Шрифт:
— Святая Церковь очистила Ниелгамон триста лет назад. Всем казалось, что проклятый город навсегда перестал осквернять взоры Всевышнего, братья-ревнители хорошо потрудились. Сначала уничтожили магическую защиту, наложив святое проклятие на окружающие земли, затем снесли все постройки Истинной Яростью, а под конец наложили Печать Перехода. Живые существа после такого выжить не могут, поэтому про город забыли. Слухи гласили, что в городе спал какой-то демон, но он никак себя не проявил. Поэтому святые воины оставили предупреждающие знаки, что земля подвергнута очищению, и сочли свой долг выполненным. Однако теперь нам кажется, что Коллегия Ревнителей поторопилась с выводами.
Двое могущественных иерархов неторопливо прогуливались по галерее, окружающей маленький садик внутри монастыря. Стоял летний погожий денек, и сидеть в душном кабинете обоим показалось глупостью, едва ли не кощунством. Да и откровенно говорит на обсуждаемую тему все-таки хотелось под светом дня, а не в освещаемой свечами темноте. Власть избавляла от предрассудков, но иногда последние брали свое.
— У Коллегии Святого Нидаля появились сомнения в искренности веры герцога Аларо, и они провели небольшое расследование. Точно выяснить ничего не удалось, раскопали обычный набор грехов аристократа: похищение девушек, работорговля, участие в заговоре против сюзерена. А вот интересующие нас вопросы оказались сокрыты плотным туманом неведения. Однако братьям удалось поймать одного слабенького колдуненка, который утверждал, что в городе появились амулеты с символами Ниелгамона. Собственно, это единственное, что он знал, толку от него было мало.
Брат Дитрих, Коллегия поручает вам ведение расследования по этому делу. Отправляйтесь в Альтег, столицу герцогства, и с помощью Всевышнего установите истину. Если герцог действительно впал в ересь, нам потребуются все возможные доказательства, чтобы подвергнуть его суду. Аларо знатен, богат, связан узами родства с сильными родами, у него сильная личная армия. Герцогство служит щитом на границе с Фанкорией, беспорядки в нем отразятся во всем государстве. Нет, король просто так не отдаст своего вассала.
— Если герцог нам мешает, мы можем сообщить Итарику Второму о заговоре.
— Найдите мне аристократа, который не интригует при дворе! Итарик рассмеется нам в лицо и скажет, что милостивый господин всегда готов простить запутавшегося слугу! К тому же заговорщики никак себя не проявляют, так, болтают в узком кругу. Увы, с этой стороны герцог защищен.
— А если удастся доказать, что герцог занимается черной магией? Если занимается, конечно же. Так вот, если у Церкви будут такие доказательства, как мы поступим?
— Там видно будет, брат Дитрих. Суд Всевышнего суров, но справедлив и милосерден. Нам же во всем следует брать с него пример. Если преступления сира Аларо окажутся не столь велики, Совет Коллегиалов с радостью примет его искупление. Искреннее раскаяние облегчает участь, а мы не просто поможем герцогу понять греховность избранного пути, но укажем способы вернуть себе благосклонность матери нашей святой церкви. И с паршивой овцы можно получить толику шерсти, если стригаль умел. Вы уж постарайтесь, брат. Герцог должен принадлежать нам.
Альтег считался вторым по величине городом королевства, а кое-кто утверждал, что и первым. Он стоял на перекрестке нескольких крупных торговых путей, что позволяло даже в худшие годы получать существенные прибыли в казну. Какие бы войны, эпидемии, природные напасти не происходили в соседних государствах, Альтег богател. Основный поток денег шел герцогу, но и городскому магистрату кое-что перепадало.
Считалось, что магистрат заботится о процветании города и тратит деньги на его благоустройство. Так гласила официальная точка зрения. За полторы недели, проведенные в столице герцогства, брат Дитрих не заметил особого рвения чиновников. О, конечно, центральные кварталы представляли собой помпезное зрелище — широкие улицы, обилие скверов и парков, нарядные фонтаны. Стражники, пинками выдворяющие оборванцев из места обитания благородных господ. Прекрасное место, чистое и благоустроенное, жившие здесь дворяне могли быть довольны. Однако стоило выйти за пределы Золотого Города, как называли место обитания знати, как картина резко менялась.
Узкие грязные улицы, пройти по которым представлялось затруднительным из-за толстого слоя нечистот. Грязь и помои выливались горожанами либо в плохо работающую канализацию, либо в сточные канавы, не чищенные с момента постройки. Если в Жирном Брюхе, районе проживания купцов и прочих толстосумов, еще как-то организовывали уборку залежей грязи за собственный счет, то в кварталах бедноты на такую глупость, как гигиена, никто тратить деньги не собирался. Результатом служила высокая детская смертность и постоянно вспыхивавшие эпидемии.
Естественно, процветала преступность. Отчаявшиеся люди сбивались в стаи, опасные своей безжалостностью и многочисленностью. Им нечего было терять, и жестокость таких банд ужасала даже видавшего виды брата-ревнителя. Поножовщина давно стала обыденностью. Торговля людьми, наркотиками, противозаконными услугами в открытую существовала на окраинах, куда не рисковали заходить храбрейшие из стражников. Работа в таких условиях утомляла, все-таки общаться с подонками неприятно для нормального человека, особенно если Всевышний дал ему дар читать в людских мыслях. Но, как напомнил себе брат Дитрих, результат стоил временного дискомфорта.
Четверо незарегистрированных магов, два монаха-расстриги, трое пойманных вампиров дали Дитриху надежду на успешное завершение миссии. Ничего внятного они сказать не могли, хотя начали "облегчать душу" едва ли не раньше, чем брат-ревнитель стал задавать вопросы. Тем не менее, кое-какой материал для размышлений Дитрих получил. Слухи, сплетни, тоненькие ниточки, ведущие в герцогский дворец.
Богато одетый господин, время от времени закупавшийся сомнительного свойства ингредиентами. Анонимный заказ на запрещенную инкунабулу, размещенный среди торговцев книгами. Отзвуки темной волшбы, замеченные магами. Жертвенник со следами человеческого жертвоприношения, найденный в подвале снятого дома.
Ревнитель не сомневался, что рано или поздно сумеет выяснить истину. Действительно ли Аларо продал душу Тьме, или с ненавистными всему живому силами связан кто-то из его подручных? Если верно последнее, то знает ли герцог о преступлении подданного? Или, как уже бывало не раз, кто-то из вассалов недоволен занимаемым местом, и желает достичь большего? Очернить сюзерена в глазах короля и Церкви, чтобы занять освободившееся место? Дитрих за свою двухсотлетнюю службу повидал всякого и не отвергал ни одного варианта.