Чтение онлайн

Саторин не ответил, улыбался загадочно и пил виски. Ди немного подождала, поняла, что вечер откровенности закончен, поднялась, пошатываясь. Поставила пустой бокал на низкий столик с початыми бутылками и практически нетронутой закуской.

– А вот мне интересно, я тебя никогда не возбуждала как женщина? В принципе, я - это она, только оболочка у меня значительно красивее.

Саторин посмотрел на неё как на... дуру.

– Меня не привлекает ни одна женщина, включая тебя.

Ди нетвёрдыми шагами обогнула столик и подошла к нему, упёрлась ладонями в спинку кресла, нависая над мужчиной, почти соприкасаясь с ним носами.

– Хочешь сказать, что у тебя вообще-вообще не стоит на баб? Ты что, импотент?

Саторин скрипнул зубами и ответил злым взглядом.

– Да, у меня не стоит на баб.

– Даже если сделать во-о-от та-ак?
– и она медленно провела рукой по его щеке, груди, животу, чувствуя под тонкой рубашкой горячую кожу сорентийца. Он равнодушно наблюдал за экспериментом, даже когда её рука легла на его пах, нежно сжала член сквозь ткань брюк, ни один мускул не дрогнул на его лице, никакие поглаживания не оживили орган.

Ди нахмурилась, пьяный взор сошёлся на переносице Кайроса.

– Мда-а-а, а если так, - она наклонилась к его уху и прошептала: - Алексис, она пришла к тебе сама, села на колени, обняла за шею, заглянула в твои глаза... оу, ты точно не импотент.

Ди почувствовала отклик, только произнеся имя "Алексис", а под конец предложения в её руке был жёсткий аргумент, доказывающий, что Саторин не страдает половым бессилием.

– Наигралась?
– поинтересовался ровным голосом, казалось, вот сейчас он зевнёт от скуки, убрал руку Ди и посоветовал: - Иди спать, экспериментаторша.

– Извини, - проговорила она, покраснев, отстранилась и спрятала руки за спину, - реально сочувствую тебе.

– Ди, просто закрой рот и отправляйся спать, - мужчина устало прикрыл глаза.

На этот раз штурман послушалась своего капитана, у отъехавшей двери она обернулась:

– Алекс повезло, её любят такие мужчины, жаль, что ни одного из вас она не может полюбить. Не ценит и не разделяет ни с одним из вас эту любовь. Холодная ледышка и злобная фурия.

Ди ушла, а Саторин криво улыбался ей в след.

– Угу, завидуй молча, - проворчал он, допивая виски и поглаживая горячий, пурпурный кристалл, висевший на его груди. С каждым годом он становился теплее, давая ему надежду.

Фурия сидела в кабинете и разбирала бумаги, когда мужья вошли без стука. Она отвлеклась от документов и взглянула на них. Она практически не изменилась, а на братьях прожитые годы отметились сединой на висках и морщинками возле глаз. Решительные и мрачные. Та-а-а-к, что на этот раз?

– У вас такой вид, словно случился апокалипсис, - проговорила она, откидываясь в кресле, - присаживайтесь.

– Можно и так сказать, - язвительные нотки Трэя резанули слух.

– Мы постоим, а то, что ты сидишь, очень даже хорошо, - как бы между прочим заметил Трай, - новости у нас не из лучших.

У Фурии похолодели руки.

– Что-то с девочками?
– голос предательски дрогнул. Да, они выросли, да, совершенно самостоятельные особи женского пола, абсолютно разные по характеру, но с одной наследственной особенностью влипать в неприятности.
– Кто из них на этот раз? Адриана?

– Не угадала, Агния.

– Агния?
– не поверила Фурия. Старшую из дочерей отличает прагматичность, она предварительно обдумывает каждый свой шаг. Совершенно домашняя девочка. Прилежная, лучшая в своей группе, её всегда приводили остальным в пример. Особенно младшей сестре. Интеллигентная, с тонким вкусом девушка.

– Да-да, наша милая, тихая Агния.

– И что на этот раз? Выпустила на свободу соров? И они сожрали урожай у фермеров? Или учила правилам хорошего тона очередного ухажёра?
– с некоторой долей сарказма поинтересовалась Фурия.

– Дорогая, не нужно сарказма, - примирительно сказал Трай,

– Она целовалась с этим мерзавцем!
– проорал Трэй.

– С каким мерзавцем?
– немного растерялась Фурия.

– Да с принцем твоим она целовалась!

– Ну, во-первых, он не мой принц, а советник, а во-вторых, я в курсе их отношений, - ответила спокойно Фурия. Вот тут присесть понадобилось мужьям.

– Ты в курсе чего?
– прошипели они одновременно.

– О да, дорогие, наши дочери выросли, и они больше не ваши милые девчушки, они взрослые девушки. И вправе сами выбирать с кем целоваться, тем более, что утром они приходили ко мне, и Таниэль попросил официального разрешения на брак с Агнией. Я дала согласие.

– Ты дала согласие, а наше мнение, значит, совершенно не берётся в расчёт?
– змеи бы позавидовали такому проникновенному шипению Трэя. Его можно понять - Агния была его любимицей.

– Они хотели рассказать вам сегодня за ужином.

– Этому не бывать! Убью его!
– а этому воплю позавидует даже орун.

– И сделаешь свою дочь несчастной?

– Она молода, забудет.

– Трэй, она выбрала его ещё на пятый день своей жизни, разве ты не помнишь, что случилось, когда Таниэль взял её на руки? Ты забыл про метки, образовавшиеся на их руках? Да, они потом исчезли, но проявятся, как только они поженятся. Это древняя кровь потребовала своё, почитай хроники, ты же знаешь, что такие пары образуются крайне редко. И дети, рождённые от таких пар, способны дать новый виток в развитии цивилизации. Дети, рождённые от таких пар, создали Империю.

– Плевать! Я не отдам ему свою дочь, лучше бы ты стала его любовницей, он бы тогда не...
– Трэй замолчал, увидев отразившиеся чувства на лице своей жены.

Фурия медленно поднялась. Рука её легла на планш.

– Любовницей, говоришь, так тебе будет проще смириться со своей совестью? Думаете, я не в курсе, зачем вы каждый месяц в течении двух лет летаете с инспекцией на Четвёртый континент?
– она взяла планш и бросила в Трэя, он поймал тонкий экран на лету.
– Ознакомьтесь, вернее, напомните себе о приятных моментах.