно я, Андрей Орлов, что это также и траур. Погибло очень много человек. Тот день, когда война закончилась — очень далёк от нас, нынешнего поколения, и нам сложно понять многое, но это не значит, что мы должны забывать о тех, кто сражался ради тогдашнего настоящего и будущих поколений.

Попивая кофе или чай с утра, вспомните на минутку о тех, кто когда-то отдал жизни за то, чтобы война была окончена. Даже если вы их и не знаете. Даже если среди ваших родственников нет тех, кто воевал или же прошёл через эти страшные годы.

Всех с праздником, дорогие и любимые читатели.

Не хочется устраивать на похоронах разборки, но иначе я его потом просто могу потерять в толпе. Он наверняка будет уходить среди групп, чтобы затеряться.

Я начал спокойно спускаться по ступеням, всё также смотря на отступающего парня. Правда, он вдруг перестал отступать и посмотрел на свою группу, состоящую из пяти других парней.

Я со своей группой спустился вниз и прошёл вперёд. Стражи, видя, что я иду, расступались, пока я не упёрся в группу предателя.

— У вас какие-то проблемы, господин барон? — спросил один из шестёрки и почему-то отвёл взгляд в сторону. Высокий черноволосый парень лет двадцати восьми.

— Проблемы не у меня, а у того, кого вы защищаете, — я посмотрел ему в глаза, когда парень всё же посмотрел на меня, и он вновь отвёл их в сторону.

— Вы не думали, что не стоит устраивать разборки здесь и сейчас? — спросил он. — День всё же и без того траурный.

— Мы проводили павших и теперь, когда они не слышат нас, я могу разобраться со своей проблемой.

— Если у вас есть какие-то вопросы к члену моей команды, — парень наконец-то решил посмотреть мне в глаза, — то я вас внимательно слушаю.

Я кивнул, принимая его лидером этой группы.

— Член вашего отряда не так давно работал у меня на землях. После того, как он понял, что можно найти более лёгкий путь для заработка — он решил, что лучше поступить не по совести, а по хотелке. И как итог — взял то, что ему не принадлежит, а после сбежал.

— У вас есть доказательства? — спросил хмуро парень.

— На данный момент достаточным доказательством служит то, что он боится меня, — спокойно ответил я. — Если ему нечего скрывать или бояться, то он выйдет из-за ваших спин и поговорит со мной наедине.

Воцарилось молчание. Стражи переводили взгляды, смотря на две наши группы. Вокруг нас уже сформировался круг.

— У члена моего отряда может быть полно мотивов, чтобы бояться вас, господин барон. И чтобы сбежать тоже. Быть может, вы просто не платили ему зарплату или же как-то давили на него?

— Ставишь под сомнение мою честность? — спросил я, останавливая рукой хмурого Славку, сделавшего шаг вперёд. Парень ничего не ответил, и я продолжил: — Я так понимаю, что ты твёрдо уверен в своём желании оскорбить меня? Ты же понимаешь, какие последствия тебя ждут?

Давать кому попало оскорблять себя — это всё равно что повесить на спину табличку с надписью: «Пни меня». И не важно, кто сыплет оскорблениями, другой аристократ или страж.

— Я не пытался вас оскорбить, — заметно сбавил парень и я заметил у него каплю пота на лбу. — Просто я также не могу ставить под сомнения честность своего человека. Я прошёл с ним не через один разлом и полностью уверен в нём.

— Тогда у нас патовая ситуация, — ответил я. — Если вы будете его защищать — то станете моими врагами.

— Не нужно нам угрожать, господин барон, — нашёл в себе смелость парень, хоть и начал потеть куда активнее. — Мы — стражи, и мы стоим за своих до конца.

— Не за того, своего, ты стоишь, — покачал я головой. — Впрочем, я понимаю твою позицию и позицию твоей группы. А также уважаю ваше решение защитить товарища. Поэтому и предлагаю компромисс — член твоей группы выходит вперёд, и мы с ним разговариваем наедине.

— Он… боится вас, господин барон. Поэтому я вынужден отказать вам в данном компромиссе. Предлагаю… решить вопрос по-другому. Все мы здесь стражи и делаем одно дело. Давайте на первый раз мы просто разойдёмся…

— Смело, — я улыбнулся. — Тогда ваша группа должна возместить мне сумму, на которую он украл у меня золото. Если вы все здесь товарищи, — оглядел их шестерых, в том числе и прячущегося за спинами, — то решите вопрос по-товарищески.

— Господин барон, приведите пожалуйста доказательства кражи…

Вот сейчас он чуть покраснел от волнения. Осознаёт, что делает, и всё равно не перестаёт выгораживать своего приятеля. Видимо ему немало заплатили.

Вот только он не имеет права ставить под сомнения мои слова, и уже наговорился минимум на сломанные ноги и руки, потому что я аристократ, а он простой человек, хоть и страж.

Багратион спокойно стоял со своей группой в стороне и наблюдал за происходящим. Кто бы мог подумать, что после похорон случится такое. Впрочем — Вяземский в своём праве, и, если он устраивает разборку среди стражей, значит уверен в себе и в своей правоте.

Чем больше Багратион слушал, тем сильнее удивлялся линии поведения Сергея. Любой другой благородный бы уже давно вызвал наглеца на дуэль, а он спокойно позволяет ему что-то говорить в ответ.

— И всё-таки он душка, — прошептала блондинка рядом, и Багратион скосил на неё взгляд. — Нет, ну а чего ты на меня зыркаешь?! Барон до сих пор не покалечил этого идиота и это очень удивительно. Уж мы то с вами знаем, насколько он силён. Видели всё своими глазами.

Багратион ничего не ответил, продолжая молча наблюдать. Все стражи — братья и сёстры по оружию. Но даже среди братьев и сестёр есть вороны, которым вечно всего мало.